Чтение онлайн

– И похоже, на ней совсем не сказался ее злобный нрав, что и в самом деле чудесно.

– Но я ... я никогда не смогу носить ее, Джон!

– Почему же, Ева-Энн?

– Она так прекрасна! Так элегантна! Такую шляпку может надеть только очень богатая и важная дама...

– Вот именно!
– кивнул джентльмен, - потому-то я выбрал ее. Надеюсь, она будет тебе к лицу.

– Но, Джон, я всего лишь Ева Эш и...

– Вот именно!

– Но путешествовать по полям и лесам в такой шляпке...

– Ты можешь прикрыть ее капюшоном.

– Капюшоном, Джон?!

– Конечно! Где-то здесь имеется плащ с капюшоном. Но сначала давай откроем эту коробку и взглянем на твое платье.

Затаив дыхание, девушка наблюдала, как сэр Мармадьюк разыскивает нужный сверток. Ее глаза загорелись, щеки раскраснелись, губы затрепетали, и оттого она показалась ему еще прекраснее. И вот элегантное платье с многочисленными складками и кружевами было извлечено и во всем своем блеске предстало взору новой владелицы.

– О!
– вырвался у Евы возглас восторга.
– О Джон, это похоже на сон!

– Насколько я понимаю, этот сон именуется готовым платьем.

– Я иногда мечтала именно о таком платье... Мои мечты всегда так мирски и тщеславны, но...

– А теперь, дитя мое, тебе следует пойти и переодеться, а я пока позабочусь об обеде.

– Я не голодна, Джон!

– Ветчина и говядина, хлеб, масло и бутылка легкого вина.

– Но, Джон...

– Ева-Энн, пойди и переоденься!

– Хорошо, Джон, но зеркало...

– Зеркало я тоже купил, поскольку всегда держу свое слово! провозгласил сэр Мармадьюк поднял мешок и вытряхнул его содержимое на траву.

Но вместо многочисленных мелочей из мешка выкатился один слипшийся жирный комок. Сэр Мармадьюк в ужасе отпрянул, а Ева с отвращением взглянула на то, что когда-то было вилками, ножами, штопором и прочими необходимыми вещицами.

– О, Джон!
– Ева укоризненно покачала головой, - масло растаяло...

– Да...
– растерянно отозвался наш герой, наблюдая как девушка пытается отделить две ложки от бесформенного нечто, прежде называвшееся сливочным маслом.

– Так нельзя обращаться с маслом, Джон.

– Уже понял! Бакалейщик не потрудился упаковать его как следует и вот результат... Выбрось же эту мерзость!

– Ну нет, это слишком расточительно.

– Но с ним уже ничего нельзя поделать...

– Ну почему же, в тени масло остынет и снова затвердеет. Очень мило с твоей стороны, что ты не забыл о зеркальце, Джон. Да и все эти вещи так чудесны и, наверное, так дороги! Они слишком великолепны и нарядны, чтобы разгуливать в них среди полей и лесов.

– Если тебе не хочется, можешь не надевать.

– Но если тебе будет приятно, я...

– Ева-Энн, хватит разговоров! Немедленно ступай переодеваться!

– Хорошо, Джон.
– И девушка скрылась в зарослях.

Оставшись в одиночестве, сэр Мармадьюк решил обдумать ситуацию, в которой они оказались. Что дальше? Этот вопрос молотом стучал в его голове. Сломанная трость - серьезная улика. Кто может свидетельствовать в его пользу? Кто может подтвердить его невиновность? Никто! Напротив, все знали, что он собирался драться с Брендишем и направился на место поединка с целью обменяться со своим противником выстрелами. Так что положение крайне опасное и угрожающее. И все-таки наш герой нисколько не жалел о своем дон-кихотском поступке. Его жизнь так резко изменилась, она вдруг обрела смысл, и, окажись сэр Мармадьюк в подобных обстоятельствах еще раз, он не задумываясь поступил бы точно также.

Теперь, сидя в приятной тени, он прислонился к дереву и, насвистывая, открыл блокнот и записал следующее:

Примерное расстояние до Лондона - около 60 миль.

Время, необходимое на преодоление этого пути пешком - от 4 до 40 дней (принимая во внимание погоду, обстоятельства и Еву-Энн).

Следует купить:

котелок;

приправы;

еще одну пару прочных туфлей для Евы;

то же самое для себя;

крепкую, но легкую трость с железным наконечником;

кровать, матрац и т.п. для Евы;

то же самое для себя;

легкую палатку (для Евы);

складной табурет (для Евы);

ведро;

чайник;

топор;

сильную лошадь или пони.

Он удовлетворенно перечитал список, припоминая, что еще может пригодиться в дороге. Но тут послышался шелест, и сэр Мармадьюк поднял взгляд.

– Ева!
– воскликнул он.
– Ева-Энн!

Она застенчиво взглянула на него из-под полей новой шляпки. Девушка выглядела просто прелестно, изящное платье лишь подчеркивало достоинства ее фигуры, от которой исходила энергия юной женственности. Встретившись с его восхищенным взглядом, Ева отвернулась и спрятала лицо в ладонях.

– О, Джон, - прошептала она, - почему ты так смотришь на меня?

– Прости, дитя мое, - он не мог отвести от нее глаз, - но это такое чудесное превращение!

– Правда, Джон?

– Без сомнений!

– В самом деле, - вздохнула она, - я чувствую себя в этом наряде такой грешницей! Я знаю, мне не следует забываться, но эти вещи так прекрасны, что... Они мне нравятся, Джон, увы! Я тщеславна! Как ты думаешь эта изысканная одежда способна изменить сердце и душу вместе с внешностью?

– Иногда такое случается, Ева, но это не твой случай.

– А теперь скажи мне правду, Джон, мне идет этот наряд?

– Да, - с улыбкой ответил он.
– Конечно, да.

Она наклонила голову и робко осмотрела себя, сэр Мармадьюк с восхищением любовался, как кокетливость шляпки и платья оттеняют природную скромность девушки.
– Мне все кажется, что это не я, Джон, - тихо прошептала Ева-Энн, - а какая-то важная дама, которая сроду не доила коров и не знает, как выглядит сбивалка для масла. Мне кажется, что изменилась не только я, но весь мир вокруг, даже ты, Джон!
– Потому что я глазею на тебя? Прости меня.

Сэр Мармадьюк как-то странно рассмеялся и отвернулся.
– Я полагаю, ваша милость проголодалась?
– спросил он подобострастно.
– Присаживайтесь.
– На траву?!
– испуганно воскликнула девушка.
– Но я ведь испачкаю это чудесное платье!
– На мое пальто, сударыня. Если ты нарежешь хлеб, я... Ох! Я забыл про соль и перец! Старый дурак!
– Зато не забыл про зеркало, Джон! Да и зачем соль тому, кто действительно голоден?

Они принялись за еду, и она им показалась восхитительной даже без соли и перца. А пока они ели, между ними произошел следующий разговор.