Чтение онлайн

Я взял её за здоровую руку, и мы начали спуск по крутому склону, осторожно, шаг за шагом.

— Давай пройдём здесь по сетке — до дерева. Потом сместимся и проверим следующую зону.

Она кивнула, взгляд уже прочёсывал участок перед ней.

Земля была влажной, усеяна листьями, ветками и мусором. Двигаться приходилось медленно. Но это была первая за долгое время хоть сколько-нибудь стоящая зацепка.

Я сосредоточился на своей полосе, шаркая ногами, поднимая всё, что могло быть спрятано под слоем листвы, и про себя читал все молитвы, какие знал, чтобы мы нашли этот чёртов телефон.

И как только вера начала ускользать — Мила закричала.

Сердце грохнуло в груди. Я бросился вперёд, стараясь не споткнуться о корни. Рипли понеслась мимо меня, не менее встревоженная.

Мила стояла на коленях на холодной земле, спиной ко мне. Когда я обогнул её, увидел, как она дрожит, сжимая в руках нечто грязное — будто бы телефон.

— Это он? — выдохнул я.

Она подняла лицо, кивнула. В лунном свете глаза её сияли от слёз.

Я помог ей подняться и взял у неё устройство. Оно было грязное, в царапинах, мёртвое — но всё же… был шанс.

— Мы нашли его, — прошептала она, голос дрожал.

— Ты нашла, — сказал я.

— Но это ты… — всхлипнула она. — Это ты привёл меня сюда. Ты помог вспомнить. Чёрт, я так… так рада.

Я взял её за руку и повёл к машине, полон одновременно тревоги и надежды. Она тихо плакала, и мне хотелось прижать её к себе, унять боль. Но у нас было дело. Надо было заставить телефон работать.

К тому моменту, как мы подъехали к дому, я трясся от адреналина. А вдруг он включится? Как только я поставил пикап на парковку, Мила распахнула дверь и выпрыгнула. Рипли метнулась к дому, а я за ними.

Внутри я скинул грязные ботинки, стянул куртку.

— Ищу зарядку! — крикнул я из кухни.

— Я отмою грязь! — крикнула она в ответ.

Не уверен, закрыли ли мы дверь, но через шестьдесят секунд телефон уже лежал на кухонном острове, подключённый к розетке.

Мы стояли плечом к плечу, не отрывая глаз от чёрного экрана. Царапины казались поверхностными, хотя влага могла всё испортить.

Но он у нас был. Надо было попытаться.

Мила всё ещё дрожала рядом.

— А если он совсем мёртв? — прошептала она.

— Тогда достанем SIM-карту, — сказал я. Понятия не имел, что она делает, но прозвучало убедительно. Она тут же оживилась.

— Да! Отличная идея! Я как-то встречалась с парнем из АНБ — когда была за границей… Вспомнила! Даже если всё убито — данные можно извлечь. Так, ладно. Хорошо. — Она задышала чаще, всё ещё на грани паники и восторга.

У меня дёрнулся глаз от упоминания «связи» с кем-то из АНБ. Особенно после того, как мы весь день были вдвоём, делились историями, лезли друг к другу в душу, рисковали.

Мы снова молча уставились на экран.

И тут зелёный значок батареи.

— Он живой! — закричала Мила.

Я выдохнул. Волна облегчения накрыла с головой. Мы сделали это.

Она начала прыгать на месте — аккуратно, одной рукой придерживая другую. По щекам текли слёзы радости. С придушенным всхлипом она обвила меня за шею:

— Спасибо… — пробормотала она, уткнувшись в мою футболку. — Без тебя я бы его не нашла.

Я обнял её и крепко прижал к себе. Чёрт, как же хотелось подхватить её на руки и закружить. Но с её травмами это был максимум, что я мог себе позволить.

Сегодня был марафон. Мы узнали друг о друге больше, чем кто-либо за последние годы. Мы открылись, мы замёрзли, у нас болели ноги и пальцы — но этот момент стоил всего.

Если повезёт, это всё, что нужно, чтобы обеспечить её безопасность. Это знание грело не хуже, чем её тело в моих объятиях.

Я медленно разжал руки, опасаясь, что могу причинить боль.

Но она всё ещё улыбалась. Светилась. И, визгнув от счастья, встала на носочки и влепила поцелуй в мои губы.

Прикосновение её губ вернуло меня в ту ночь. Её запах захватил меня, и всё моё тело снова захотело её.

Это было… правильно.

Так что я поцеловал её в ответ — жадно, с той же напористостью, с которой она меня к себе притянула, показывая, как хорошо это может быть.

Обвил её руками, не насытившись даже прикосновением через одежду, углубляя поцелуй.

Она всхлипнула и вцепилась в мою рубашку, сжимая ткань в кулаке, прижимаясь ещё ближе и я пропал. Всё. Меня больше не было.

Это был самый чертовски возбуждающий звук, что я когда-либо слышал.

Огонь вспыхнул внутри — пламя, горящее только для неё. Только ради этого момента. Только ради этого поцелуя. Это было не просто влечение. Гораздо глубже, чем просто похоть.

Это было… возможность.

И как только это слово пронеслось в голове, включилась логика. Никакой это не шанс. Это — опасность. И сердце, которое снова разобьют в клочья.

Я отстранился, осторожно придерживая её, создавая между нами расстояние.

Это было неправильно. Она ранена. Она зависела от меня во многом. Моё дело — защищать её.

Я снял очки и начал их вытирать, отводя взгляд. Даже когда надел их обратно, не смог снова взглянуть на неё. Мне пришлось приложить нечеловеческие усилия, чтобы не подхватить её на руки и не унести в спальню. Потому что если бы я заметил хоть искру желания в её глазах — я бы точно сорвался.

— Какого. Чёрта. Джуд? — прошипела она, вставая прямо передо мной.

Чёрт. Теперь уже не отвертишься. В её глазах горел гнев и жгучая потребность.

Но даже злость не смогла притушить то желание, что продолжало нарастать внутри меня.

Она стояла в тусклом свете кухни, с чуть выдвинутым вперёд бедром, вся — напряжённое ожидание, вся — сфокусированная на мне.

Я обожал её дерзость, её колючесть. Но под ней — усталость. Она не могла скрыть тёмные круги под глазами. Эта женщина прошла через ад. Ей нужно было место, где можно зализать раны. Я не мог отнять у неё это.

— Мы бы не остановились на одном поцелуе, — выдавил я, надеясь, что это объяснение не приведёт к удару под дых. Хорошо хоть, что ножи были на другом конце кухни.

— И это плохо? — Она прикусила нижнюю губу, всё ещё сверля меня взглядом. И этот взгляд… чёрт, он был хуже любого вызова. Я до боли хотел её. Но знал: сейчас — нельзя.

— Да, — выдохнул я, и это слово отозвалось болью.

Она мгновенно изменилась. Сначала в лице мелькнула обида, но она тут же сменилась яростью.

— В прошлый раз мы не остановились. И, если не изменяет память, всё было чертовски хорошо.