Чтение онлайн

Дожидаюсь, когда девушка из персонала расставит чай и печенье на столе.

Отмечаю печальный Зосин взгляд в сторону последнего и делаю мысленную зарубку в памяти, что такое лакомство она не любит.

После подпираю подбородок сложенными в замок кулачками и сосредотачиваюсь на Руслане, как раз заканчивающем разговор по телефону.

— Что-то не так? — уточняет мужчина, подмечая, что я явно жажду его внимания, а Дюймовочка сидит, сложив ручки вместе.

— Руслан Германович, а у вас там в закромах еще лукум остался? — интересуюсь, решая не затягивать с выполнением поставленной задачи.

— Лукум?

— Ага. В коробочке.

— В коробочке?

— Да, розовенькой.

Переглядываемся.

Арбатов фыркает и сжимает губы, тщетно пытаясь скрыть веселье. Смотрит на меня, на малую. Качает головой.

— НУ, лиса, — хмыкает Зосе. — Завтра утром подниму и заберу с собой на побежку. И только попробуй отлынивать.

— А на роликах можно? — уточняет Дюймовочка. Она выглядит совершенно не расстроенной, а в следующую минуту уже поворачивается ко мне. — Арина, ты любишь кататься на роликах?

— Нет, — отвечаю кратко, отлично понимая, что в случае согласия последует дальше.

— Вот и папа не любит, — тяжело вздыхает мелкая. — И Макс не любит.

Она больше ничего не добавляет, не просит и не предлагает. Переключается на восточное лакомство и с удовольствием его уплетает. А я сижу и ерзаю на стуле.

Очевидно, старший брат пусть и любит сестренку, но не всегда находит время, чтобы с ней поиграть. Девочка банально скучает без друзей. Жалко.

Но, даже несмотря на то, что сердце мое дергается в ответном порыве, убеждаю себя, что впрягаться не собираюсь. И безжалостно давлю приступ сочувствия.

Вот только придя в свою комнату, уверенно завожу будильник на половину восьмого, а утром надеваю спортивный костюм, состоящий из шорт и футболки, белые спортивные тапочки и спускаюсь вниз.

— Арина, ты будешь с нами бегать?
– хлопает еще сонными глазенками Дюймовочка.

— Э-м-м... нет... я просто... составлю тебе компанию с роликами.

— Правда?

Божечки мои, за такое чистое и искреннее изумление на личике, сама не понимаю, как влезаю на авантюру Даю добро не просто ходить рядом, страховать и подбадривать малышку в попытке держать равновесие на асфальтовой дорожке, а соглашаюсь померить ролики и попробовать на них постоять.

— Арбатов, это же самоубийство. Я просто хотела поддержать твою дочь, передвигаясь на своих двоих, а не на многоколесном ужасе, — шиплю, пока Зося довольная, как слон, несется за экипировкой и защитой для меня.

— Ариш, это нестрашно. Обещаю тебе понравится, — скалится тот.

Про пробежку уже никто не вспоминает. Естественно, такое-то шоу пропускать.

— Я упаду. Точно говорю, что упаду, — пытаюсь отыграть всё назад и закатываю глаза к небу, только бы больше не поддаваться на новые провокации.

Дюймовочка чуть ли не прыгает от восторга и с радостью строит планы, как мы будем с ней покорять расстояния.

Мамочка дорогая. Вот не зря говорят: язык мой — враг мой.

Лучше бы в кроватке спала и…

— Не волнуйся, я буду рядом и обязательно тебя поймаю, — обещает мне Арбатов, закрепляя липучками перчатки с пластиковыми накладками.

— А Зосю? — паникую больше прежнего. — Кто в таком случае будет ловить Зосю?

— С этим и Макс справится. Да сын? — Руслан с беззаботной улыбкой подмигивает кому-то за моей спиной.

— Без проблем, поймаю. Могу и Арину, если далеко умчится, — веселится Арбатов-младший.

Обогнув скамейку, где мы экипируемся, он приветливо всем кивает и сосредотачивается на сестренке, проверяя, чтобы у той все было закреплено правильно.

— НУ что, кнопка, готова? — щелкает ту по носу и подает обе руки, помогая ей встать на ноги.

— Всегда, — улыбается Дюймовочка, озаряя счастьем всех вокруг.

Что сказать... прогулка удается.

Зося отрывается от души и катается так, будто родилась с роликами подмышкой Легко и непринужденно. А в те редкие моменты, когда все же не успевает затормозить или спотыкается, соскальзывая с дорожки, ее ловит Макс.

Один раз парень не успевает. Честно, пугаюсь до замирающего сердца, но малышка фыркает и совершенно спокойно поднимается, не проронив ни слезинки.

— Уф, вот я неуклюжая, — выдает, оборачиваясь ко всем нам.

И счастья полные штаны.

Я же в компании семейства Арбатовых выгляжу основательным слабым звеном.

которое всех задерживает, вечно норовит упасть и при этом веселит. То охаю, то ахаю, то сетую на то, что обе мои ноги — левые, и это клинический случай, не подлежащий исправлению. Один раз чуть не сбиваю с ног зазевавшегося Макса, и всю оставшуюся прогулку тот, грозя пальцем, надо мной подшучивает:

— Арин, моя красная футболка — это как красный цвет у светофора. Запоминай.

Езда запрещена, а ты вредничаешь и нарушаешь.

Угукаю, клятвенно обещаю сдать экзамен по всем трем цветам сигнального регулировщика, а потом без раздумий вцепляюсь в руку Руслана и угрожаю, что не отлеплюсь от него, пока с меня не снимут орудия пыток. Арбатов нисколько не возражает. наоборот в его глазах мелькает какое-то жутко довольное предвкушение.

— Как скажешь, Ариш, как скажешь,

Домой возвращаемся усталыми, но довольными.

Семейство Арбатовых счастливо точно. Еще бы, столько ржать на смешную меня. Пусть и без злобы, весело подтрунивая. Я же.. тоже на позитиве, хоть и уматываюсь в усмерть.

Есть такое выражение «Целовать землю». Клянусь, когда Сатана снимаем с меня коньки и помогает обуть спортивные тапочки, я готова совершить этот жест доброй воли.

— Больше никогда, — машу перед носом мужчин пальцем на предложение покататься в следующий раз вчетвером. — Уж лучше на велосипеде.

И что бы вы думали я получаю в ответ?

— Заметано!

За завтраком обсуждения прогулки не заканчиваются. Зосю распирает от счастья Макс все подкалывает из-за наезда, Руслан просто сидит, как облопавшийся сметаной кот и словно не торопится в офис... хотя понедельник — день рабочий.

Я налегаю на сырники со сгущёнкой и обдумываю предстоящие сегодня встречи, делаю пометки в телефоне, а потому упускаю нить разговора, что, оказывается, уже некоторое время ведется за столом.

— Арина, а ты тоже с нами поедешь?

— Куда? — не понимая сути вопроса, откладываю гаджет.