Чтение онлайн

Ответить я ей не успела, потому что дверь распахнулась, вбежала испуганная горничная со словами:

– Ваша Светлость! Ее Высочество…

В комнату ворвалась Гертруда, она подбежала ко мне и что-то сказала, но я не услышала ни слова. Сходство принцессы с Кристиной было поразительным! Лицо Ее Высочества помнила по картинке, которая неожиданно всплыла вчера в памяти, но, увидев наяву девушку, так похожую на ту, которая пыталась убить меня, я окаменела.

Ее мимика: нахмуренные бровки, капризные пухлые губки и холодный настороженный взгляд на мгновенье заставили меня позабыть, что я нахожусь в другом мире и передо мной незнакомый человек. Глядя на беззвучно шевелившиеся губы, заставила себя вслушаться в то, что девушка взволнованно говорила:

– …Как ты себя чувствуешь? Я так волновалась! Я всем сказала, что ты ни в чем не виновата! Никто не посмеет тебя в чем-то обвинить!

Ее невнятные высказывания разбудили во мне любопытство.

– Джулиана ничего не помнит, Ваше Высочество, - не к месту вмешалась матушка, виновато глядя на принцессу.

Та обернулась к ней, и мне не удалось разглядеть ее реакцию на слова герцогини, но, судя по всему, они были для нее полной неожиданностью.

– Но ведь что-нибудь ты запомнила? – чуть помедлив, спросила Гертруда, недоверчиво глядя на меня.

– После обеда Вы предложили прогуляться, и мы пошли в парк, это последнее, что я помню, - ответила ей.

Воспоминания были обрывочными, например, когда матушка упомянула о виконте Уорвике, перед глазами появился образ молодого красавца, наследника графа Уорвика, и все. Никаких воспоминаний о наших отношениях или встречах, никаких чувств или хотя бы, симпатии, ничего! Поэтому Гертруде я сказала чистую правду. Она продолжала подозрительно смотреть на меня.

– А в чем я не виновата? – решила уточнить, прерывая молчание.

Она дернулась и растерянно посмотрела на леди Ленору.

– Лекарь сказал, что Джулиане нельзя волноваться, - потерянно проговорила матушка, с жалостью глядя на меня.

– Тогда мы поговорим обо всем позже, когда тебе станет лучше, - покровительственным тоном произнесла Гертруда. – Отдыхай, поправляйся, я все устрою!

Она встала и направилась к двери.

– Благодарю Вас, Ваше Высочество! Вы очень добры! – сказала ей вслед матушка, сдерживая слезы.

– Расскажите мне, что же все-таки произошло, - попросила я герцогиню, когда мы вновь остались одни.

– Не сейчас, дитя мое. Если уж Ее Высочество не стала ничего рассказывать, то и я не смею, - сказала она.

Я с удивлением смотрела на матушку, надо же, с каким пиететом она относится к ровеснице своей дочери! Пара фраз из уст принцессы, и беспрекословное подчинение со стороны герцогини. Интересно, Джулиана также безропотно выполняла все желания и просьбы Гертруды?

В голове – тишина, или, правильнее сказать, пустота, которая начинала вызывать у меня раздражение, потому что нарисовалась огромная перспектива быть разоблаченной или оказаться в нелепом положении, делая ошибку за ошибкой.

Услышав громкие крики поздравлений, граф Витор Бурвит будто очнулся и посмотрел на жениха и невесту. Только что в церкви родового замка прошла церемония венчания графа Торина Ривгана и леди Оливии Стелтон. Их свадьба стала заметным событием в королевстве Картар, почетным гостем был сам король Генри.

Витор понимал, что ему, подданному королевства Аракас, оказана не только большая честь, но и доверие со стороны Торина. Несколько месяцев назад Витор оказал графу Ривгану услугу, и теперь тот считал себя его должником. Возле молодоженов расположились их друзья, граф Ален Монсервиль и его жена Ирэйна.

Витор посмотрел на Ирэйну, жену Алена, которая недавно родила дочь и вся светилась от радости. Ирэйна встретила взгляд Витора и приветливо улыбнулась ему. Он «отсалютовал» ей, подняв бокал с вином, вспоминая, как когда-то похитил жену графа Монсервиля и даже увлекся ею. А вот теперь и с ней и с ее мужем Аленом был в приятельских отношениях. Задумавшись над превратностями судьбы, граф Бурвит медленно скользил взглядом по присутствующим за столом, затем поднялся и прошел в бальный зал.

Он бродил среди гостей, наблюдая за кружившимися в танце нарядно одетыми парами, привычно ловил на себе заинтересованные взгляды придворных дам. С ранней юности Витор восхищался прекрасным полом и не ленился доказывать это, с энтузиазмом ухаживая за женщинами. Он понимал, что нравится им, да это было неудивительно, и не только потому, что был красив и обаятелен, просто дамские капризы не раздражали его, он прекрасно видел слабости и недостатки женщин, но относился к ним снисходительно, без обиды, а уж тем более, презрения.

И юные девы, и достаточно зрелые дамы чувствовали по отношению к себе его восторг и обожание, они платили ему тем же, наверное, поэтому, Витор легко сходился с женщинами, и при расставании ему удавалось избегать ненужных разборок и конфликтов. Хотя Витор и преклонялся перед женщинами, но, тем не менее, считал их легкомысленными особами.

Граф издалека увидел направлявшуюся к нему чету Монсервилей и улыбнулся, вспомнив, что именно встреча с Ирэйной заставила изменить его мнение о слабом поле. Тогда он вдруг с удивлением понял, что беседа с умной женщиной доставляет ему огромное удовольствие.

Ален и Ирэйна подошли к нему, и, обменявшись приветствиями, Ален сообщил:

– Наш король собирается жениться и устраивает отбор невест.

– Я что-то слышал об этом, - ответил Витор. – Кажется, разосланы приглашения во все королевства.

– Да, причем не только для принцесс, в королевском отборе могут участвовать и другие титулованные особы, - уточнила Ирэйна. – Будет нужна информация обо всех участницах. Мы решили подойти к этому вопросу серьезно.

– Мы? – удивленно переспросил Витор.

– Да, Генри сам попросил нас и Торина с Оливией помочь ему в этом, - улыбнулся Ален, переглянувшись с женой.

– Мудрое решение, - серьезно заметил Витор. – Если и можно доверять кому-то в этом вопросе, то только вам, четверым.

– Вообще-то доверять лучше своему сердцу, - неожиданно произнесла Оливия, подошедшая вместе с Торином. – Но это, разумеется, только, если речь идет о любви, в иных же случаях совет друзей не будет лишним.

Витор тепло улыбнулся молодоженам, именно Оливия сумела увидеть в его глазах то, в чем он не решался признаться даже себе. Ее слова, поразившие его, он помнил до сих пор: «Вы жаждете любви, граф. В Вас, конечно, присутствует дух авантюризма, тяга к переменам и приключениям, но сейчас Вам нужно сильное и основательное чувство, которое удерживало бы Вас от безумств. Хотя, оно всем нужно, но Вы, в отличие от многих мужчин, не боитесь, что это чувство полностью поглотит Вас».

Они были чем-то похожи, эти две женщины, он это понял еще раньше. И дело было не во внешности, хотя обе были красивы, а в их поведении, характерах.

Их поступки, манера общения отличались достоинством и независимостью. Ни Ирэйна, ни Оливия не претендовали на лидерство, но если они были в чем-то уверены, то не отступали, а боролись до конца, не обращая внимания на чьи-то домыслы и откровенные сплетни. А еще они очень любили своих мужей, и те отвечали им взаимностью.

– Не каждому может повезти встретить свою любовь, - грустно усмехнулся Витор. – Но долг перед родом следует выполнить в любом случае.