Чтение онлайн

— Посмотрите, что я откопала, граф! Тут вся портретная галерея от основателя династии Фетир до его величества Аонара. Наверняка отыщется и нужная вам принцесса.

Я подбежал к девушке, выхватил у неё из рук журнал и начал лихорадочно листать. На одной из последних страниц нашлась она — Маэлиса. И всё-таки худшее предположение оказалось верным. Я застонал, не имея сил ни произнести хоть слово, ни оторвать взгляда от красочной иллюстрации. Какая же она всё-таки красивая! Правда, художник подметил некоторую надменность в взгляде и недовольный изгиб губ, чего было совершенно не свойственно знакомой мне девушке. Но это могло быть продиктовано желанием портретиста придать модели значимость и отстранённость.

— Ваша милость, — окликнула меня горничная, — я вам угодила?

— Да-да, сейчас… — Я достал кошелёк и отсчитал обещанные серебряные монеты.

Получив награду, девушка снова запрыгала, да так и унеслась прочь. Хоть один человек счастлив моим ужасным открытием.

Заснуть я не мог очень долго. Вертелся в постели, то сбрасывая одеяло, то натягивая его по самый нос. Что делать? Как поступить? Обсудить с так внезапно нашедшейся сестрой создавшуюся ситуацию прямо сейчас, или дождаться заседания комиссии по наследству и посмотреть Маэлисе в глаза, когда она туда явится под руку со своим предприимчивым папашей?

А я-то ведь ей всё рассказал! О том, что в той фальшивке, которую предоставит господин Леви, полным полно ошибок. Претендовать на моё имущество самозванцы не смогут. Лишь в том случае, если девушка сумеет магически доказать своё родство со мной, мне предложат выделить ей содержание.

Это пустяк. Я бы в любом случае, без всякого принуждения стал помогать единокровной сестре. Меня коробило то, как действовали эти люди. Хитростью, мошенничеством, подтасовками. Мало того, что угрожали семье отцовского поверенного, так ещё и управляющего имением довели до потери памяти. Полл теперь уверен, что виноват в гибели не только хозяина, но и собственной семьи. Где мера, которую не готовы переступить эти негодяи?

Выстроив в голове линию обвинения, я задумался о защите.

Маэлиса ничего не знает. Я воспроизводил в памяти все наши встречи, все разговоры и всё больше в этом убеждался. Леди не участвовала в делишках отца. Скорее всего, мошенник собирался действовать по доверенности — такой же липовой, как и завещание. Моё появление спутало ему планы. Вряд ли Маэлиса одобрит его действия, когда всё узнает.

И что в таком случае предпримет её приёмный отец? Делес Леви не может не видеть, как мы подружились! Вполне логично предположить, что первоначальные намерения ему пришлось отринуть. Чего мне ждать?

Я должен поговорить с господином Леви.

Пусть он прямо в лицо скажет всю правду. Тогда и подумаю, что со всем этим делать.

С этой успокоительной мыслью я и уснул.

Маэлиса Леви

Я рисовала очередной шторм. Именно такие эмоции меня захватили после стремительного ухода гостя. Настроение лихорадило, я предчувствовала неминуемую опасность и возможную гибель. Не физическую, так моральную. Хуже всего то, что я даже близко не понимала, чем так раздосадовала графа.

Чудесно поужинали, замечательно общались. Угораздило же показать Тедиону мамин портрет! Чем уж так сильно поразила его фантазия неизвестной художницы?

Опять тайны, снова загадки! Зря не вытянула из отца все подробности о видениях матери. Почему Леру Леви навязчиво преследовал образ мужчины, удивительно похожего на Теда?

В очередной раз убедилась, что не стоит писать портреты. На некоторых моих картинах можно увидеть людей, в жанровых сценках приходится изображать — где торговцев и покупателей, где деревенских жителей, или извозчиков. Но я не особенно прорисовывала лица, основное внимание уделяя позам, жестам, незавершённым движениям. Многие отмечали, что глядя на эти работы, невольно ждёшь, когда персонажи начнут шевелиться.

Мне хотелось поскорее прояснить случившееся недоразумение, а для этого нужно поговорить с двумя мужчинами — с моим отцом и с графом Конни. Без них, сколько бы я не размышляла, всё равно ничего не пойму. С этими мыслями я отправилась в постель. Кто придёт первым, того и буду расспрашивать.

Как бы ни так! Эти двое словно сговорились — ни один не показывался в «Долине уюта». Я не знала, за кого волноваться больше. Папа иногда исчезал из Вергаса, оправдывая своё отсутствие поисками более выгодных поставщиков, но возвращался через три-четыре дня. В этот раз его путешествие затягивалось. Что касается графа Конни, он обещал наведаться, поделиться новостями о расследовании. Почему же его не было вот уже третий день? Я места не находила от беспокойства. Повезло, что Аленна оказалась очень сообразительной девушкой и взяла на себя мои обычные обязанности по учёту продаж. А ещё заменяла меня у прилавка, позволяя удалиться в мастерскую. Правда, с готовкой она уже справлялась не так хорошо, как раньше, подавая на обед и ужин самые простые кушанья. Впрочем, я этого не замечала. Мне стало безразлично что есть, что пить, что надевать. Действовала по привычке, думая только об исчезнувших мужчинах.

Завершив очередную картину, я не без труда поместила её в раму. Обычно в этом помогал мне отец, теперь приходилось справляться самостоятельно, ведь морские пейзажи покупали очень охотно, я едва успевала вывешивать. А эту даже не успела, спустилась в зал, позволила Аленне уйти на кухню и определилась с местом, но меня отвлекли остановившиеся около витрины люди. Сразу стало понятно, что это представители высшей знати. Особенно молодой мужчина производил впечатление. Девушка вела себя проще, но и она была одета очень богато, да и лицо благородное, сразу видно.

Взгляд мужчины меня здорово напугал. Он смотрел на меня, как на привидение, как будто увидел подчинившего меня лавекки или, спаси Аурана, заподозрил, что мою душу вытеснил хрозхгр.

Я взмолилась, чтобы светлая богиня увела этих людей подальше от моего салона. К сожалению, просьба не была услышана, высокородные незнакомцы решительно вошли в зал. Девушка повела себя довольно учтиво, она поприветствовала меня и стала осматриваться. Мужчина скользнул взглядом по картинам и в гневе уставился на спрятанный в углу портрет короля. Повернувшись ко мне, спросил так строго, что на меня будто морозом дохнуло:

— Вы кто такая? Это что? В темницу захотели?

— Мое имя Маэлиса. И прошу прощения, это писал отец. Понимаете, дело в том, что именно он помог открыть художественный салон с моими произведениями. Но у него было условие: я должна выставить и его работу. Я понимаю, что портрет неидеален, потому и постаралась спрятать его как можно дальше.

Никогда в жизни я не чувствовала себя так неловко, увы, мои оправдания не возымели действия, мужчина всё сильнее злился:

— Вы вообще понимаете, что за подобное отношение к его величеству можно лишиться головы? Кто ваша мать?

— Зачем вам она? Моя мама художница, от неё мне и перешел дар. Зовут Лара, она пропала. Когда мне было пять лет.

Странный посетитель размашисто двинулся вдоль стены, разглядывая картины и то и дело с возрастающим недовольством поглядывая на меня. Его спутница пристально следила за ним, явно не понимая причины вспышки. В конце концов она не выдержала и уточнила:

— Твое высочество, что на тебя нашло? Ты чего на девушку набросился? И зачем тебе ее мать?

— Алси, а тебе она никого не напоминает? — вопросом на вопрос ответил он.