Чтение онлайн

— Извини, конечно, это не мое дело — читать тебе нотации, но как тебя понять? Ты у родителей не живешь, дома с женой не живешь, квартиру не снимаешь, а почему-то находишься у Леры! Или вы спите на одной кровати под разными одеялами?

— Под разными, — вздохнул Павел. — Я сплю на кухне.

— Ладно, — умерила пыл Светлана. — Домой собираешься возвращаться?

Павел молчал, смотря в сторону смеющихся на соседней скамейке подростков.

— Ты думаешь, мне легко? Меня дрожь берет, когда смотрю на маленьких деток. Вера не давала моим родителям приблизиться к Злате, а когда сама же недосмотрела дочку, то обвинила в этом мою мать. Она просто издевается над их чувствами.

— А может, это ты издеваешься над ее чувствами? Почему бы тебе не разобраться до конца в этой истории? Ты прицепился к этой игрушке, а на самом деле даже не проверил, подходит ли к ней та злосчастная батарейка! Ты сам не хочешь идти на примирение.

— Ты не видела, какой цирк она устраивает!

Павел вскочил с места. Светлане даже показалось, что он сейчас набросится на нее.

— Сначала просит меня об усыновлении, а потом заказывает эту дурацкую куклу! Да еще прогуливается с ней по улице. Ее видят соседи — что они могут подумать?

— Зря я приехала. Сочувствия у тебя нет и совести тоже. Твои амбиции важнее. Я не узнаю тебя. Вы с Лерой идеально подходите друг другу.

— Вот только Леру трогать не будем. Она здесь ни при чем, и, между прочим, именно она помогла мне прийти в себя после выходок Веры.

— Да, я так и подумала, что без нее не обошлось.

Светлана встала со скамейки, намереваясь уйти.

— Да, и передай Вере, что в следующем месяце я деньги привезу и потом тоже. Пусть ни в чем не отказывает своим куклам!

— Передам, — не оборачиваясь, Светлана поспешила на выход из парка.

События наших дней

Теплый ветерок ворвался в открытое окно и надул парусом шторы. Волна свежести прошлась по разгоряченной влажной коже.

— Ты, наверное, хочешь, чтобы мою спину снова скрутило, — выразил недовольство Александр Владимирович, натягивая майку. — Сколько раз тебя просил не делать сквозняков в доме! А ты, как и Вера, все окна, все форточки пораскрываешь, будто действительно жара сорок градусов!

— Духота на улице. Наверное, перед дождем.

Нина Ивановна пыталась совладать с извивающейся шторой.

— Кстати, как там Вера? Ты давно с ней разговаривала? Чего она сидит там? Приехала бы домой к родителям. Чего ждать манны небесной от этого бородатого проходимца!

— Саша, ну как ты так можешь!

— Я вообще не могу спокойно говорить на эту тему ни с тобой, ни с ней! Вот скажи мне, что она делает в пустом доме? Почему этот проходимец в Минске, а она там? У нее что, нет родительского дома, или здесь ее кто-то обижает? — злился Александр Владимирович. — Я сразу видел, что ничего хорошего с этим пижоном у нее не будет.

— Вчера у них была гроза, и мы с ней перекинулись лишь парой фраз. Сегодня трубку не снимает. Может, на улицу вышла, не слышит телефон.

Нина Ивановна заботливо подвинула мужу под нос вазу с печеньем.

— Это все твое дурное воспитание! — никак не мог успокоиться тот. — Всегда потакаешь ее капризам, и она что хочет, то и делает! Скажи ей, пусть едет домой. И вообще, пора подавать на развод. Столько парней хороших в деревне, а она зациклилась на нем! Иначе я сам поеду и привезу ее сюда, так ей и передай!

Нина Ивановна зашла в любимый палисадник и присела на низкую скамеечку у стены. Посмотрела по сторонам, достала мобильный. Ей хотелось поговорить с дочерью наедине. Очень долго шли гудки. Тогда Нина Ивановна отключилась, встала, прошлась вдоль забора и снова набрала номер Веры. На третьем гудке Вера отозвалась запыхавшимся голосом:

— Мамочка, привет! Я собираюсь на улицу, позже тебе перезвоню. У меня все отлично, я просто очень тороплюсь!

Радость от того, что услышала голос дочери, неожиданно сменилась испугом. Бешено заколотилось сердце — в трубке плакал ребенок. Образ внучки на мгновение возник перед глазами и, печально качнувшись, рассеялся. Нина Ивановна едва не вдавила телефон себе в ухо, прислушиваясь к плачу.

— Вера? Вера, алло?

От вспыхнувших эмоций она вскочила и трясущейся рукой снова стала нажимать на кнопки, но аппарат абонента уже был вне зоны действия сети.

— Что же это такое? Она что, телефон отключила? — шептала Нина Ивановна, не теряя надежды дозвониться. — Я точно слышала плач ребенка, мне не могло показаться! Кто плакал? Что там происходит?

Еще хороших полчаса она оставалась на улице, чтобы взять себя в руки и зайти в дом, не показав виду, как расстроена.

— Нужно срочно ехать в Минск и самой разобраться во всем! — шептала себе под нос женщина. — Дотерпеть бы до завтра.

Вера застегнула пуговички на модном боди и обратилась к ребенку:

— Ну вот мы и готовы! Какая ты у нас красивая! А знаешь, кто это звонил? Наша бабушка Нина, она хорошая, очень хорошая. Она будет очень, очень тебя любить, потому что тебя не любить невозможно! — Малышка прислушивалась к голосу, нахмурив бровки, а потом улыбнулась беззубым ртом. — А сейчас мы поедем с тобой в Минск — там много прекрасных мест, тебе должно понравиться.

Вера завязала на бантик под шеей малышки ситцевую панамку, скрывающую почти весь лобик и пухлые щечки, и аккуратно поместила ее в слинг. Надев темные очки, спустилась по лестнице.

С каким удовольствием Вера ловила на себе улыбчивые взгляды встречных прохожих! Кто-то пытался заговорить с ребенком, кто-то делал комплименты ей, Вере, как молодой маме. Уступали место, пропускали вперед, спешили придержать дверь. И Вера чувствовала умиротворение и радость. Сердце в груди билось часто-часто, и эти минуты хотелось продлить как можно дольше. У больших витринных зеркал она задерживалась, любуясь собой и дочерью. Все воспринимают ее как мать, как же ей это нравилось! Как прекрасно, когда маленький теплый комочек прижимается к твоей груди, дергает тебя за волосы и улыбается маленьким ротиком!

Неожиданно Вера увидела вывеску на здании фотостудии, не удержалась и решила зайти. В светлом просторном фойе висели большие фотографии улыбающихся людей.

— Рады приветствовать у нас! — обратилась к ней девушка с ресепшен. — Хотите с малышом сделать у нас фотосессию?

— А это возможно?

— Конечно, возможно, — улыбнулась она. — У нас есть два зала в разных стилях, есть различные аксессуары, одежда для маленького и для вас, если хотите, а также можно сделать грим. Вас на какую дату внести?