Чтение онлайн

– Пошли просить хоть пива, я уже готов...

Сашка был не прав. Нас наградили орденами и медалями. Я получил первый орден Красной Звезды.

Потом было еще несколько незначительных операций.

Второго декабря 1979 года наше отделение валялось на кроватях и ждало команды на обед.

– Ты, после службы, куда пойдешь?
– спрашивает меня Саша Боголюбов.

– В лесничество вернусь. Домой.

Ребята смотрят на меня c недоумением.

– Это с такими знаниями французского языка, да еще по-немецки лопочешь. Иди в ВУЗ. Окончишь высшую школу, везде дорога будет открыта. Родное КГБ всегда поможет.

– Но кто то должен быть лесником.

– Кто то, но не ты.

В это время взвыл сигнал тревоги. Мы бросились к пирамидам и каптеркам, за оружием и имуществом.

– Ребята, быстрей, - торопит нас сержант Орлов.
– На улице машины, срочно в них.

– А как же со жратвой?
– на ходу кричит ему Саша.

– Не знаю. Вперед, на выход.

– Что то не похоже на учебную, - удивился я.

Нас быстро запихивают в крытый грузовик и мы несемся по улицам города.
– Наверно каких-нибудь бандюг будем ловить, - предполагает Виктор Смагин, он сидит у самого борта и иногда комментирует то, что видит. Смотрите, нас газик командира догоняет.

– Куда мы едем, ты не видишь направление?
– кричит ему Сашка.

– По моему, в аэропорт.

Все загалдели.

– Теперь нас наверняка не покормят, - говорит мне на ухо Сашка.

– Ты заметил, подняли только нас, наше отделение.

– Заметил.

– Точно, в аэропорт, - уточняет Смагин.

Нас провозят в какие-то ворота и вскоре мы выезжаем на летное поле.

– Всем из машины. Строиться, - раздаются команда.

Машина стоит у большого "ИЛ-86". Мы выскакиваем и строимся. Из подъехавшего газика, вылез майор и лейтенант Акимов, командир нашего взвода.

– Равняйсь. Смирно, - орет сержант.

– Отставить, - отвечает майор.
– Товарищи солдаты и сержанты, вам доверяется важное задание. Цель и задачи, объяснят потом. А сейчас сюда прибудет генерал и вы полностью поступаете в его распоряжение.

Через две минуты к нам подъезжает черная "волга". Из нее выходит генерал и полковник с портфелем. И тут я узнаю того самого генерала, что приезжал к нам в лесничество бить кабанов.

– Все в порядке, майор?
– спрашивает он.

– Так точно, товарищ генерал.

– Всех в самолет. Полетели.

Мы прилетели на аэродром под Кабулом. Здесь нас сразу погрузили на бронетранспортеры и отправили в представительство Советского Союза в столице Афганистана. Своего рода это городок, обнесенный забором, со своей охраной и хозяйством.

Вечером лейтенант собрал все подразделение в небольшой комнате.

– Ребята, обстановка в Афганистане очень тяжелая. Кто то без конца хочет нас поссорить с афганцами. Для этого здесь совершаются бесконечные провокации против наших сотрудников, их похищения и убийство из-за угла. Недавний переворот произведенный прокоммунистической группировкой Амина, еще более усугубил наши отношения с новым правительством и руководством этой страны. Военная делегация, прибывшая с нами для переговоров, нуждается в безопасной работе и отдыхе. Вы и прибыли для ее охраны. Генерала П. будут всегда сопровождать и охранять два наших человека. Сегодня ночью заступают Глинский и Федоров.

– Заступать будем по графику?
– спросил сержант Серов.

– Нет. Часть ребят нужны для выполнения других заданий. Кого куда, сообщу завтра утром.

Сижу на ступеньке дома и греюсь на солнышке. Моя смена дежурства после 12 часов, когда генерал П поедет на встречу с новым президентом Амином. Две тени упали на лицо. На меня смотрят смеющиеся лица девчонок.

– Вы русские?
– спрашиваю их.

– А здесь все русские, - отвечает черноволосая, - в представительстве других нет.

– Что, и афганцы сюда совсем не заходят?

– Иногда, если их приглашают. А вы вчера приехали с родины?

– Вчера.

– Как там, в Москве?

– Нормально. Идет снег.

– Снег? Ой, как я соскучилась по настоящему снегу.

– Вы, школьницы?

– Мы барышни.

Обе смеются.

– Вас как звать?

– Меня Даша, а ее Таня, - отвечает черноволосая девушка.

– Меня можно звать, Толя.

Они подсаживаются на ступеньку рядом.

– На долго к нам?
– спрашивает Таня.

– Не знаю.

– А вы свободными по вечерам бываете?

– Бываю. Как смена кончиться, так я и свободен.

– Сегодня освободитесь?

– Может быть.

– Тогда приходите вон в то здание, - Таня показывает пальцем на серое двухэтажное здание.

– А что там будет?

– Танцы.

– Хорошо. Если освобожусь. Буду.

Мы подъезжаем на газике к президентскому дворцу. Генерал П. на первом сидении рядом с шофером, мы с Сашкой Боголюбовым, вооруженные до зубов, и полковник Бобров с документами, сзади. Дворец президента окружен особой охраной. Перед воротами стоит бронетранспортер. Во дворике их даже три. Посты стоят у ворот, на стенах, в дворике, в помещениях. Нас пропускают через ворота, даже не спросив кто мы и зачем идем во дворец, но у двери в помещения около нас очутился полковник президентской гвардии.

– Господин президент, ждет вас, - по-русски сказал он.

Мы проходим несколько дверей и тут наш сопровождающий поднимает руку.

– Дальше охранникам нельзя.

– Стойте здесь, - приказывает нам полковник Бобров.

Делегация исчезает за дверью. Я оглядываюсь. В большом зале с голыми стенами несколько гражданских лиц и большинство военных. Мы отходим к оконному проему.

– Здесь курить можно?
– спрашивает меня Саша.

– Кури. Вон какие то типы дымят.

Саша закуривает и смотрит в окно.

– Лейтенант просил нас все примечать.

– Тише. Здесь наверно большинство знает русский язык.

Вдруг до моих ушей из зала донеслась французская речь.

– Саша, не отвлекай меня. Стой тихо.

– Понял.

– Амин, не дурак, - говорил приятный голос по-французски, - этого русского генерала он сейчас будет водить за нос.

– У него безвыходное положение. С одной стороны давят русские, с другой стороны, он скрытно вступил в переговоры с нами и американцами.

– Сегодня только узнал, что генералы Амина, с его согласия, подписали с французской фирмой "Дальмонт" контракт на поставку вооружения и продовольствия.

– Чем же афганцы будут платить?

– Наркотиками. Этого дерьма разводят на юге целыми плантациями.

– Нас никто не слышит?

– По моему нет. Там русские охранники, здесь афганские, этот турок не в счет, а эти полевые командиры... наверно, никто не знает французского. Все же, давай потише.

Они заговорили шепотом и уже их нельзя было понять. Я оглянулся и с равнодушным видом оглядел зал. Недалеко от меня стояли двое солидных гражданских и тихо переговаривались. У одного нелепо торчала клинышком борода, другой почти совсем лысый.