Чтение онлайн

Мы, как писал Ф. Богушевич, и есть сегодня те, кто «утратили прежде язык свой, так же, как человек перед смертью, у которого язык отнимается, а потом и совсем умерли». Нет языка — нет нации, нет страны и государственности, нет своих властей.

Об этом же говорил и К. Паустовский: «По отношению каждого человека к своему языку можно совершенно точно судить не только о его культурном уровне, но и о его гражданской ценности. Истинная любовь к своей стране немыслима без любви к своему языку. Человек, равнодушный к своему языку, — дикарь. Он вредоносен по самой своей сути, потому что его безразличие к языку объясняется полнейшим безразличием к прошлому, настоящему и будущему своего народа».

Какие точные слова по отношению к современным беларусам!

Все начинается со своего языка, и нежелание говорить на нем — привитое некогда сверху — означает нулевую полезность человека как Гражданина, ибо без осознания ценности языка — нет осознания ценности своей нации и своей страны. Равнодушие к языку означает равнодушие к прошлому своего народа — а значит, и к его будущему. Именно это у нас создавала концепция «западнорусизма», выхолащивая все наше национальное.

Вся наша история XIX и XX веков показала, что «западнорусизм» — это крайне реакционная и лживая идеология, созданная царизмом с целью феодального закабаления нашего населения в рабов и политических слуг восточного соседа — путем лишения нас национального сознания, идей о своей государственности и о своем свободном демократическом устройстве. Согласно Паустовскому, царизм и затем советские власти превращали два века беларусов — в ДИКАРЕЙ, в дикарский народ, лишенный для подавления тяги к свободе и самоуправлению — своего национального лица.

Давайте вместе посмотрим, что ДАЛ нашему народу этот пресловутый «западнорусизм». С российской оккупацией мы были лишены нашей государственности, существовавшей в полной мере в союзной Речи Посполитой. Мы лишились права беларусов руководить Родиной (ранее были беларусы-канцлеры ВКЛ, теперь стали русские генерал-губернаторы, ранее были сеймы нашей шляхты — теперь запрещены, 3 мая 1791 года мы приняли вместе с поляками первую в Европе и вторую в мире после США Конституцию — она теперь была запрещена). Мы лишились своей армии (до 1795 была армия ВКЛ, теперь наш народ как пушечное мясо стали в рекруты на 25 лет набирать для российских войн в интересах не Беларуси, а российского феодализма). Мы лишились своего самоуправления: в течение 400 лет около 100 городов и сел Беларуси имели Магдебургское право, по которому избирали себе свою исполнительную, законодательную и судебную власть — все это было запрещено как «ненужное».

Наши крестьяне были впервые в своей истории введены в крепостное право «западнорусистами» — и сделались рабами восточных феодалов. Наша исконная национальная вера была запрещена — и вместо нее насаждена религия захватившего нас восточного соседа. Наши изданные со времен Франциска Скорины Библии на нашем языке — штабелями сжигались «западнорусистами». Наш язык был запрещен для обращения к Богу и для книгоиздания. Наша шляхта была разогнана как носитель национального сознания, а затем точно так уничтожалась «западнорусистами» наша национальная интеллигенция. «Западнорусизм» запретил сначала наши названия «Литва» и «литвины», вводя в своей концепции увязки с Россией «Беларусь» и «беларусы», а потом запретил и эти фантастические названия, вводя «Северо-Западный край». В восстании 1863-64 гг. и в 1930-х под предлогом «борьбы с сепаратизмом» «западнорусизм» уничтожал у нас все ростки Гражданского Общества как угрозу своей деспотии. В СССР все противники «западнорусизма» как ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИДЕОЛОГИИ большевизма в отношении нас — были оболганы как «буржуазные националисты» и ликвидированы. Будто у одной России есть «монополия» на нечто национальное типа Минина и Пожарского, а у других ее нет — такие же свои «Минины и Пожарские» у нас считались «буржуазными националистами», в том числе до начала 1960-х Франциск Скорина был «жупелом беларуского буржуазного националистического студенчества».

Как видим, именно «западнорусизм» являлся в течение 200 лет ГЛАВНЫМ ТОРМОЗОМ нашего социального и цивилизационного развития. И сегодня в суверенной Беларуси первой и самой главной, наиважнейшей задачей является борьба с идеологией «западнорусизма».

Вадим РОСТОВ

 В 5 часов утра 17 сентября 1939 года войска СССР вторглись на территорию Западной Беларуси. Чем являлась эта агрессия: «освобождением от польского ига» или иностранной оккупацией?

14 сентября 2008 года в передаче «Наши новости» на канале «ОНТ» в сюжете о присоединении Западной Беларуси было сказано, что «Оно стало результатом военного противостояния Германии и СССР» и что «Войска СССР из-за неожиданной ситуации и бегства правительства Польши были вынуждены войти для защиты беларуского населения в Польшу». Дескать, «Войска Германии уже заняли Брест и были готовы занять всю Западную Беларусь, и только вторжение Красной Армии спасло беларусов от немецкой оккупации».

Однако каждый школьник знает, что Вторая мировая война началась из-за военного союзничества (а не противостояния!) СССР и фашизма в разделе Польши. Решение о вероломной агрессии СССР против Польши (в нарушение Договора о ненападении между двумя этими странами) было принято еще задолго до начала войны. Граница между зонами оккупации нацистов и коммунистов определена в секретном дополнении к пакту Молотова-Риббентропа — и поэтому немцы никак не могли занять территорию Западной Беларуси, оставили Брест советским войскам. При бомбардировках Варшавы немцы использовали любезно поставленный в Минске радиомаяк, а правительство Польши в день агрессии СССР 17 сентября 1939 года еще оставалось в стране. Вместо того чтобы уничтожить фашистов Гитлера (тогда еще крайне слабую армию по сравнению с войсками СССР) и предотвратить геноцид над «братским» славянским польским народом — Сталин проводит с фашистами совместный парад в Бресте, организует совместную работу гестапо и НКВД по ликвидации польского, беларуского и украинского подполья. Мало того, к участию в «Польском походе» по приказу Сталина не были допущены в «армию-освободительницу» беларусы и украинцы — из страха, что они, радуясь встрече со своими братьями в Восточной Польше, могут возродить свои независимые от Москвы государства.

Эта правда скрывается, а вместо нее сообщается, что «Беларусы с цветами встречали своих освободителей» — то есть русских, узбеков, татар — а вовсе не восточных беларусов. Причем непонятно, в чем тут «освобождение», которое осуществлялось вместе с фашистами.

Я понимаю желание современных сталинистов выдать агрессию за якобы «освобождение от угрозы немецкой оккупации». Но это не так.

Главная военная прокуратура РФ в 1993 году (в рамках рассмотрения Катынского дела) сочла нападение СССР на Польшу 17 сентября 1939 года агрессией и оккупацией.

Вот ЗАКЛЮЧЕНИЕ комиссии экспертов Главной военной прокуратуры по уголовному делу № 159 о расстреле польских военнопленных из Козельского, Осташковского и Старобелъского спецлагерей НКВД в апреле-мае 1940 г., 2 августа 1993 года, г. Москва:

«В сентябре-декабре 1939 г. были интернированы, частично взяты в плен, задержаны органами НКВД при регистрации населения на территории Западной Белоруссии и Западной Украины более 230 тыс. польских граждан. Из них более 15 тыс. человек — офицеры, служащие различных уровней администрации и управления — были сосредоточены в Козельском, Старобельском и Осташковском лагерях НКВД для военнопленных, по состоянию на начало марта 1940 г. В это же время в тюрьмах западных областей Белоруссии и Украины содержалось более 18 тыс. арестованных, из которых 11 тыс. составляли поляки. В феврале-апреле 1943 г. польские военнопленные из Козельского лагеря были обнаружены в массовых захоронениях в Катынском лесу Смоленской области. Причину смерти, даты расстрела и захоронения, виновных в гибели этих военнопленных устанавливали в 1943 г. немецкие эксперты, Техническая комиссия Польского Красного Креста (проведшая основные работы по эксгумации и идентификации погибших) и международная комиссия судебно-медицинских экспертов, в 1944 г. — Специальная комиссия по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катынском лесу военнопленных польских офицеров под руководством академика Н. Н. Бурденко. В 1946 г. вопрос о Катынском деле был вынесен в Нюрнбергский Международный военный трибунал. В 1952 г. его рассматривала специальная комиссия Палаты представителей Конгресса США под председательством Р. Дж. Мэддена. В 1987–1989 гг. к нему обращалась смешанная советско-польская комиссия по ликвидации так называемых “белых пятен” в отношениях между двумя странами, создав под конец своей деятельности подкомиссию по вопросу о судьбах польских военнопленных и обнаружив в Особом архиве документы НКВД.

Весной 1989 г. в Особом архиве ГАУ при СМ СССР были обнаружены документы НКВД СССР, свидетельствующие о том, что массовые расстрелы поляков были делом НКВД СССР. Это явилось поворотным пунктом в раскрытии подлинных обстоятельств этого злодеяния, открывало возможности его объективного расследования и дачи ему правдивой политической оценки. В апреле 1990 г. во время переговоров между Президентами СССР и РП В. Ярузельскому была передана часть этих документов, включая списки военнопленных, расстрелянных в Катынском лесу, в Смоленске, в Калинине, а также содержавшихся до расстрела в Старобельском лагере.

В мае 1990 г. двусторонняя комиссия прекратила свое существование. В сентябре 1990 г. расследование дела по факту расстрела польских военнопленных поручено Главной военной прокуратуре.

…Изложенные обстоятельства убедительно свидетельствуют, что сталинское руководство грубо нарушило Рижский мирный договор и договор о ненападении между СССР и Польшей 1932 г. Оно ввергло СССР в действия, которые подпадают под определение агрессии согласно конвенции об определении агрессии от 1933 г. Тем самым принципиально важные вопросы внешней политики СССР решались с прямым нарушением международного права».