Чтение онлайн

Она перевела взгляд на Ябу, который сидел напротив нее со скрещенными ногами и ухмылялся, обнажая зубы. То, что Ябу при всех встал на ее сторону и вышел вместе с нею, приятно ее удивило. Благодарная ему за поддержку и стесняясь того, что так вышла из себя, она отбросила свое обычное высокомерие и резкость и решила потешить его гордыню:

– Пожалуйста, извините меня за мою глупость, Ябу-сама.

Голос ее был полон раскаяния, она, казалось, едва преодолевала слезы. Конечно, вы правы. Простите меня, я только глупая женщина.

– Согласен - глупо идти против Ишидо в его собственном гнезде.

– Да-да, простите. Можно предложить вам саке или чаю?
– Марико хлопнула в ладоши, сразу же открылась внутренняя дверь и появилась Дзиммоко, с растрепанными волосами и испуганным, опухшим от слез лицом.
– Принесите чаю и саке для моих гостей. И перекусить. И приведите себя в порядок! Как вы осмелились появиться в таком виде! Вы что, думаете, это крестьянская хижина? Вы позорите меня перед господином Касиги!

Дзиммоко залилась слезами.

– Простите, господин, пожалуйста, извините ее за такое непристойное поведение.

– Э, это неважно. А вот как быть теперь с Ишидо? Э-э-э, госпожа... ваша шпилька о крестьянах оставит отметку надолго - ведь это удар по самолюбию господина генерала. У вас появился теперь такой враг! Ваши слова его оскорбили и унизили перед всеми!

– О, вы так думаете? Пожалуйста, извините меня, я не хотела его оскорблять.

– Эх, он крестьянин, всегда им был и останется, и всегда будет ненавидеть нас, настоящих самураев.

– О, господин, как вы умны, что поняли это. Благодарю вас за то, что вы мне это сказали.
– Марико поклонилась и сделала вид, что вытирает слезы, потом добавила: - Пожалуйста, можно я вам скажу, что чувствую себя теперь такой защищенной - вашей силой... Если бы не вы, думаю, что я просто потеряла бы сознание.

– Глупо было нападать на Ишидо перед всеми, - Ябу уже несколько успокоился.

– Да, вы правы. Как жаль, что не все наши вожди так сильны и умны, как вы, господин, а то наш господин Торанага не попал бы в такую беду.

– Согласен. Но вы все же поступили опрометчиво.

– Прошу меня простить. Да, это моя вина.
– Марико все еще мужественно сдерживала слезы. Она опустила глаза и прошептала: - Благодарю вас, господин, что вы приняли мои извинения... Вы так великодушны...

Ябу кивнул: он заслужил эти похвалы, и ее раскаяние и покорность в порядке вещей, - конечно же, он необыкновенно умен. Марико продолжала его ублажать и льстить ему. Скоро он стал абсолютно податлив.

– Можно мне объяснить все про мою глупость Анджин-сану? А он предложит какой-нибудь выход...
– Она заставила себя произнести все это затихающим, раскаивающимся голосом.

– Да, очень хорошо.

Марико благодарно поклонилась ему, повернулась к Блэксорну и заговорила по-португальски:

– Пожалуйста, слушайте, Анджин-сан, - слушайте и не задавайте вопросов. Простите, но сначала я должна была успокоить этого злобного негодяя, как вы его называете.
– Она быстро рассказала ему, о чем говорилось и почему так заторопилась Ошиба.

– Это все очень серьезно, - Он внимательно смотрел на нее.

– Господин Ябу спрашивает вашего совета. Что нужно сделать, чтобы выпутаться оттуда, куда я затянула всех своей глупостью?

– Какой глупостью?
– Блэксорн наблюдал за ней, и его беспокойство все увеличивалось. Она опустила взгляд вниз, на татами. Он заговорил с Ябу напрямую:

– Я еще не разобрался, господин. Сейчас пойму - надо подумать.

Ябу угрюмо ответил:

– О чем тут думать? Мы в ловушке. Марико перевела не поднимая глаз.

– Это верно, Марико-сан?
– спросил Блэксорн.
– Это всегда было так?

– Да, к сожалению.

Он отвернулся, глядя в ночь. Факелы были установлены в нишах каменных стен, окружающих передний садик. Свет отражался на листьях и растениях, которые для этого специально поливали водой. На востоке от них находились обитые полосами железа ворота, охраняемые самураями в коричневой форме.

– Ты...
– услышала она его голос, он говорил не оборачиваясь.
– Я должен поговорить с тобой наедине.

– Ты... Да, я тоже.
– Она отвернулась от Ябу, - она не доверяя ему. Сегодня вечером я найду тебя.
– Она взглянула на Ябу.
– Анджин-сан согласен с вами, господин, по поводу моей глупости, прошу меня извинить.

– Ну и что же теперь делать?

– Анджин-сан, - ее голос был сух и деловит, - сегодня, позднее, я пойду к Киритсубо-сан. Я знаю, где вы живете, и найду вас.

– Да, благодарю вас.
– Он все еще сидел отвернувшись от Марико.

– Ябу-сан, - почтительно обратилась Марико, - сегодня вечером я собираюсь зайти к Киритсубо-сан. Она умная женщина, - может быть, она найдет выход.

– Выход только один, - отрезал Ябу с убежденностью, от которой ей стало нехорошо, - глаза его горели, как уголья, - завтра вы извинитесь. И останетесь.

Кийяма прибыл очень точно. С ним был Сарудзи, и сердце у Марико упало.

Покончив с формальными приветствиями, Кийяма угрюмо произнес:

– Ну а теперь, Марико-сан, объяснитесь, пожалуйста.

– Войны нет, господин. Нас не следует здесь задерживать, или обращаться с нами как с заложниками, поэтому я могу идти куда захочу.

– Необязательно вести войну, чтобы брать заложников. Вы это знаете. Госпожа Ошиба была заложницей в Эдо для безопасности вашего господина, когда он находился здесь, и никакой войны тогда не было. Господин Судару и его семья сейчас заложники у его брата, а они не воюют.

Марико сидела молча, опустив голову.

– Здесь многие - заложники того, что их господа будут выполнять решения Совета регентов, настоящего правителя государства. Это мудро, это обычный прием.

– Да, господин.

– Будьте добры, изложите мне настоящую причину.

– Господин?

Кийяма не сдержал раздражения:

– Не дурачьте меня! Я не какой-нибудь крестьянин! Я хочу знать, почему вы так вели себя сегодня вечером! Марико подняла глаза:

– Простите, господин генерал просто разозлил меня своим высокомерием. У меня есть приказы. Нет ничего плохого в том, что Кири и госпожа Сазуко отлучатся на несколько дней, чтобы встретиться с нашим господином.