Чтение онлайн

Торговля с русами была поэтому весьма привлекательной для хорезмийских купцов, и

этим объясняется, с одной стороны, непрерывное хождение хорезмийских караванов в

Волжскую Булгарию, о котором говорит ал-Мас'уди, а с другой - огромное количество

серебряных саманидских монет, находимых в России и за ее пределами.

Но здесь следует сделать одну существенную оговорку. Нарисованная выше схема

торговли Руси с мусульманским миром иллюстрирует положение дел в первой половине X

в. Именно к этому времени относятся источники, на которых она основывается, - описание

северных народов, книги Ибн Фадлана, ал-Истахри и <Мурудж аз-Захаб> ал-Мас'уди. Но

во второй половине X в. положение дел в работорговле меняется. Попробуем разобрать, в

чем состояли эти перемены.

Во второй половине X в. мы видим в волжском регионе новых работорговцев, которые

ранее в источниках не упоминались. Ибн Хаукал сообщает о хорасанских гази, которые

приходят в Булгар и оттуда совершают набеги на сакалиба. Своих пленников они

обращают в рабство и привозят затем в мусульманский мир (см.: часть I, гл. 2).

Анализ понятия гази применительно к Хорасану и Мавераннахру того времени был дан

Н.Н. Негматовым. Согласно ему, отряды гази представляли собой добровольческие

дружины, которыми командовали избранные самими их членами вожди. Эти отряды были

практически полностью свободны в выборе области действий - они могли поступать на

службу к тому или иному правителю, участвовать в войнах с кочевниками и т.д. Зачастую

гази примыкали к народным восстаниям [375, с. 21]. Кажется вполне естественным, что

такие практически независимые и неуправляемые отряды искателей приключений могли

совершать набеги и на другие народы. Одни гази воевали с тюркскими кочевниками,

другие - совершали набеги на славян.

В Булгар гази попадали, видимо, традиционным путем хорезмийских торговцев -

караванным. Именно так, очевидно, следует толковать высказывание Ибн Хаукала о том, что территория, с которой шли хорасанцы, связана с землей сакалиба, - восточный автор

имеет в виду существование прямого пути по суше. Но почему из Хорасана (и, видимо, из

Хорезма) стали приходить охотники за невольниками?

Для ответа на этот вопрос следует принять во внимание ситуацию, сложившуюся на

волжском пути во второй половине X в. В 965 г. Святослав совершил свой знаменитый

поход на Хазарию. Были полностью разрушены Булгар, затем столица Хазарии и

Семендер, хазарское владение на Кавказе, где правили родственники кагана. Разгром

Волжской Булгарии и Хазарии имел, разумеется, важные последствия и для торговли.

Прежде всего, мне представляется вполне естественным, что русы на какое-то время

перестали приезжать в Булгар и Хазарию: они сами уничтожили те рынки, на которые

когда-то приходили. Как говорилось выше, именно с 60-х гг. X в. количество восточных

монет, находимых в России, Восточной Европе и странах балтийского региона, резко

уменьшается. Через некоторое время, правда, торговые связи частично

восстанавливаются. Найдено некоторое количество монет, относящихся ко времени после

965 г.; кроме того, ал-Мукаддаси в конце X в. сообщал, что из Булгара в Хорезм вывозятся, в частности, кольчуги и мечи [76, с. 325], которые, вероятно, поставляли русы. Между тем

объем торговли русов по Волге сильно сократился, причем поток товаров, по-видимому, направлялся теперь только в Булгар. Хазарский каганат перестал существовать, а

Волжская Булгария значительно ослабела. Столицу Хазарии постепенно снова начали

заселять главным образом ее прежние обитатели. Но ситуация переменилась: уцелевшие

хазары приняли ислам [76, с. 361], причем находились теперь под покровительством

ширваншаха Мухаммада Ибн Ахмада ал-Азди [279, с. 336]. Для мусульманских купцов

прикаспийских областей такое положение дел было благоприятным. У нас нет данных, что

Святослав во время своего похода разорил мусульманские владения на Каспии; и местные

купцы, следовательно, не понесли такого ущерба, как жители

Хазарии, во всяком случае не должны были начинать с нуля. После похода и в Хазарии, и в

Булгаре преобладали мусульмане, что, разумеется, способствовало мусульманской

торговле. Купцы из Хазарии и Булгара действовали в гораздо менее выгодных условиях. В

результате похода Святослава их экономические позиции были серьезно подорваны;

многие, скорее всего, вообще потеряли свое состояние. К тому же в Хазарии и Волжской

Булгарии не было залежей серебра. У местных торговцев, следовательно, его было

намного меньше, чем у купцов из Ирана и Хорезма. Сокращение русской торговли и

слабость Булгара и Хазарии привели к тому, что ведущая роль в торговле в бассейне Волги

перешла к мусульманским, прежде всего хорезмийским, купцам. Согласно Ибн Хаукалу, хорезмийцы отправлялись за мехами в самые дальние страны [279, с. 398], т.е. достигали

Булгара, а возможно, шли еще дальше. Ал-Мукаддаси приводит длинный и весьма

впечатляющий список товаров, привозимых в Хорезм из Булгара [76, с. 324-325].

Вслед за торговцами на север устремлялись и охотники за невольниками. Со слов купцов

им, конечно, было известно, что за Булгаром открывается огромная страна, где можно

практически безнаказанно охотиться на людей. Выгода от этого была несомненной, и

многочисленные гази вскоре стали отправляться в набеги на север. Ибн Хаукал особо

подчеркивает, что набеги хорасанцев на сакалиба повторялись часто [279, с. 332].

Как проходили эти набеги и против кого они были направлены? Вопрос о смысле понятия

сакалиба в данном случае затрагивался выше (см.: часть I, гл. 2), но рассмотрение его было