Чтение онлайн

Что нам теперь доподлинно известно, однако, так это то, что аргонавты не единственный род морской фауны, чьи самцы отстреливают мужские причиндалы ради продления рода. И кое-кто делает это с куда большим изяществом, не превращая ритуал в харакири, поскольку способен к регенерации половых органов. Любому известно, что морские звезды отращивают себе новые лучи, а ящерицы – хвосты взамен утерянных. Но всё это детские трюки, которые блекнут на фоне способности к регенерации оторванного пениса. Уточню: не просто регенерации, как в случае повреждения или частичной ампутации, а выращивания с абсолютного нуля нового боекомплекта мужских половых органов. Один из видов обитателей моря, между прочим, способен проделывать это регулярно и даже ежегодно.

У многощетинковых кольчатых червей рода палоло, морских сородичей обычных дождевых червей, раз в году полнолуние дает старт массовым сборищам на сексуальные оргии, завершающиеся через некоторое время полным отрывом переполненных спермой или яйцами хвостовых сегментов самцов и самок, отделяющихся от головных сегментов и отправляющихся засеивать своими гаметами акваторию и продолжать род. Такое частичное самопожертвование во имя секса называется эпитокией{163}.

Головная часть червя остается на дне, а обезглавленная хвостовая всплывает к поверхности, как аварийная спасательная капсула с затонувшей подлодки. Всплывший эпиток (часть тела без головы, задействованная в размножении) обладает, на ее счастье, собственными органами чувств – подобиями глаз, реагирующих на свет, – благо они у этих червей наличествуют в достаточном количестве (по паре на каждый сегмент). Благодаря этому обремененная гаметами хвостовая часть благополучно всплывает к поверхности и вываливает свой груз в общий пул спермы и яиц, доставленных туда другими особями, точнее, их всплывающими хвостовыми отсеками. Тем временем на дне головные части приступают к регенерации отстреленных хвостов. Процесс восстановления занимает обычно несколько месяцев, после чего особь способна повторить весь цикл заново, и многие черви успешно проделывают это из года в год{164} (а иногда и по нескольку десятилетий кряду).

А вот близкородственные палоло многощетинковые же нереиды не отделяют от себя вызревшие половые органы, а сами полностью превращаются в них{165}. Рыбакам и аквариумистам, вероятно, хорошо знакомы пережившие подобную метаморфозу черви, поскольку люди часто используют их в качестве наживки или корма для рыбок-невольниц. Во Вьетнаме они еще и у местных жителей почитаются за деликатес. На мелководье и в устьях рек всего мира ими массово кормятся птица и рыба. Но именно метаморфозы, претерпеваемые ими на пути полового созревания и размножения, делают нереид по-настоящему уникальным семейством. Главное и самое разительное преображение происходит у этих червей при вызревании. Это, по сути, другая форма эпитокии – всеобъемлющая: никаких всплывающих капсул или хвостовых отсеков с вызревшими гаметами; червь от и до преображается в половой орган – наполненную спермой или яйцами оболочку размером с собственное тело.

Рожденные ползать по дну черви-нереиды готовятся взмыть к поверхности на нерест: сотни лапок-щетинок превращаются в лопатки-весла; пищеварительный тракт атрофируется, и вся полость тела заполняется спермой или яйцами; на переднем сегменте отрастает необходимая вызревающим мускулистым пловцам пара больших, обращенных вперед глаз. Но вот трансформация завершена, и нереидам остается дождаться полнолуния. С восходом холодного ночного светила, будто по команде, мириады нереид синхронно отрываются от донного ложа, взлетают к поверхности – и лопаются, взрываясь фейерверками спермы и яиц. И эта гибельная, но эффектная массовая оргия становится апофеозом трагедии полового созревания с заведомо летальным исходом.

И тут мы наконец подошли к единственному представителю фауны, самцы которого способны регулярно отращивать себе новые пенисы{166} взамен утраченных при спаривании, практически безо всяких ограничений. Знакомьтесь: Chromodoris reticulata, тропический голожаберный моллюск, обитающий на мелководье островов Океании. Лишенные не только раковины, но и мантии, эти морские улитки-слизни круты настолько, что не просто играючи расстаются со своим мужским достоинством, но и отращивают новый готовый «к бою» пенис всего за сутки. Эти эффектные улитки с ярко-красной в белую крапинку спинкой, похожей на шляпку мухомора, по сути, функционируют в режиме коробочек-дозаторов конфеток-пенисов. Внутри особи находится что-то наподобие катушки с солидным запасом шнура, которая, разматываясь, отмеряет слизняку пенис за пенисом. Резерва свернутой в плотную спираль массы-заготовки, судя по всему, хватает минимум на три половых акта с ампутацией пениса подряд, после чего улитке всё-таки требуется некоторый перерыв, чтобы собраться с силами.

Будучи синхронными гермафродитами со взаимным оплодотворением, два слизняка тесно координируют свои действия в процессе спаривании. Первым делом они сближаются и нащупывают генитальные отверстия друг друга, видимо, чтобы не промахнуться. Затем пара чуть расползается и перестраивается, притыкаясь правыми боками, рожками к хвостам параллельно друг к другу. Пристроившись поудобнее и как следует примерившись, партнеры одновременно начинают вводить друг в друга пенисы. Еще минута – и готово: оба осеменены. Улитки начинают расползаться с места совокупления, вытягивая друг из друга пенисы, а те растягиваются и растягиваются между раздвигающимися телами, как две резинки-тянучки, истончаются и удлиняются невероятно. Наконец сначала один, а следом и другой слизняк высвобождают свои до предела растянутые шланги из тел друг друга – и ползут прочь, волоча за собою использованные половые принадлежности, похожие на шагающие пружинки, которые, заигравшись, не поделили дети. А спустя считанные минуты оба просто скидывают этот обременительный сверхнормативный багаж и принимаются отращивать новые, не растянутые до непригодности пенисы.

Спариваются, обмениваются спермой, получив свое, расползаются, унося каждый свой пенис. Вроде бы всё достаточно цивилизованно, но… так это выглядит лишь до тех пор, пока не рассмотришь секс этих слизняков под микроскопом. Тут только начинаешь понимать, насколько липкая природа у этого обоюдного проникновения.

Оказывается, головка пениса сплошь покрыта рядами загнутых в обратную сторону острых шипов. Эта щетина действует как липучка, начисто выскребающая сперму из генитального отверстия партнера при вытягивании пениса. Есть, конечно, риск вычистить и часть собственной, только что занесенной спермы, но в целом такой сценарий маловероятен, а основное назначение чистящего ершика с шипами на головке члена – на обратном пути вычистить из половых путей сперму соперников-предшественников, которых могло быть немало.

Обитают эти скользящие по дну красавцы среди уютных коралловых рифов. Изобилие возможностей для совокупления в сезон спаривания приводит к острой конкуренции спермы в популяции этих «наполовину самцов». Отсюда и длинный фаллос для максимально глубокого внедрения собственной спермы, и набухшая головка-репей для выскребания ранее отложенной чужой спермы, – очень удобно и практично в таких условиях.

Множественные пенисы, на самом-то деле, в море не такая уж и редкость, и у некоторых видов самцы даже щеголяют несколькими штуками одновременно.

ВДВОЙНЕ ОДАРЕННЫЕ

Эякуляция – могучая сила в живой природе. Но у самцов акул{167} она скорее похожа на течь из крана с изношенной прокладкой, чем на струю брандспойта. Поэтому им нужно как-то компенсировать недостаточный объем исторгаемых выделений усилением пикового напора впрыска, то есть превратить свой пенис в некое подобие водяного пистолета. Поскольку копулятивные органы у акулы парные, самец имеет возможность стрелять с обоих плавников.

На первый взгляд мужские внешние половые органы самца акулы – так называемые птеригоподии, или класперы, – весьма похожи на обычный пенис млекопитающих, но на самом деле они представляют собой просто отростки брюшных плавников с желобками посередине. Построены эти удлиненные псевдопенисы из кальцинированной хрящевой ткани, с возрастом делающейся всё тверже.

Расположенные у основания хвоста под брюхом самца птеригоподии формой напоминают пару сосисок, что могло бы сразу навести ученых на мысль об истинном назначении отростков. Но изначально исследователи почему-то сочли, будто самец использует псевдопенисы лишь для того, чтобы поудобнее ухватить самку и притянуть ее к себе, – отсюда и вводящее в заблуждение английское название «класперы» [36] . На самом деле не смыкаются и не защелкиваются две створки этой «застежки» вовсе. Взамен самец использует свои птеригоподии строго поочередно для введения в клоаку самки, где они надежно становятся на якорь.