Чтение онлайн

– А ты, жидовочка, привыкай, мы тебя теперь всегда будем щупать, все по оче­реди. А пану полицейскому завтра принесешь за обиду бутылку водки, - говорил Дине старший наряда.

– Чтоб по морде меня жидовки всякие били! Убью суку! Это не при комму­нистах!
– орал обиженный, а полицманы все ржали, и Дина поняла - пронесло, но надо поскорее уходить. И она поспешила за маячившей в стороне стройной фигурой Голды.

– Это я виновата, - говорила через час Голда, объясняя случившееся товари­щам.
– Я забыла ее проинструктировать про обыск.

– Принимается объяснение, - сказал Кремень.
– А теперь ты, Дина, запомни. Первая заповедь подпольщика - быть незаметным, не выделяться из толпы никак и ничем. Немцы хотят видеть нас, евреев, забитыми, испуганными, покорными. Такими мы и должны притворяться. Наше человеческое достоинство, характер и воля к сопротивлению при нас - и мы будем сопротивляться, а значит, уничтожать фашистов. Но до поры до времени надо притаиться, схитрить, притвориться глу­пыми покорными рабами, чтоб потом неожиданно нанести врагу удар! Схватить его за горло и не выпускать, пока зверь не издохнет. Ты поняла? Терпеть униже­ния, издевательства, оскорбления тяжело, слов нет. Но пусть нам сейчас помогает все это вынести осознание справедливости нашей борьбы, чувство, что мы будем мстить врагу за наш народ. Конспирация, выдержка и терпение - вот наши глав­ные союзники. Уяснила?

Дина кивнула головой:

– Уяснила.

Она стояла в маленькой подвальной комнатке перед глазами полутора десятков человек. До этого они с Голдой достаточно долго шли по городу, вышли на его окраину, и Дина уже не знала, что ей и думать, куда и зачем ее ведут? Но вот Голда зашла в просторный дом, на дверях которого красовалась вывеска: «Столярная мастерская». Дина последовала за ней, Голда ждала ее сразу за дверью. Из се­ней прошли в саму мастерскую. Слева от дверей стояли деревообрабатывающий и столярный станок. Два человека - по представлению девушек, весьма в годах, обоим уже лет по тридцать, если не больше, - работали тут. Мельком глянули на вошедших.

– Все?
– спросила Голда.

– Да, - ответил ей один из мужчина. Голда подошла к шкафу для одежды, сто­явшему у правой стенки, открыла дверцу, вошла в шкаф и спустилась куда-то вниз. Недоуменно оглянувшись, Дина последовала за ней. В это время к шкафу подошел один из работавших в доме. Шагнув в шкаф, Дина увидела в полу люк и приставленную к стенке лестницу. Голда взяла ее за руку, помогла сойти. И тут над головой Дины закрылся люк, затем - она поняла по звуку - дверцы шкафа. С правой стороны, где-то в глубине, ещё ниже, мерцал огонек свечи. Оттуда раз­давались голоса. Когда они спустились по лесенке в эту углубленную комнату, Дина узнала многих из тех, кого сегодня встречала в бойтелагере. Ребята и девчата тесненько сидели по лавкам, поставленным вдоль стен.

– С прибытием на конспиративную квартиру слонимского подполья еврейско­го гетто!
– сказал вставший у противоположной стены, тоже, кстати, с еще одной, неизвестно уже куда ведущей дверью, Зорах Кремень.

Вот это да! Такого Дина даже не могла и предположить. Конспирация, явочная квартира, подполье - в прямом смысле слова.

– Вот, товарищи, это - Дина Янковская, о которой нам рассказывал Натан Ли­кер. Он рекомендовал тебя, Дина, ввести в состав нашей подпольной организации. Согласна ли ты стать членом нашего подполья?
– спросил Кремень.

– Еще бы! Конечно! Примите меня, пожалуйста, к себе! Я давно думаю, как бы найти партизан или подпольщиков.

– Мы знаем это. Но учти, став подпольщицей, ты должна будешь подчиняться нам, руководству организации. Выполнять наши приказы и решения, быть дис­циплинированной. Ты сможешь?

– Клянусь - смогу! Все сделаю, что скажете. Только поверьте мне!

– Принимаем, ребята? Кто «за»?
– И, выдерживая паузу, обвел глазами подня­тые руки.
– Ну что ж, Дина. Поздравляем, люди тебе доверяют. Сегодня все виде­ли и как ты работаешь, и как устроила скандал при выходе из бойтелагеря. Рабо­таешь старательно, молодец. Мы этого и ожидали. Но темперамент свой впредь попридержи. Еще выкинешь какой-либо фортель с полицаями или, не дай Бог, с немцами - расстреляют, и красивая внешность не спасет. Ты должна усвоить: дис­циплина и послушание - главные в нашем положении заповеди.

– Ребята, товарищи, обещаю, что не подведу вас. Жизнью своей клянусь! Но скажите мне, пожалуйста, как же мы, организовавшись в подполье, будем здесь бороться с фашистами?

– Оружием, - ответил Кремень.
– Цель наших действий - подготовка к уходу в партизаны. Из слонимского лагеря военнопленных уже многие солдаты и офицеры сбежали в леса. И еще, конечно же, будут побеги. У нас тот же путь. Но имен­но сейчас перед нами стоит задача организоваться, вооружиться, наладить связь с партизанами. Вот для чего мы работаем на складе трофейного оружия. Правда, сегодня задача более скромная - саботаж. Ремонтируя автомат, достаточно выкру­тить один винтик, надпилить пружинку - и оружие быстро приходит в негодность. Тебя этому научат. Но надо себя вести так, чтоб не давать немцам и полицаям по­вода для подозрений. А ты в первый же день залепила «бобику» по морде.

Вот тогда Голда и разъяснила ситуацию.

– Мы тебе верим, Дина. О тебе рассказала Софа, за тебя поручились ее роди­тели, - продолжал Зорах Кремень.
– Именно поэтому и решили привести сюда и познакомить с ребятами. Ты должна ценить меру нашего доверия и стать вы­держанней. Ты грамотный, образованный человек и можешь быть очень полезной для подполья. Ты понимаешь меня? Ты понимаешь, насколько все, что мы орга­низовали, опасно?

– Еще как понимаю!
– горячо ответила Дина.
– Но когда людей расстреливают каждый день десятками - выбирать не приходится. И вообще я согласна на все, на любое задание.

– Вот и хорошо. Пока изучай оружие, а там видно будет. На этом все. Расходимся.

Ребята и девчонки стали подниматься, потихоньку продвигаться к лесенке, ве­дущей к выходу через шкаф. Девчонки пожимали Дине руки, называли свои име­на: Галина, Женя, Гута, Люба, Лиля. Ребята, видимо, стеснялись. Дина хотела идти с ними, но Голда ее придержала. Подошел Кремень.

– Софе ничего не говори о нашем собрании. Работаешь - и все. А пистолет, что хранишь в шкафу, закопай в огороде.

Дина ничему не удивилась, согласно кивнула. Когда Кремень поднимался по лестнице, толкнула Голду, собиравшуюся задуть свечу.

– А эта дверь куда?

– Там есть ход, который ведет к кладбищу, а за кладбищем и лес.

– Ну, рассказывай!
– дома встретила ее вопросом Софка.

– А, ничего особенного, - вяло ответила Дина.
– Разбирала советские автома­ты, училась. Устала. Руки - видишь какие. Зато теперь буду получать хлеб, себя кормить.

– Как тебе не стыдно!
– хлопнула ресницами Софка.
– Словно бы в доме хлеба нет, словно мы тебя обижаем в питании.

– Ну, успокойся, - обняла она подругу.
– Но надо же и мне работать, а не только твоему папе.

На следующий день по пути на работу ее встретил Ликер и сунул в карман ее ношеного пиджака с чужого плеча - Дина вырядилась согласно полученной ин­струкции - бутылку самогона.

– Отдай старшему полицману.

– Сказали, тому, что.

– Отдай старшему.
– И ушел.

Старший, ухмыляясь, бутылку взял, Динин обидчик скривил рожу и отвернул­ся, а остальные опять заржали.

В этот же день Дина принесла из бойтелагеря хорошо промасленные тряпицу и бумагу. Стараясь, чтоб не видела Софина мама, достала из шкафа, хорошо сма­зала, завернула в бумагу и закопала на огороде у углового столбика забора свой пистолет.