Самая желанная для графа
Шрифт:
Вся придворная знать, не скрывая снисходительных и ехидных улыбок, уставилась на нас, судя по всему, в ожидании жалких оправданий. Произнося последнюю фразу, Дариэль все свое внимание сосредоточил на Гертруде. Та, слушая его, сдерживалась, но сжатые губы и гневно сверкающие глаза, которые она изредка вскидывала на него, красноречиво говорили о том, что ей, мягко говоря, неприятно выслушивать это.
– Мое согласие участвовать в отборе и присутствие на нем – это великая честь для любого короля, - высокопарно заявила принцесса, как только Дариэль умолк. – И Вы правы, Ваше Величество, король Картара так и не понял, насколько ему повезло со мной, в итоге, не сумел по достоинству оценить ни мои красоту и изысканность, ни мой титул, которыми не обладала ни одна из участниц отбора. Вряд ли в этом случае можно говорить о мудрости такого короля.
Дариэль весь лучился от удовольствия, слушая принцессу, и бросил быстрый взгляд на Торина, который с некоторым удивлением отнесся к неуважительному, граничащему с оскорблением, выпаду Гертруды, потом обратился ко мне.
– Вы придерживаетесь такого же мнения, леди Джулиана? – чуть ли не промурлыкал Дариэль, покровительственно глядя на меня.
– Отнюдь, Ваше Величество! – уверенно ответила ему. – Приглашение участвовать в отборе было честью для меня, а знакомство и общение с королем Генри доставило мне, как, я уверена, и большинству участниц отбора, истинное удовольствие. Кроме прочих многочисленных достоинств, его деликатность и чувство такта вызывали восхищение. Так, в его присутствии никто не посмел бы неуважительно высказываться о других монархах, Его Величество просто не потерпел бы этого. То, что король не выбрал ни одну из нас, как раз и говорит о его умении разбираться в людях и, как следствие, о его мудрости. Так что в данном случае слухи верны. Я, кстати, благодарна королю за то, что он не сделал меня своей избранницей, потому что мое сердце принадлежит другому.
Довольная улыбка давно исчезла с лица Дариэля, он хмуро выслушал меня и теперь задумчиво разглядывал. Его придворные, перешептываясь между собой, удивленно смотрели на меня. Один из них, пожилой мужчина, до этого также внимательно слушавший меня, наклонился и что-то сказал королю на ухо, тот еле заметно кивнул.
– Что ж, леди Джулиана, было любопытно Вас послушать. Возможно, нам еще удастся поговорить, - уже без шуток и улыбок промолвил Дариэль и обратил свой взгляд на стоявшего рядом со мной Витора.
– Граф Бурвит! – приветствовал король, голос его изменился, стал раздраженным, да и смотрел он зловеще. – Удивлен, что Вы входите в состав охраны кортежа Ее Высочества. Разве Вы не слышали о моем запрете на сопровождение Ливазийской процессии подданными Аракаса?
– Ваше Величество, я всего лишь сопровождаю свою невесту леди Джулиану, - ответил Витор, в его голосе чувствовалось напряжение.
– Вот как? Довольно неожиданно! – озадаченно воскликнул король и раздосадованно посмотрел на меня.
– Я являюсь свидетелем помолвки графа с леди Джулианой, - вмешался Торин.
Король разочарованно нахмурился, а потом недоверчиво спросил:
– А Вы можете это подтвердить, леди Джулиана?
– Я подтверждаю, что являюсь невестой графа Витора Бурвита, который сопровождает меня в Ливазию, чтобы познакомиться с моими родителями и лично попросить у них моей руки, - почти отрапортовала я королю и с улыбкой взглянула на Витора.
Поймав мой взгляд, он заметно расслабился и тепло улыбнулся в ответ. Король некоторое время молчал, видимо, «переваривая» мой «рапорт», потом напряженно проговорил:
– Что ж буду рад увидеться со всеми за ужином.
– Ваше Величество! Я бы охотно осмотрела Ваш дворец, - неожиданно заявила Гертруда.
– Хорошо, Вам его покажут, - рассеянно ответил Дариэль.
– Я бы хотела, чтобы это сделали лично Вы, - недвусмысленно настаивала она.
Все в недоумении замерли, в том числе и король, который некоторое время придирчиво разглядывал принцессу.
– Я был бы не против, Ваше Высочество, - сказал он, немного подумав.
– Но не уверен, что это приемлемо, да и Ваш отец вряд ли одобрит это, - и насмешливо добавил: - Мои условия остаются прежними.
– Я уверена, что они будут соблюдены! – вздернув подбородок, с вызовом произнесла Гертруда.
Леди Несса ахнула, дернувшись от изумления, и, не удержавшись, всплеснула руками. Судя по всему, заявление Гертруды шло вразрез с планами и указаниями ее отца, короля Элгара. Лайон, также напрямую получивший указания от короля, стоял бледный и с ужасом смотрел на принцессу, неужели он опасался именно этой выходки Гертруды, не желая ехать во дворец?
Торин и Витор напряженно следили за диалогом короля и принцессы, и только леди Флоренс смотрела на развернувшееся перед ней действо, как на спектакль с захватывающим сюжетом. Я же, будто сторонний наблюдатель, равнодушно фиксировала происходящее вокруг меня.
– Меня восхищает Ваша решительность, Ваше Высочество, но хотелось бы знать, на чем основывается такая уверенность? – хладнокровно продолжал спрашивать Дариэль.
– Ваши условия мне кажутся вполне приемлемыми. Я уверена, что заслуживаю достойного приданого! – невозмутимо ответила принцесса.
– Несомненно! – бесстрастно подтвердил король. – Осталось только убедить в этом Вашего отца.
– Я уверена, что сумею найти УБЕДИТЕЛЬНЫЕ аргументы! – с уверенностью заявила Гертруда.
– Думаю, нам следует обсудить это, - после некоторого раздумья проговорил Дариэль, подойдя к принцессе. – Вы хотели осмотреть мой дворец, Ваше Высочество? Я к Вашим услугам.
Они понимающе улыбнулись друг другу и вместе покинули зал.
Поступок принцессы для всех стал неожиданностью, и то, что его последствия могли привести к межгосударственным конфликтам, понимали тоже все. Торин и Витор задумчиво смотрели вслед паре, а вот Несса и Лайон были в панике.
– Вы поэтому не хотели ехать во дворец, граф? – поинтересовался Торин у Маккона, когда мы вышли из зала.
– Не совсем, - растерянно ответил тот.
– Я опасался, что король сделает предложение принцессе и станет настаивать на нем, но, чтобы Ее Высочество…
– Король Элгар не простит нам этого, - пробормотала фрейлина, которая растеряв весь свой лоск, уныло шла рядом с Лайоном.
За ужином Гертруда сидела с горделивой улыбкой. Она никого не удостаивала своим взглядом, лишь иногда смотрела на короля. Дариэль был тоже в приподнятом настроении, он бросал на принцессу многозначительные взгляды. Все заметили эти переглядывания и терпеливо ждали, что же за этим последует.
– Я хочу сообщить вам, господа, о своем решении, - в зале мгновенно установилась тишина, все взоры были обращены на короля. – Я предложил Ее Высочеству принцессе Ливазии выйти за меня замуж, и она дала мне свое согласие.
Теперь все смотрели на Гертруду, которая сидела недалеко от короля с видом победительницы и окидывала высокомерным взглядом своих будущих подданных.
– Лорд Бейтер отправится к королю Ливазии и будет представлять меня там, - продолжил Дариэль.
Придворные зашумели, стали поднимали бокалы с вином и выкрикивать поздравления.
– Кто из них лорд Бейтер? – спросила я у Витора, разглядывая придворных.
– Пожилой мужчина, сидящий по левую руку от короля, он является ближайшим советником Дариэля, - ответил он.