Чтение онлайн

Живой! Теплый и невероятно маленький! — Прикоснувшись к нему, ощутила, как по телу пробежала трепетная дрожь, будто столкнулась с неведомым волшебством.

— Ты настоящий! — прошептала предательски дрогнувшим голосом и осторожно, опасаясь спугнуть это чудо, погладила кончиками пальцев по спинке поросенка.

Его щетина оказалась бархатистой и удивительно приятной на ощупь, а в ответ на прикосновение зверек радостно взвизгнул, издав тоненький мелодичный звук, полный чистого восторга и удовольствия. Наверное, в этот момент я остро осознала, что прошлое с его долгами и безысходностью осталось далеко позади. Мне повезло попасть в другой мир и молодое тело. Мир, в котором случаются чудеса, а рекламный баннер может превратиться в живого розового поросенка. Понимание, что назад уже ничего не вернуть, обрушилось на меня с ошеломляющей силой, но вместо ужаса и паники принесло странное чувство облегчения.

Быть может, именно здесь возможно то самое счастье, обещанное за гроши?

Я подняла зверька и крепко прижала к себе, обнимая, словно саму судьбу, и радуясь этому маленькому теплому комочку счастья.

— Привет, Грошик! — Имя для поросенка так и напрашивалось. — В другом мире меня звали Верой, а здесь — Верлиана. Это непросто принять, но я постараюсь. И обещаю, что никому не дам тебя в обиду!

Меня захлестнуло изумление и полное замешательство, бурной волной смывая остатки прежних представлений о мире. Я пыталась ухватиться за прежнюю реальность, но тщетно. У меня в руках находился живой дышащий мини-пиг, и его появление было таким абсурдным и невероятным, что разум завис. Происходящее походило на волшебство, о котором читала только в сказках. Невидимая сила ворвалась в мою жизнь, встряхнула и перевернула с ног на голову, поставив перед фактом существования чуда. Если из куска старого плаката может получиться такое существо, то нет ничего удивительного, что я сама оказалась в чужом теле.

— Так не бывает! — выдохнула беззвучно, лаская и поглаживая разомлевшего от ласки поросеночка. Само его существование вызывало радость, ощущение чего-то теплого и родного. Грошик вдохнул в меня надежду и подарил веру в чудеса, в которых я разочаровалась в прошлой жизни.

Однако реальность была не такой радужной, если судить по первым минутам пробуждения. Я ничего не знала о месте, где очутилась, и о той роли, что мне уготована. И в то же время внутри раскручивалась тугая пружина эмоций, замешанная на страхе и любопытстве, жажде новых открытий и опасений что-либо сделать не так. Но в любом случае это перерождение зародило искру надежды, что мне выпал редкий шанс начать сначала и построить новую жизнь так, как я захочу.

Не знаю, сколько просидела, поглаживая Грошика и осмысливая прошлое и настоящее. Первый шок медленно проходил, уступая место новому чувству — страху, что оказалась одна, неизвестно где и без средств к существованию. Опыт прожитых лет подсказывал, что паника ни к чему хорошему не приводит. Практичнее будет составить хоть какой-нибудь план на первое время, а дальше действовать по ситуации. Но прежде стоило осмотреться и понять, действительно ли это другой мир.

Я ощупала шишку на затылке, которая отдавалась тягучей болью, стоило к ней прикоснуться. Вот еще важный вопрос: выяснить, что случилось с прежней хозяйкой тела? Кто напал на нее и проломил голову? Уж не тот ли самый Тарвек, который недавно сыпал угрозами?

Осторожно спустив Грошика на пол, я поднялась и поковыляла к старому зеркалу в деревянной облупившейся раме. Однако не успела до него доковылять, как мини-пиг, получив свободу, радостно взвизгнул и пустился в галоп, нарезая круги по ветхой комнате. Вслед за Грошем вздымался пыльный след, а сам он совал любопытный пятачок куда только можно.

— Грошик, стой! — вскрикнула, когда розовый вихрь промчался по сундуку и колченогому стулу и взметнулся на подоконник, на котором стоял давно засохший цветок в глиняном горшке.

Разумеется, он грохнулся, а земля и засохшие стебли разлетелись по комнате, наполняя воздух запахом затхлости и старой древесины. Я закашлялась, ощущая, как пыль лезет в нос и рот, забивая легкие и мешая дышать. А маленький проказник и не подумал остановиться или сбавить темп. Его крошечные и удивительно цепкие копытца скользили по полу, поднимая новые клубы пыли. Я бросилась за поросенком, с ужасом подмечая, как на него сыплются обломки и куски трухлявой древесины, выбиваемой проказником из стен.

— Прекрати немедленно! — почти взмолилась, протягивая руку, чтобы схватить шустрого мини-пига, но он всякий раз уворачивался и восторженно похрюкивал, считая все забавной игрой.

Маленький разрушитель добрался до стола в углу и ловко забрался на столешницу, откуда смахнул на пол старинную металлическую лампу. Она со звоном рухнула вниз, а стеклянные части разлетелись на десятки мелких осколков.

— Ну, и зачем? Ты… Ты просто невозможен! — прошептала изумленно, не в силах угнаться за поросячьей прытью.

А Грош будто нарочно ускользал из рук, устраивая в комнате хаос и мелькая везде розовым демоненком. Гоняясь от одной стены к другой, я позабыла о собственном недомогании и опасалась только того, чтобы неразумный малыш не поранился и не натворил бед в доме, разваливающемся на ходу. Наконец, мне удалось загнать его в дальний угол между покосившимся шкафом и прогнившим сундуком. Грошик, отчаянно повизгивая, попытался вырваться, но я крепко его держала, прижимая к себе и призывая к спокойствию. В доме наступила тишина, нарушаемая лишь моим прерывистым дыханием и редким недовольным похрюкиванием затихшего поросенка.

Я медленно опустилась на край сундука, крепко прижимая к себе розовое существо. Мышцы рук и ног болели, легкие горели от перенапряжения. В комнате царил настоящий хаос: по полу рассыпались глиняные черепки, земля и осколки лампы, хлипкая мебель окончательно развалилась — то еще зрелище нищеты и безнадежного разорения. Да уж, этот дом и царящий внутри беспорядок как нельзя лучше символизировали начало новой жизни — хаотичной, непредсказуемой и абсолютно безумной.

Нервно рассмеявшись, я зашлась в истеричном хохоте, сквозь который пробились горячие, обжигающие слезы.

— Так вот ты какое, мое счастье за гроши? — прошептала, всхлипывая и прижимая к себе маленького питомца.

Пиг в ответ громко хрюкнул и лизнул соленые капли, стекающие по щекам. Затем уткнулся пятачком мне в грудь и обиженно засопел.

— Не переживай, Грошик, никому тебя не отдам. — Погладила беззащитное существо, которое радовалось мне просто потому, что я есть.

Я получила совсем не то счастье, о котором мечтала, — тихое, спокойное, предсказуемое. Поросенок символизировал нечто новое и необузданное, сулившее новые испытания и проблемы. Впереди ожидало столько всего… Но я и не надеялась, что будет легко. Если Тарвек не наврал, то это ветхое здание принадлежит мне. Значит, крыша над головой есть, силы еще прибавятся, тело-то молодое, а собственное будущее я построю таким, как хочу. Иначе в чем смысл второго шанса и новой жизни?

— Давай договоримся! — обратилась к Грошику, и тот уставился на меня умными глазенками. — Ты не будешь устраивать беспорядки в доме. Побегать можно и на улице, но только там, где безопасно. Не хочу, чтобы с тобой случилось что-то плохое. Хорошо?

— Хрю! — бодро отозвался мини-пиг, вновь принимая вид озорного шкодника.

— Будет тебе хрю! — Строго погрозила пальцем. — Как насчет того, чтобы осмотреться тут? Эта комната явно требует хорошей уборки. Но, может, другие помещения выглядят лучше?