Чтение онлайн

здесь не просматривается, но такой ход рассуждений вряд ли правилен. Применение

названия сакалиба к волжским булгарам встречается только у Ибн Фадлана и авторов, механически копирующих его рассказ. Речь, следовательно, идет о собственных

представлениях Ибн Фадлана, и путь к решению проблемы лежит только через анализ его

сообщения.

Для того чтобы понять, в каком значении использует Ибн Фадлан название сакалиба,

необходимо проанализировать все случаи употребления последнего.

1. <Это - книга Ахмада Ибн Фадлана Ибн 'Аббаса Ибн Рашида Ибн Хаммада, клиента

Мухаммада Ибн Сулаймана, посла ал-Муктадира к правителю сакалиба, в которой он

рассказывает о том, что наблюдал в стране тюрок, хазар, русов, сакалиба, башкир и

других...> [305, с. 65].

2. <Сказал Ахмад Ибн Фадлан: "Когда прибыло письмо Алмуша, сына йылтывара, правителя сакалиба, к повелителю правоверных ал-Муктадиру. ."> [305, с. 67]й.

3. <Послом к ал-Муктадиру от правителя сакалиба был человек по имени 'Абдуллах Ибн

Башту Хазар> [305, с. 69].

4. <Именноон (Текин Тюрок.
– Д.М.) обманул Назираи побудил его обратиться к

повелителю правоверных и передать ему письмо "правителя сакалиба"> [305, с. 81].

5. <Когда мы были от правителя сакалиба, к которому направлялись, на расстоянии дня и

ночи пути, он отправил встречать нас четырех подчиненных ему правителей, своих

братьев и сыновей> [305, с. 113].

6. <И он обрадовался [знанию] этих двух сур больше, чем если бы стал правителем

сакалиба> [305, с. 135]*.

7. <На правителя сакалиба [наложена] дань, которую он платит правителю хазар: от

каждого дома в его государстве - шкуру соболя. Если из страны хазар в страну сакалиба

прибудет корабль, правитель выедет верхом, пересчитает то, что в нем [имеется], и

возьмет из всего этого десятую часть> [305, с. 145].

8. <Сын правителя сакалиба находится в заложниках у правителя хазар. Правителю хазар

сообщили о красоте дочери правителя сакалиба, и он послал сватать ее. [Правитель

сакалиба] запротестовал и отказал ему; тогда он послал [за ней] и взял ее силой. Он был

иудеем, она - мусульманкой. Она умерла у него, и тогда он послал [к правителю сакалиба], требуя другую его дочь. Но едва известие об этом дошло до правителя сакалиба, он

упредил его и выдал ее замуж за правителя эс-келов> [305, с. 145].

9. <Воистину, именно страх перед правителем хазар побудил правителя сакалиба написать

султану10 и попросить, чтобы тот построил для него крепость> [305, с. 145]".

10. <Хазары и их правитель - все иудеи. Сакалиба и все их соседи подчинялись ему; он

обращался к ним как к своим рабам, а они покорно повиновались ему>12.

Приведенные выше фрагменты показывают, что название сакалиба употребляется у Ибн

Фадлана двояко. В значительном большинстве случаев (11 из 14) оно предстает как часть

титула правителя волжских булгар (малик ас-сакалиба). Всего лишь в трех случаях

название сакалиба употребляется самостоятельно и обозначает подданных Алмуша. При

столь очевидной диспропорции напрашивается вопрос: называет ли Ибн Фадлан волжских

булгар сакалиба потому, что их правитель именовался малик ас-сакалиба. или наоборот, Алмуш именуется правителем сакалиба потому, что его подданные назывались сакалиба"!

Я полагаю, что правильнее было бы поддержать первое предположение. Начнем хотя бы с

того, что некоторые из фрагментов, где название сакалиба употребляется отдельно,

сомнительны. Фрагмент 1, например, вообще не принадлежит перу Ибн Фадлана и

представляет собой заголовок, <шапку>, вставленную переписчиком для отделения

сообщения Ибн Фадлана от предшествующего ему текста в мешхед-ском сборнике. Два

наблюдения наводят на эту мысль. С одной стороны, Ибн Фадлан упомянут здесь в

третьем лице, что контрастирует с его манерой говорить о себе в первом лице, которую мы

отмечаем в остальной части сообщения, с другой - изложение Ибн Фадлана начинается в

сборнике позднее, и для его ввода составитель помещает особую фразу: <Ибн Фадлан

сказал> [305, с. 65]. Далеко не бесспорен и фрагмент 9. Как явствует из примечания 12, он

не принадлежит к меш-хедской рукописи и дается по цитате, приводимой у Йакута. Но

верность передачи у Йакута вызывает сомнения. А.П. Ковалевский в первом издании

перевода текста Ибн Фадлана (1939) писал, что <принадлежность Ибн Фадлану первой

части приписываемого ему рассказа о хазарах у Якута вызывает сомнение или, во всяком

случае, требует особого исследования> [22, с. 20], хотя во втором (1956) оставил его в

тексте [12, с. 148]. С.Ад-Даххан, издавший текст мешхедской рукописи тремя годами

позднее, вообще не включил ее в текст, считая, что ее нельзя приписывать Ибн Фадлану

из-за несхожести стиля [305, с. 172, прим. 3]. Фрагменты, приводимые у Йакута,

показывают, что он в ряде случаев модифицировал текст Ибн Фадлана в духе собственных

представлений. Понятие сакалиба появляется в тексте Йакута для обозначения волжских

булгар намного чаще, чем у Ибн Фадлана, причем именно благодаря Йакуту13. Как

показывают приведенные в примечании 13 фрагменты, Йакут, основываясь на рассказе

Ибн Фадлана, отождествил сакалиба с волжскими булгарами и в дальнейшем часто

употреблял это название применительно к ним. Тем самым приписывать фрагмент 9

Йакуту по меньшей мере столь же правомерно, сколь и Ибн Фадлаиу. Более того,

некоторые соображения говорят даже в пользу авторства Йакута. У Йакута название

сакалиба применительно к волжским булгарам употребляется довольно часто, а в тексте