Чтение онлайн

Сережка вздрогнул. Встряхнулся.

– Правда! Я же не за себя... Я просто не сумел ему сказать!.. Я сейчас!.. Я сейчас!..
– И он бросился к ступеням опять.

– Сережка, не надо!

Но он уже исчез.

Теперь я ждал его долго. Отблески солнца на крышах исчезли, небо по-вечернему засинело, поползли по теплой улице сумерки. Зажглось одно окошко, другое...

Ну где же Сережка-то?

А может, Старик что-то сделал с ним? Колдун ведь!

Мне захотелось сжать себя, зажмуриться и... проснуться. Но тут же я понял - не смогу. Ведь это значило бы бросить Сережку. Ну и что же, что во сне! Все равно...

Оставалось одно: на руках забраться на крыльцо, пролезть внутрь. Разыскать в этой колдовской башне Старика и Сережку. И будь что будет!

Я взялся за твердые шины. Кресло послушно катнулось вперед. Еще... Но левое колесо уперлось в торчащий булыжник. Я толкнул изо всех сил. Рука сорвалась, а кресло поехало вниз по улице. Сразу набрало скорость. Я не успел опять схватиться за шины, и теперь колеса вертелись так, что вмиг поотрывали бы мне пальцы. Меня трясло на камнях, и несколько раз я чуть не вывалился! И ни одного человека навстречу, хоть надорвись в крике.

Я сжал зубы.

Улица расступилась, меня вынесло на Туманный луг. Здесь была ночь, светились застывшие облачные смерчи. Кресло мчалось уже без тряски, как по лучшему асфальту. Но "асфальта" видно не было - колеса по ступицу в тумане. И вдруг туман кончился. И твердь кончилась! Я увидел черную глубину и ухнул в провал.

Я часто падал во сне, и каждый раз было страшно. Однако такого жуткого падения еще не испытывал. Вниз, вниз, вниз!

Со скоростью снаряда! И даже не крикнешь - стиснуло как железом... Кресло отлетело и кувыркалось в стороне...

Скорее проснуться! Ну, скорее же!

Нет, не могу... Сейчас грянусь так, что меня не соберут ни во сне, ни наяву...

Я все же выдавил хриплое:

– А-а-а...

И луну заслонила крылатая тень. Самолет! Сережка! Он догонял меня в крутом пике...

Круглый зев открытой кабины оказался рядом, меня зацепило бортом, перевернуло. И я даже не помню, как очутился в пилотском кресле. Сами собой защелкнулись на груди ремни.

– Сережка! Выходи из пике!

– Не могу! Инерция. Возьми ручку... на себя...

Я вцепился в резиновую рукоять, потянул ее на грудь. Изо всех сил! Но меня вместе с Сережкой-самолетом крутнуло, увлекло в обморочную спираль.

– Сережка, штопор!

– Жми правую педаль!

– Я же не могу!

– Жми, я сказал!

– Но я же...

– Жми!! Разобьемся!..

– Не могу!

– Можешь!! Иначе Конец!..

Я заплакал, потому что понял - и правда конец. Настоящий! За что? Я не хочу!..
– И надавил педаль. Как в старых снах про свой самолет.

Самолет-Сережка сделал еще два витка и вышел из штопора. Я надавил левую педаль, потом ослабил обе. И опять потянул к себе ручку. И ощутил, как меня вжимает в пилотское кресло: самолет по дуге переходил в горизонталь.

И вот мы уже ровно летим над каким-то полем. Я вижу, как серебрится трава. Совсем близко.

– Садись, - измученно говорит Сережка.

– Без огней? Ничего же не разглядеть, грохнемся...

– Не грохнемся, садись.

И я сажаю самолет среди высокой травы.

Тихо вокруг, только в ушах звенит. И ноги болят от напряжения. Понимаете, они болят!

МОКРАЯ ТРАВА

Я долго сидел, прижавшись в спинке, и молчал.

Сережка наконец сказал через динамик!

– Приехали, Выбирайся.

Я расстегнул ремни. Толкнул легкую дверцу. И стало страшно: вот попробую шевельнуть ногами, а они... опять мертвые.

– Выбирайся, Рома, - повторил Сережка. И ласково, и строго.
– Теперь ты можешь.

Я... двинул одной ногой. Другой... Могу! Я опустил ноги из кабины. Зажмурился (и глазами, и внутри себя) и прыгнул. Упал на четвереньки. Но тут же понял: Ноги живые! По ним бежали мурашки. Я ощутил мокрую густую траву.

Я встал. Покачался. Шагнул. Ноги слушались. И с каждой секундой в них нарастала упругая сила! Если захочу, могу запрыгать, как жеребенок! Только страшновато поначалу...

Толчок воздуха качнул меня, и оказалось, что Сережка рядом. Не самолет уже, а просто Сережка.

Он обнял меня, крутнул за плечи.

– Вот видишь! Все получилось!

А я словно немой сделался от радости.

– Пошли!
– велел Сережка.

Я сделал шаг, другой... Влажные листья и стебли прилипали к ногам, это было такое счастье - чувствовать траву.

Травы раскинулись до горизонта. Они были в мелких капельках, и эти капельки блестели под луной. Луна теперь казалась очень маленькой, она быстро бежала среди клочковатых облаков.

Кое-где торчали каменные глыбы, похожие на идолов и заколдованных чудовищ. Но редко друг от друга, поэтому я ни одну не зацепил при посадке.

– Сережка, где мы?

– Не все ли равно? Главное, что ты на ногах!

– Но все-таки... здесь Безлюдное Пространство?
– Для меня это было почему-то очень важно.

– Конечно, - успокоил меня Сережка.
– Только я не знаю, какой это слой. Занесло нас после штопора...

– Как хорошо, что ты успел меня подхватить!

– Ага! Я почуял, что ты в провале - и к окну. Грянулся пузом о раму, о стекла и сразу - лечу! И ты кувыркаешься рядом...

– Ты прыгнул прямо из башни Старика?

– С четвертого этажа...

– Вот это да!.. Старик, наверно, до сих пор сидит с разинутым ртом...

Сережка помолчал и выговорил, словно стыдясь чего-то:

– Не думаю... Мне кажется знаешь что? Скорее всего, Старик это все и подстроил.

– Зачем?!

– Ну... решил помочь тебе, а открыто это делать не хотел.

– Ничего себе помощь!

– А разве нет?
– виновато рассмеялся Сережка.
– Ведь ты же встал на ноги...

– Это я с перепугу!

– А перепуг-то благодаря Старику! Я ему как раз говорил про тебя, а он сидел насупленный, не отвечал, и вдруг...

– А если бы я не сумел нажать на педаль?!

– Значит, Старик знал, что сумеешь...