Чтение онлайн

Открыв контакты, нахожу номер, подписанный просто «Иван», вывожу его на весь экран и протягиваю Тихомирову:

— Вот Смотри.

Наши пальцы на пару мгновений соприкасаются, его более теплые, чем мои.

Глупое сердце делает рывок.

— Ну так и есть, номер другой, — кивает мужчина, лишь секунду разглядывая одиннадцать цифр, после чего ловит мой взгляд и какое-то время удерживает.

Как и раньше, у него это получается очень легко. Да я и не стремлюсь сопротивляться. Зачем, если даже от мимолетного контакта «глаза в глаза» становится теплее на душе. После долгого холода и одиночества мне и этого уже много.

— Я не знала, — признание шелестом срывается с губ.

— Я тебе верю.

Ответ бальзамом ложится на давние раны. А Иван уже протягивает руку, забирает у ‘меня гаджет, что-то в нем нажимает, после чего возвращает назад.

— Держи, Даша. Вот теперь всё верно, — замечает он мягко, когда его собственный сотовый подает звуковой сигнал.

Тихомиров достает телефон, проверяет входящий вызов и вновь прячем в карман.

— Ты тоже не меняла номер, — замечает с улыбкой.

— Нет не меняла, — соглашаюсь, а перед глазами стоит надпись «Даша» высветившаяся у него на экране.

Он не удалял мой номер, уехав заграницу. Хранил все эти годы, как и я его

— Даша, ты…

Не знаю, о чем Иван начинает говорить, потому что как только дверь в мой кабинет без стука распахивается, он замолкает.

И мы вместе поворачиваемся, чтобы встретиться глазами с Ярославом. Муж переступает порог и сходу бросает мне претензию.

— Даш, я тебе звонил. Почему ты не отвечала?

Теплая атмосфера, образовавшаяся в ограниченном кабинетом пространстве резко охладевает.

— Потому что мой телефон оставался на зарядке, — произношу ровно, еще конфликта по глупому поводу не хватало.

Достаточно того, что мужчины прожигают друг на друга не с самыми добрыми взглядами. И если с Шаталовым все ясно — его ревность по поводу и без длится на протяжении всех пяти лет брака. При этом я ни разу не давала повода в себе сомневаться, а сам Ярик верностью не отличался. То Тихомиров удивляет. Ему-то чего злиться? Если из-за прошлого, то слишком много времени прошло, все давно быльем поросло, а из-за настоящего — так нет причин.

— Нормально пообедали? — между тем Ярослав уже адресует новый вопрос Ивану.

— Да, вполне, — отвечает тот, легко выдерживая прямой взгляд. — А вы как?

Справились с покупками? Надеюсь, Ярослав, претензий у твоей... помощницы к Олесе не будет? И наше будущее сотрудничество не сорвется по такому глупому поводу?

Паузу, которую делает Тихомиров перед статусом Олюшки, сложно не заметить, как и саму оценку ситуации важным «иностранным» лицом. И судя по тому, как мой муж напрягается, шпильку он оценивает.

— Нет. Ольга Валентиновна не в обиде.

О как. Уже и Валентиновна, еле удерживаюсь от смеха.

Зато Иван в эмоциях не стесняется.

— Ну вот и отлично, — с ухмылкой замечает он, а после поворачивается ко мне и произносит ровным деловым тоном. — Дарья, спасибо за компанию и экскурс в историю. Было весьма познавательно. До среды.

— До среды, — повторяю вслед за ним и под немигающим взглядом супруга протягиваю руку для рукопожатия.
– Буду рада сотрудничать с вашими специалистами.

— Замечательно.

Мне достается теплая улыбка. После чего Иван покидает кабинет.

Я же поворачиваюсь к мужу и целых двадцать минут выслушиваю нотации по поводу своей безалаберности из-за забытого телефона. Чуть позже отбиваюсь от попытки Ярослава завалить меня на стол и поцеловать.

Пропускаю мимо ушей привычные угрозы, что никто меня никуда не отпустит и развода не даст, как бы не мечтала, а затем с удивлением узнаю, что, оказывается, я неправильно смотрю на Ивана.

— Что, млять, со мной не так? — вопрошает муж, наступая. — Почему ты никогда на меня не смотришь так, как на него? Ведь это я был рядом с тобой все годы. Я. Не он, бросивший тебя и сбежавший заграницу.

Проглатываю собственные обвинения и озвучиваю то, что беспокоит сильнее остального:

— Ярослав, это ты изменил номер Тихомирова в моем телефоне? Ты сделал так, чтобы мы не могли с ним общаться?

— Ты о чем? — хмурится супруг.

И этою мне хватает чтобы понять — он не разыгрывает непонимание.

Действительно не улавливает, о чем речь. Значит, конкретно к этому поганому событию не причастен.

18.

ДАРЬЯ

Остаток первого рабочего дня этой недели пролетает незаметно. Вроде бы только села, открыла документ, вчиталась в текст, взяла в руки маркер, чтобы отметить правки, и вот уже на часах около восьми. Все нормальные люди давно вернулись домой и отдыхают, и только я, как угорелая, вкалываю.

«Ну и зачем напрягаюсь? — задаюсь логичным вопросом, откладывая карандаш в сторону. — Все равно за переработку спасибо никто не скажет. Зато лишней работы навялит с превеликим удовольствием».

Усмехнувшись, закрываю папки и сдвигаю на край рабочего стола, быстро выключаю технику, подхватываю сумку и покидаю кабинет.

Домой, домой.

По пути без удивления замечаю, что свет нигде не горит. Трудоголиков-энтузиастов, готовых впахивать за спасибо, на моем этаже нет, а хорошую премию выплатят не раньше, чем к концу года. Вот тогда и активистов точно прибавится.

В лифте еду одна, что поднимает настроение. Не хочу разговоров ни о чем и лишнего внимания. Холл пересекаю под негромкий шум работающего телевизора.

который смотрит развалившийся в кресле ночной охранник.

— Ох и припозднились вы, Дарья Андреевна, — замечает он, выпрямляясь, когда я с ним здороваюсь и прощаюсь. — Снова последняя.

— Увлеклась. Договор был интересный, — отовариваюсь подходящей случаю шуткой и, обменявшись с мужчиной улыбками, покидаю задание.

Квест «довези себя до дома по пробкам без проблем» сдаю на отлично.

Припарковавшись во дворе, сквозь арку обхожу дом и забегаю в сетевой магазин.

Готовить лень, а кушать хочется.