Секса не будет
Шрифт:
Прикидываю: второй этаж. Дом старой постройки, с высокими потолками. В лепешку не расшибусь. Но прыгать все же перебор.
Над подъездом выступает квадратный козырек. От него до земли явно ближе.
Возвращаюсь в комнату, распахиваю окно, перевешиваюсь через подоконник. Козырек прямо подо мной, на расстоянии этажа.
Вот тут мы, пожалуй, рискнем.
Один за другим выбрасываю чемоданы.
– А Ленка-то, видать, вчера на рогах пришла. А это… А это чегой-то она делает?
– бабки во все глаза уставились на мои пожитки, вылетевшие из окошка.
Уныло смотрю вниз.
На крыльце стекло, кто-то разбил бутылку. И оно же бетонное, как на него прыгать? И до него намного дальше, чем мне опрометчиво казалось.Скверно.
Старухи затихли, открыли рты и наблюдают, как я выкидываю еще три подушки. Потом неуклюже выползаю из окна.
Ну, не пацан я малолетний, не умею. И страшновато, вдруг промахнусь. Боюсь пальцы отцепить от подоконника, так и повисла.
В платье. Когда у меня куча одежды с собой.
Шикардос.
– Воры штоль?
Прыгаю на козырек. Ногой на чемодан, шатаюсь, он падает, едва не валюсь следом.
– Ой-ёй, убьется, убьется!
Леди, спасибо за участие, но умоляю, не надо больше поддержки.
За мной следят с балконов дома напротив - ага, любовницу застукали! С детской площадки - ха-ха-ха, пацаны, тут дела поинтереснее футбола, смотрите на эту скалолазку.
Мужик, что ковыряется в багажнике легковушки. Парочка у соседнего подъезда. Шумная компания возле магазина на выезде со двора - вот они свистят и хлопают. Благодарные зрители.
От шайки отделяется накаченный брутал и идет ко мне, с предложением:
– Малышка, давай помогу. Возьму на ручки.
Бабки на лавке уже моют мне кости.
Бросаю вниз второй чемодан, дальше подушки.
Если и сомневалась, то теперь некуда деваться. Сижу на жердочке у всех на обозрении. Человеческая Гуленька.
Скот ты, Антон.
Призмеляюсь в подушки.
– Эй, птичка, на юга собралась? В попутчики возьмешь?
– качок останавливается на ступеньках передо мной. Сушит зубы.
– Одна летаю, - поправляю одежду. Поднимаю чемоданы за ручки, и, как ни в чем не бывало, спускаюсь.
– Серьезно, в аэропорт?
– не отстает он.
– А что через окно? Двери нынче не в моде?
Игнорю, набираю такси. Иду со двора - мне все эти свидетели побега не по нраву.
– Давай подвезу, - тащится рядом.
– Нам не по пути.
– Как знать, как знать. Ты здесь живешь?
– Нет. На все следующие вопросы продублируй.
– Вот как?
– качок вырывает у меня ручку чемодана. Катит рядом.
– Я тебе не мешаю - нет. У тебя есть парень - нет. Не против увидеться еще разок - нет, - и заливается смехом.
– Меня Игорь зовут. А тебя?
Невольно улыбаюсь. Он видит это и отводит взгляд. Идет шаг в шаг, тоже улыбается. На нем белая адиковская футболка и простые синие джинсы. Небрежно зачесаны назад темные волосы, серые глаза и немного щетины.
Останавливаемся возле забора, на углу дома.
– Так как тебя найти?
– напоминает Игорь.
– Номер телефона. А лучше страничку в соцсети.
– Не надо искать, не обижайся.
– Так нельзя, - он облокачивается на забор.
– Вылезаешь из окна, еще и с чемоданами. Теперь хочу знать начало истории. Спать не смогу.
– Начало тухлое. Так что спи, не трать нервы.
Стоим, перебрасываемся словами. Всякие глупости. За мной приезжает черная волга. Игорь помогает загрузить вещи. Говорит на прощание:
– Игорь Золотарев. Холост, двадцать три года. Появится желание - пиши.
– Хорошо. Счастливо, - машу рукой в окно.
К дому подъезжаю уже в темноте. Поднимаюсь в лифте и читаю сообщение от Вики:
Все хуже некуда. Пошли пить
В квартире темно, мама с Ильей, похоже, где-то гуляют. Затаскиваю чемоданы в комнату и набираю видеозвонок.
– Ну что там еще?
– плюхаюсь на кровать.
– Он козел, - Вика сморкается в платок, как в мелодраме.
– Сначала все было нормально. Ели попкорн, разговаривали. Потом я его поцеловала. И он до конца фильма отморозился. А потом вообще. Ему кто-то позвонил. Он отвез меня домой и уехал. Что делать?
Мну и расправляю подол платья. Помолчав, говорю:
– Может, он на работу.
– На какую? Он работает?
– оживает Вика.
– Вроде где-то да, он говорил. То что ночами.
– Где интересно? Щас спрошу, - подруга тянет на колени ноутбук.
– И все равно, - стучит по клавишам, шмыгает носом.
– Мне показалось, что ему кто-то из наших куриц написал. Они у него уже обе в друзьях, я проверяла. А вчера их там не было.
– И охота тебе ерундой заниматься?
– широко зеваю.
– Это не ерунда, - спорит Вика.
– Если бы они к твоему Антону добавились, ты бы тоже не радовалась. Он еще так сказал странно, типа посмотрел мультик про лису и зайчика, и тоже захотел на охоту. Что это вот значит?
Меня бросает в жар.
Посмотрел.
Боже, вот это позор.
Сбрасываю ногой на пол мягкую игрушку - огромного розовго зайца. Антон подарил его еще в начале отношений. У него в лапке коробка музыкальная, если нажать, он поет:
Почему у зайки длинные ушки, чтобы он все слышал в полях и лесах. Почему у зайки длинные ножки, чтобы никогда не поймала лиса.
И дальше хихикает, заливисто так.
Месяц назад Антон мне купил костюм из магазина для взрослых. Мягкий ободок с ушками и полупрозрачную сорочку с мехом и пушистым хвостиком. Прикольный наряд для ролевых игр, очень милый.
Но недавно он и себе купил. Костюм лисы. Ходячий ужас из оранжевого латекса. С хвостом. С шапочкой.
И вот вчера…
Нет, на том видео все снято без подробностей, без крупных планов, ну, грудь просвечивает, соски темные. Снято с бокового ракурса, там что-то вроде эротики, которую крутили раньше ночью по рен-тиви.Только по телику фильмы рассчитаны на возбуждение какое-то.
А тут…
Это же просто частные постельные утехи для себя на память.
Такое нельзя никому смотреть, кроме участников. Потому, что это смешно.