Чтение онлайн

И тут сердце мое замирает.

Это не Милли .

Глава 72.

– Мэрибет? – шепчу я.

Секретарша моего мужа – а заодно и жена Рассела – стоит всего в нескольких футах от меня, сверля меня ледяным взглядом. Я никогда раньше не боялась Мэрибет. Даже когда спала с её мужем, я не задумывалась о ней вовсе. Она казалась достаточно милой. И Рассел ни разу не намекнул на обратное.

Я её недооценила. Перерезанное горло Рассела – прямое тому доказательство.

Я привлекательнее Мэрибет – объективно. Она лет на десять старше меня, и это видно. Светлые волосы взъерошены, морщинки у глаз и рта тонкие, но заметные, а кожа под подбородком безжалостно обвисает. Но как только кухня снова погружается во тьму, она исчезает в тени – остаётся только зловещий силуэт.

– Садись, – говорит она.

– Я… я ничего не вижу, – заикаюсь я.

На секунду вспышка света ослепляет меня – она включила фонарик на своём телефоне. Луч скользит по кухонному столу: простая деревянная квадратная поверхность с двумя складными стульями по бокам. Я ковыляю к столу и падаю на один из стульев за мгновение до того, как ноги окончательно подкашиваются.

Мэрибет занимает другой стул. Теперь, когда в помещении тусклый свет, я снова вижу её лицо. Губы сжаты в прямую линию, голубые глаза – холодные, острые, как лезвия. На ней плащ, забрызганный кровью Рассела. Она выглядит угрожающе.

Но я цепляюсь за то, что она ещё не убила меня. Это значит, что я ей зачем–то нужна. У меня есть время. И, возможно, шанс.

– Чего ты хочешь? – спрашиваю я.

Она мигает. Белки её глаз пугающе светятся в темноте.

– Как долго ты спишь с моим мужем?

Я открываю рот, не зная – солгать или признаться. Но потом встречаюсь с ней взглядом и понимаю: с этой женщиной играть в ложь – глупо.

– Десять месяцев.

– Десять месяцев, – повторяет она с отвращением. – Прямо у меня под носом. Мы были счастливы до того, как ты появилась. Двадцать лет. Он был не идеален, но он любил меня. – Голос её дрожит. – А потом… как только он встретил тебя…

– Мне жаль. Мы этого не планировали.

– Зато у тебя были планы. Большие планы. Он собирался бросить меня ради тебя.

Она не спрашивает, утверждает. И я молчу. Рассел уверял меня, что собирается уйти от неё. Но в последние дни я уже не была так уверена в этом. Он оказался не тем, кем казался сначала.

– Он очень любил тебя, – говорю я, наконец, стараясь звучать искренне. – Это правда.

– Тогда почему он спал с тобой? – кричит она, срываясь.

– Послушай… – начинаю я, заставляя себя говорить ровно, хотя сердце всё ещё колотится, – он хотел вернуться к тебе. У него были сомнения. Если бы ты не…

Я умолкаю. Она смотрит на меня. А я не могу забыть, что эта женщина только что убила собственного мужа. Она не хочет его назад. Она хочет мести.

– И Дуг… – её глаза становятся ледяными. – Ты его убила, да? Ты и Рассел.

Я собираюсь солгать. Но вижу, как смотрит она – и понимаю, это не вопрос.

– Да. Я это сделала.

На миг её глаза смягчаются, и я вижу в них слёзы.

– Дуглас Гаррик был хорошим человеком. Лучшим. Он был мне как брат.

– Я знаю… И мне жаль. Правда.

– Жаль?! – взрывается она. – Это тебе не кино – ты не просто влезла перед ним в очередь! Ты убила его! Он умер из–за тебя!

Я сжимаю губы, не решаясь произнести ни слова. Я спала с её мужем. Я убила её лучшего друга. И да – она в ярости. Но… я всё ещё жива. И я хочу остаться живой.

Я должна найти способ выбраться отсюда.

Мой взгляд падает на нож в её правой руке. Он лежит у неё на коленях, всё ещё блестит от крови. Повсюду кровь. Кровь Рассела. На ней. На полу. На стенах.

Есть ли шанс отобрать у неё нож? Возможно. Она не в лучшей форме. Но я тоже на грани.

– Чего ты от меня хочешь? – спрашиваю я снова.

Она лезет в карман плаща и достаёт сложенный лист бумаги. Затем нащупывает ручку. Кладет оба предмета передо мной на стол.

– Я хочу, чтобы ты написала признание, – говорит она.

Желчь подступает к горлу. Я с трудом сглатываю.

– Что?

– Ты меня слышала. – Её глаза сверкают. – Я хочу, чтобы ты записала всё. Как ты соблазнила Рассела. Как вы сговорились убить твоего мужа. Полное признание. Чёрным по белому.

– Ладно… – выдыхаю я.

Я не хочу этого делать. Но я видела, что она сделала с Расселом. Мысль о том, что она перережет мне горло так же, как ему…

– Пиши! – рявкает она.

Мои руки предательски дрожат, пока я вывожу строчки на белом листе, который уже запятнан алыми отпечатками пальцев. Я не до конца понимаю, что именно она хочет, чтобы я написала, поэтому стараюсь быть лаконичной. Да и какая разница – всё, что написано под угрозой ножа, не имеет юридической силы.

Для предъявления по месту требования. У меня был роман с Расселом Саймондсом последние десять месяцев. Вместе мы убили моего мужа, Дугласа Гаррика.

Я бросаю взгляд на неё. Ее лицо – каменное.

– Это то, что ты хотела? – спрашиваю я.

– Почти. Ты ещё не закончила.

– Что ещё ты хочешь, чтобы я написала?

Она постукивает по листу длинным ногтем.

– Напиши: «Я больше не могу жить с чувством вины».

Я вывожу слова, дрожащей рукой, буквы получаются кривыми, почти нечитаемыми. В какой–то момент страница расплывается, и я замираю, но через мгновение текст снова проясняется.