Седьмой Круг. Свой Путь
Шрифт:
– Ты – отдаешь свою кровь и помалкиваешь, – загудел Виго. – А я – выращиваю тело для твоей пакости. В конце концов у нас должен получиться гомункул, в которого мы её и переселим.
«Какой восторг! – возник в голове возмущенный Дрейк. – Меня вырастят из конского дерьма! И как прикажешь любить людей после этого?»
Леонард не сдержал смех.
– Весело тебе? – буркнул алхимик. – Придурковатый.
– Вейлинг, – прикрывая улыбку рукой ответил маг. – Крайне недоволен, что его будут растить в навозе…
– Ой! Иди-ка ты отсюда! – махнул на него Виго. – Не хочу ничего слышать об этом. Найди себе дело и не мешай! Мне ещё столько всего…
– Хорошо. Ладно, – успокоил его Леонард. – Есть тут у вас меч или сабля?
– Я тебе чего? На оружейника похож что ли? – причитал старик. – Ты вообще когда-нибудь думаешь, прежде чем тупые вопросы свои задавать?
– Ну…
– Недалеко тут кузнец живет. Сходи до него, да спроси. Может, даст тебе какую железяку, – не успокаиваясь, отвечал алхимик. – Если скажешь, что от меня, может, даже денег не возьмет…
– Кузнец? – в одночасье Леонард засиял. – Где, говорите, он живет?!
– Топай до второго перекрестка прямо от дома. Там как раз и колодец увидишь, – со скрипом затараторил старик. – Потом повернешь влево. Шагай, пока не увидишь кузницу. Заметить её не сложно, мимо не пройдешь. Хотя… учитывая, какой ты дурачок…
– Я понял! – засуетился маг и поспешил покинуть лабораторию. – Спасибо вам! Вы настоящий гений!
Выкрикнул он и убежал.
– Ну, это ж… – раздобрел старикан. – В чём-то и ты прав бываешь, ага…
Стремглав выскочил на улицу Лео и тут же подбежал к Бьерну. Взмокший от волнения, взбудораженный и взъерошенный, он встал напротив безжизненного мастера и с мольбой в голосе обратился к нему:
– Бьерн, Бьерн! – нетерпеливо он трепыхался. – Прошу, скажи. Ты слышишь меня?
«Да», – коротко ответил неживой голос.
– Послушай, мне нужна твоя помощь! – сбиваясь, проговорил маг. – Ты ещё помнишь, как ковать, правда? Сможешь сделать для меня меч? Чтоб был, как тот. Я снова хочу заниматься…
«Смогу», – сухо заверил мастер.
– Правда?! – с трудом Леонард верил в услышанное. – Пойдем же! Пойдем! – Маг пробежал по улице, маня кузнеца за собой жестом.
Повинуясь, грузно Бьерн зашагал следом.
Вприпрыжку Леонард пробегал вперёд и возвращался к своему волочащемуся другу и наставнику. Переполняли его надежды и пылкая радость. В этот утренний час наполнялись улочки людом: всё они, толкаясь, спешили куда-то к центру – на работы. В кабаки и лавки, в мастерские и на службу. Хоть жители Крокснорта и почитали Черное Слово, как символ мирной их ныне жизни, но видеть мальчишку, скачущего вокруг слишком уж статного и бравого мертвеца, им было в диковинку. Кто-кто, а северяне хорошенько умели отличать живых от мертвых, и в Бьерне легко они разглядывали колдовской дух. И эта устрашающая маска на его лице не оставляла никаких сомнений в том, что его провожатый – по-идиотски радующийся паренёк – без всяких сомнений, хоть и молодой, но чрезвычайно выдающийся чернослов. И все они невольно клонили головы перед ним, ревностно выражая тем самую радушную и усердную честь.
Разглядывая их, народ окончательно отходил ото сна, прижимаясь к краям немощеных дорог, держась подальше от странной парочки. Никто из них не слышал о силе, способной так ладно вести мертвого, не отвлекаясь и не напрягаясь. Дивились они всем сердцем, а иные и хлопали в ладоши, восторгаясь, и встречали это новое в городе лицо, как былинного героя. И солдаты на службе весь день гудели среди товарищей-магов о том, как удалось повстречаться им с мертвецом доселе невиданным, и дразнили они сослуживцев сотнями вопросов о том, что за парнишка сумел так рано выбраться из Академии Смерти и так утонченно постичь Черное Слово.
Но Лео совсем не смущали теплые эти приветствия, на них он внимания не обращал: голова его была забита предстоящим экспериментом.
В сопровождении возгласов славящих и елейных салютований добрались они до кузницы.
Её хозяин тёр и мял пальцы, готовясь к кропотливому, тяжелому труду. Заметно он изумился, когда первыми посетителями его двора стали эти двое. Кого-кого, а чернослова он и не представлял этим утром увидеть.
– Чем могу? – подозрительно и с опаской спросил кузнец, переводя глаза с Бьерна на Лео и обратно.
– Здравствуйте! – весь сиял Леонард и сильно это сбивало с толку. – Не могли бы мы… Как бы это сказать… Понимаю, не очень вежливо, но…
– Ага? – моргал кузнец, не уясняя. – Говори. Не робей.
– Мне нужна ваша кузница, – застенчиво помялся Леонард. – Совсем ненадолго. Кстати, я от алхимика. Виго.
– Чего? – разинул ремесленник рот. – Моя кузница? От алхимика?
– Ну, да… – растерялся Леонард, осмыслив, как странно всё это выглядит. – Мне нужно выковать меч. Простой. Учебный. Понимаете?
– Так вон. Бери готовый. Если ты от Виго, денег не надо, – кузнец повел рукой в сторону неказистых клинков, грудой наваленных у стены его мастерской. – Ты точно ковать-то умеешь? Всё-таки, эм… Колдун, как я погляжу.
– Нет, нет, – помотал головой Лео, поскорее стараясь объяснить. – Я хочу, чтоб мой друг сделал его… – Он указал на Бьерна.
– Этот что ли? – оторопел кузнец, округлив глаза. – Друг? Он ведь… Как бы тебе сказать. Я, конечно, всё понимаю… – Он никак не мог подобрать слов, но грубить последователю Черного Слова совсем не хотел. – Ты уж извини, но у тебя, парень, все с головой ладно?
– Ладно, – помрачнел Леонард. – Но как-то часто меня об этом нынче спрашивают…
– Не мудрено ведь, – почесал затылок кузнец. – Где ж это видано, чтоб… кх-м… мертвецы-то ковали?
– Вот и мне интересно, сможет ли он…
– Подурачиться что ли решил? Поглумиться? – абсурд происходящего выводил сурового северянина из себя. Нет, он, конечно, с рождения привык уважать чернословов, но издеваться бы над собой не позволил. Вряд ли бы паренек успел напустить на него какую хворь быстрее, чем молот под его рукой добрался бы до виска этого умника. – Ты тут откуда вообще? Мертвяком своим пугать собрался? Так ты это брось. Законы они для всех…
– Это не совсем мертвяк, как вам могло показаться, – сгустив брови поправил Леонард. – Он должен справится. Это важно…
Эти манеры и странный акцент паренька сбивали хозяина кузнецы с толку. Он даже не знал, чего и решить. Припёрся к нему, странный какой-то, на всю голову странный. То лыбится, то мнётся, хвастает мертвецом. Как ни крути, могучий, наверное, маг, хоть и молодой. Да и спорить то с ним слишком не хочется, а чтоб угрожать… негоже – воспитанный ведь, не злой. Да и мало ли какие фокусы знает. А уж если не шутит?.. И мертвец взаправду сможет меч сковать? На это было бы интересно поглядеть…