Чтение онлайн

– Конечно. Но это займет всего несколько дней.

– Простите, господин, но мой долг перед моим сюзереном требует моего отсутствия на несколько ближайших дней.

– Вам нужно запастись терпением, госпожа. Это займет немного времени, так что дело закончено. Сейчас господин Ки...

– Простите, я не могу отложить свой отъезд.

Ишидо повысил голос:

– Вы отказываетесь подчиниться Совету регентов?

– Нет, господин, - гордо отвечала Марико.
– Нет, - если они не требуют нарушения моего долга перед сюзереном, а это высший долг самурая!

– Вы останетесь здесь и будете ждать, пока состоится встреча с регентами.

– Простите, мне приказано моим сюзереном сопровождать его дам на встречу с ним. И без промедления.
– Марико вынула из рукава свиток и церемонно протянула его Ишидо.

Он надорвал его, развернул, посмотрел.

– Все равно - вы должны ждать разрешения регентов. Марико с надеждой подняла взор на госпожу Ошибу, - но встретила только мрачное неодобрение, обернулась к Кийяме, - но он хранил невозмутимое молчание.

– Пожалуйста, извините меня, господин генерал, но сейчас нет войны. Мой господин подчиняется регентам, так что в течение следующих восемнадцати дней...

– Этот вопрос закрыт!

– Этот вопрос будет закрыт, если вы, господин генерал, проявите вежливость и дадите мне закончить! Я не какая-нибудь крестьянка, чтобы попирать мои права. Я Тода Марихо-нох-Бунтаро-нох-Хиро-Мацу, дочь господина Акечи Дзинсаи; и я заявляю, что никогда не буду пленницей, заложницей или содержаться в неволе. Следующие восемнадцать дней и до того самого дня, назначенного Возвышенным, я свободна ходить куда пожелаю - как и все остальные.

– Наш господин, Тайко, был когда-то крестьянином. Многие самураи крестьяне, были крестьянами. Каждый дайме был когда-то в прошлом крестьянином. Даже первый Такасима, Все когда-то были крестьянами. Слушайте внимательно: вы будете ждать, сколько потребуется регентам.

– Нет! Простите меня, мой первый долг - послушание моему сюзерену!

Взбешенный Ишидо двинулся к ней.

Хотя Блэксорн почти ничего не понял из их разговора, его правая рука незаметно скользнула в левый рукав, чтобы достать спрятанный там метательный нож.

Ишидо наступал на нее:

– Вы будете...

В этот момент началось какое-то шевеление у дверей. Заплаканная служанка пробилась через толчею и подбежала к Ошибе.

– Пожалуйста, простите меня, госпожа, - захныкала она, - но Ёдоко-сан... она просила вас... она... Вы должны поторопиться, наследник уже там...

Обеспокоенная Ошиба оглянулась на Марико и Ишидо, скользнула по лицам гостей, обращенным к ней, сделала им полупоклон и заторопилась к выходу.

– Я поговорю с вами позднее, Марико-сан, - бросил Ишидо и последовал за Ошибой; его шаги тяжело отдавались на татами. При его приближении шепот стихал - и тут же начинался снова. Колокола прозвонили наступление следующего часа.

Блэксорн приблизился к Марико:

– Марико-сан, что случилось?

Она продолжала не дыша смотреть на возвышение. Кийяма снял сведенную судорогой руку с рукоятки меча.

– Марико-сан!

– Да, господин?

– Могу я предложить вам вернуться домой? Не разрешите ли вы мне побеседовать с вами позднее - скажем, в час свиньи?

– Да, да, конечно, пожалуйста. Извините меня, но я должна была...
– Она замолчала.

– Сегодня плохой день, Марико-сан. Может быть. Бог заберет вас в свои владения.
– Кийяма повернулся к ней спиной и властно произнес на весь зал: Я предлагаю всем разойтись по домам и ждать... ждать и молиться, чтобы Бесконечность могла взять госпожу Ёдока-сан быстро и легко и с почестями проводить ее в свой мир, если пришло ее время.
– Он глянул на Сарудзи, который все еще был ошеломлен.
– Вы пойдете со мной!
– И вышел.

Сарудзи направился за ним, ему не хотелось оставлять мать, но он подчинился приказу, смущенный оказанным ему вниманием.

Марико простилась с гостями общим полупоклоном и двинулась в сторону выхода. Кири облизывала пересохшие губы, госпожа Сазуко, дрожащая от испуга, стояла рядом. Кири взяла госпожу Сазуко за руку и обе женщины последовали за Марико. Ябу вышел с Блэксорном раньше, теперь они сопровождали дам, вдруг осознав, что из всех присутствующих они единственные самураи, носящие форму Торанаги. Снаружи их ждали серые.

– Чего ради вы вдруг заупрямились? Глупо ведь...
– налетел на нее Ябу.

– Простите, - Марико прятала настоящую причину. Ей хотелось, чтобы Ябу оставил ее в покое, - она была взбешена его грубостью.
– Так получилось, господин. В какой-то момент это было празднование дня рождения, а потом... Я не знаю. Пожалуйста, извините меня, Ябу-сама. Пожалуйста, извините меня, Анджин-сан.

Блэксорн попытался что-то говорить, но Ябу сразу перестал обращать на него внимание и он прислонился к раме окна; он был зол, голова болезненно пульсировала от напряженных усилий понять, о чем идет речь.

– Простите, Ябу-сан!
– Боже, как надоедливы эти мужчины, все им нужно объяснять, со всеми подробностями... Они не видят даже собственных ресниц...

– Вы подняли бурю, которая погубит всех нас! Глупо!

– А справедливо то, что мы заперты?! Господин Торанага отдал мне приказ...

– Эти приказы бессмысленны. Его головой, видно, завладели дьяволы! Вам следует извиниться и взять свои слова обратно. Теперь охрана будет плотнее комар не пролетит! Ишидо, конечно, отменит наши разрешения на выход, и вы все погубили, - Он посмотрел на Блэксорна.
– Что нам теперь делать?

– Простите?

Они втроем находились в главной приемной комнате дома Марико, располагавшегося во внутреннем кольце укреплений. Серые - их было даже больше, чем обычно, - проводили их сюда, а теперь расположились за воротами. Кири и госпожа Сазуко отправились в свои апартаменты под такой же "почетной" охраной, и Марико обещала им, что посетит их после встречи с Кийямой.

– Но охрана вас не выпустит, Марико-сан, - пролепетала напуганная Сазуко.

– Не беспокойтесь, ничего не изменилось. В пределах замка мы можем передвигаться свободно, хотя и с охраной.

– Они остановят вас! О, зачем вы...

– Марико-сан права, дитя мое.
– На Кири все это не подействовало. Не беспокойтесь. Мы скоро увидимся, Марико-сан.
– И Кири отправилась в свое крыло замка, коричневые закрыли за ней ворота. Марико перевела дыхание и пошла к себе, сопровождаемая Ябу и Блэксорном. Ей вспомнилось, как она стояла одна против Ишидо и заметила, что правая рука Блэксорна нащупывает метательный нож, - это придало ей новых сил. "Да, Анджин-сан, - подумала она, - вы единственный, на кого я могу положиться".