Чтение онлайн

– Да ты…

– Девочки, поехали, - между нами останавливается еще одна красная машина, старая хонда папы Антона.

– Ну наконец-то, - Вика первой ныряет в салон.
– Антош, хоть кто-то адекватный. Терпеть не могу нашу эту старосту. Может, завтра темную ей устроим?
– поворачивается ко мне.

– Измажь ей лицо зубной пастой. Пока спать будет, - предлагаю.

– Фу, детский сад. Придумай что-нибудь. Она же тебя тоже бесит.

Не хочу. Хочу с мамой и Ильей на Ибицу.

Возле дома Антон спрашивает, увидимся ли мы сегодня.

Нет, нет, нет.

Телефон отключу. Навсегда. Навечно.

Весь вечер помогаю маме собирать и укладывать вещи. Вот такое я люблю - продумывать новые луки , толкаясь, кривляться перед зеркалом, вместе танцевать под “Европу-плюс” и пить шампанское с вишневым соком.

И ещё я теперь знаю, где начинается любовь.

На базе у тети Наташи.

Бац. Начало с нулевой романтикой ввиду сегодняшнего всего.

В этот Новый Год Викин папа подарил нам путевки в классный загородный санаторий, Вика упрашивала его ещё с лета. Мы там провели все праздники.

А мама с подругами поехали к тете Наташе.

Так-то, признать, зимой там ещё лучше.

Уютные заснеженные домики, лес вокруг, елочки зелёные. Когда вечером метет метель, и полосы света из окон тянутся по снегу сквозь пургу, а внутри дома огонь в камине, интересная книга и бокал “Джентльмен Джек” - вот тут ты и сдаешься.

Коньки, лыжи, снегоходы, ресторан, баня, сауна, бассейн, бильярд, дискотека под объединением праздничной программы - стандартные развлечения, в нашем санатории было тоже самое. Только мы были с Викой, а мама познакомилась с Ильей. Они с Сергеем встречали там Новый Год.

С января и начали общаться. Пару месяцев присматривались. В начале марта отношения официально закрепились. В июле подали заяву. В августе расписались.

Сентябрь - летят гулять.

Та-дам. Вот тебе новогодняя сказка на ночь. Сладких снов, дорогая.

На этой ноте собираюсь спать.

Валяюсь под одеялом. Включаю телефон, полазить в сетях. Открываю непрочитанное сообщение от пижона.

Смотрю на свою фотку.

Скриншот с того видео.

Как раз встаю с постели, одна нога на полу, вторая согнута в колене на смятых простынях. Заячьи уши сползли на бок. Черные волосы разбросаны по плечам. Поправляю их руками-веточками, в красноватом свете бра они кажутся такими тонкими. Прозрачная сорочка влажная, облепила грудь - Антон долго целовал.

Мне нравится моя фигура, да и фотка неплохая. Но вот приписка после:

Зайка, все думаю, что подарить вам с Антоном на свадьбу. Увеличим фото до формата А2 и в раму? Повесите в супружеской спальне. Иль не заморачиваться и сразу презентацией пустить в проектор? В универе. Видеоприглашение на торжество.

Барабаню пальцем по экрану. Кусаю губу. Печатаю:

Самогона перепил? Такое даже для тебя беспонтово.

Его не было в сети, но тут же загорается зеленый значок-телефончик внизу. Прочитал. Пишет:

Почему? А как бы обрадовались поклонники “Ну, погоди”. Лиса лишняя, конечно. Можем переснять со мной. Буду волком.

Будешь павлином.

Согласен. Мне приходить? Я тут, рядом. За стеной.

К Ирочке сходи. И еще говорил, что ты не приз, - напоминаю его слова.
– Что девушки, которые трофеи сравнивают, это не к тебе.

Так я же не собираюсь с ней всерьез встречаться, - повторяет мои слова.
– Быстро, качественно, гарантия одна ночь.

Хоть один час. К Вике только больше не лезь.

Она сама лезет.

Я ей щас скину переписку.

Давай. Скинь вот это тоже: Вика, ничего не получается. Ни с тобой, ни с Ирочкой. Я не импотент, просто мне не хочется. С другими. Лесенка меня продинамила, а я ее почему-то предать не могу. Не хочу смотреть видео, где она с этим уродом, а все равно смотрю. Готов даже вырядиться в кретинский костюм лисы, если так смогу взять то, что хочу. А я очень хочу. Посоветуй, как быть, ты же ее подружка.

Слушай, павлин, но если так - приходи и бери! Только справку сначала принеси от психиатра. А то вчера навешивал, как тебе на меня плевать.

И ты поверила? Не прикидывайся.

Ничего не отвечаю.

Он тоже больше не пишет.

Они говорят: любовь - это яд. И песни о ней не поют, молчат.

А я не они, я расскажу.

В начальной школе мы с Викой обе были влюблены в нашего одноклассника.

Сережу Хаматова.

Самый лучший мальчик из всей параллели. Голубоглазый блондин. На физкультуре по росту стоял вторым.

Наша классная руководительница ввела моду - приклеивала красные звездочки на обложку тетрадей. Пять пятерок - одна звезда. У него набиралось по три-четыре звездочки на тетрадь. Сплошные пятерки. Круглый отличник.

Он даже читал быстрее меня.

Танцевал. Во втором классе на празднике вместе с одной девочкой балет. Может, не балет. Помню, что костюмы у них были белые. А музыка нечто вроде медленного даб-степа, такая мелодия была, проникновенно в душу. И танец - глаз не оторвать. Казалось бы, второй класс, а до сих пор не забыла. Было ощущение, что постановка про взрослые отношения. Нет, без всяких там гадостей эротических. А про какие-то сильные чувства, тогда еще нам, малявкам, недоступные. Но через движение что-то такое неуловимое передавалось. Он и сам вряд ли понимал. Но передать смог. В общем, здорово он танцевал.

Но суть в фамилии, Сережа Хаматов - был редкостным хамлом. Уже тогда. Только оный факт никого не останавливал, ни меня, ни Вику, ни одну из наших девчонок.

Малолетний нахальный серцеед.

Как-то после уроков мы с Викой решились. Расставить и точки, и запятые, и всю пунктуацию. Девочкам неприлично делать первый шаг, но, да, любовь зла.

Мы дождались его в раздевалке. И пристали. Я говорила: ты любишь Вику. А она: ты любишь Олесю. Просто на повторе, пока он не остановит.

Он переобувался в зимние ботиночки, надевал теплый свитер, заматывал на шее вязаный шарф и молча смотрел на нас. Слушал пластинку “ты любишь, ты любишь” на разные голоса. Когда уже застегивал куртку, шагнул к нам, и заорал:

– Да люблю, люблю!

Заорал он это на Викиных словах “Ты любишь Олесю”.

И тогда я оглохла от счастья. И первый раз в жизни не спала всю ночь из-за мальчика.

А на следующий день увидела его на переменке перед уроками. Он ел булочку вместе с нашей двоечницей Юлечкой, одну на двоих. Шоколадную. С маком. И давал ей пить персиковый сок из своей трубочки.

И тогда у меня обострилось зрение.

Олеси, Вики, Юли, Марины, Даши - все те, кто плавится рядом с ним - нас таких много. И всегда будет много. Да, он классный. Но надеяться на что-то с самоувереным красавчиком - на веки вечные плакать, плакать, плакать, когда жюри отдает твою корону другой.