Чтение онлайн

1.любовь без секса (к Богу, к родным, «агапе», «прагма», платоническая любовь);

2.любовь и секс в единстве (филия эретике, сексуальная любовь, эротическая любовь, сторге, мания);

3.секс без любви (эрос, людус, сладострастие, коммерческий секс, сексаддикция.)

Любовью-сладострастием называл сексуальную любовь Ф. Достоевский, термин сексуальная любовь использовал Р. Мэй, эротической любовью называл это чувство Э. Фромм. Сексуальная любовь помогает мужчине и женщине буквально стать одним целым. При сексуальной любви проникновение друг в друга и физическое, и психологическое намного значительнее, чем при бесполой. (С. Либих, 2001). Терминологически целесообразно разделять следующие феномены сексуальной любви.

Влюблённость – острое эмоциональное, духовное переживание к объекту любви и с точки зрения лингвистики, это слово можно интерпретировать как «вхождение в любовь». Именно влюбленность в конкретного избранника помогает полюбить, а до конца исчерпав свои функции, она уходит. Вожделение – сравнительно сильное желание, стремление, страстная наклонность к чему-то, влечение. (По словарю В. Даля). Или сильное чувственное влечение; страстное желание чего-нибудь (по словарю С. Ожигова). Это половое влечение без духовной составляющей и отражает животное, физическое стремление. Похоть — это грубо-чувственное половое влечение (по словарю С. Ожигова) того же телесного порядка. В то же время это состояние сознания, рождаемое от сексуальной неудовлетворенности и невозможности реализации полового влечения. Этот последний термин ассоциируется с чем-то низменным, где граница между «верхом» (духовным) и «низом» (телесным) спускается к нижнему пределу. Наверное, потому, что когда люди чего-то очень хотят, стремятся к сексуальной близости, их часто больше ничего вокруг не интересует.

Низменная «похоть», чувственное «вожделение» воспринимаются как явления физиологического порядка и в современной сексуальной культуре имеют весьма условную ценность. В противовес им «влюбленность», «желание» и «влечение» несут в себе явный оттенок духовности, но только «любовь», объединяющая духовную и чувственную составляющие «влечения», претендует на высшие ранговые позиции в иерархии непреходящих ценностей. Эта закономерность прослеживается в различных культурах и на различных видах любви.

Например, в индийской «Камасутре» описаны четыре типа любви: от привычки, от воображения, а также от веры и чувственных восприятий. Древние греки в античный период различали: филиа эретике (любовь-дружба между влюбленными, обусловленная социальными связями и личным выбором), эунойа (отдавание), агапе (бескорыстное чувство, жертвенная и снисходящая любовь к ближнему), потос (любовное желание), харрис (любовь, опирающаяся на благодарность и уважение), мания (необузданная страсть), эрос (плотское желание).

Учение о божественном эросе составило глубинные основы всей христианской духовности, подарив миру «Ареопагетики» псевдо-Дионисия, «эротические гимны» св. Иерофея. Максим Исповедник, комментируя в седьмом веке трактаты о любви, различает пять видов любви: «ради Бога» – так добродетельный христианин любит всех людей, «по естеству» – любовь между родителями и детьми, «из тщеславия» – прославляемый любит прославляемого, «из корыстолюбия» – так любят богатого за раздаваемые им дары, «из сластолюбия» – плотская любовь, не имеющая целью рождение детей. Последние три вида любви порицаются христианскими проповедниками и относятся к «страстным», в отличие от первого вида – достойного христиан и второго – естественного и как бы нейтрального. В христианской этике рассматривается род привязанности, которую в художественной литературе и в быту обычно зовут «любовью» – влюбленность. Вполне допустимы крепкие и ответственные союзы мужчины и женщины, в которых никакой влюбленности нет, и никогда не было. Конечно, такой союз вряд ли будет ответственным и крепким, если он не основан на других видах любви: привязанности, милосердии или дружбе. В наше время многие считают, что влюбленность – простая маска влечения. На самом деле гораздо чаще человек испытывает поначалу совсем другое, почти духовное чувство. Влюбленному нужна данная личность, а не наслаждение, которое она может дать. Влюбленный стремится к какому-то немыслимому в земной жизни полному слиянию с предметом своей любви. Чувство это уничтожает разницу между «я» и «ты», между «брать» и «давать». Чтобы правильно относиться к вожделению, надо правильно относиться к телу. Истинный христианин, по выражению святого Франциска Ассизского, видит в нем «брата осла» – полезную, ленивую, терпеливую, смешную тварь, которая может и умилить нас, и рассердить. Христианские мыслители писали о том, что и Брак Христа с Церковью – непрестанная забота, неистощимое прощение, снисходительность к слабостям другого и требовательность к себе. Чувство влюбленности очень сильно, оно сильнее страха перед несчастием и даже перед смертью. Но в чистом своем виде она может привести к очень тяжкому злу. Опасность ее в том, что она требует именно безусловного подчинения и поклонения, и потому легче всего становится идолом.

Однако идол, как всякий лжебог обманывает их. Влюбленность – самый непрочный вид любви. Пока человек влюблен, он об этом помнить не может. У него не надо просить обетов – он только и думает, как бы их дать, и «навсегда» – чуть ли не первое слово любовных объяснений. Даже тот, кто непрестанно влюбляется, каждый раз искренне думает, что именно нынешнее чувство вечно. Влюбленность очень быстро и сильно меняет нас. Она мгновенно преодолевает нашу самость, одухотворяет похоть, ставит свои ценности выше всех земных радостей и понуждает без всяких усилий выполнять заповедь о любви к ближнему, но лишь по отношению к одному человеку. Но самой влюбленности никогда не удается сохранить для нас это состояние. Важно так поставить дело, чтобы близкие знали заранее, какими ценностями мы не можем пожертвовать ради любви к ним. Тогда и сам выбор, и семейный конфликт будут намного легче. Однако для христианина он всегда возможен, и надо об этом помнить. В сущности, если возлюбленная или друг этого не понимают, лучше избегать такого брака и такой дружбы.

Любовь-дар и любовь-нужду рассматривает К. Льюис. Любовь-сладострастие и любовь-жалость отмечает Н. Бердяев у Ф. Достоевского. Любовь, – пишет П. Флоренский, – следует из познания Бога. Известный американский ученый Р. Мэй выделяет четыре основные типа: любовь сексуальную, эротическую, амор (любовь с эгоцентрической окраской), каритас (любовь облюбовывающая). У К. Войтылы, польского исследователя: амор комплацентие (нравиться), амор конкилисцентие (желание), амор бениволенцие (взаимная доброжелательность), любовь облюбовывающая. По объектам любви Э. Фромм выделяет братскую любовь, любовь к себе, материнскую любовь, эротическую любовь, любовь к Богу.

3бигневым Лев-Старовичем описан широк диапазон мнений о любви в европейской хуцдожественной литературе. Любовь как жестко-сладкое пламя у Овидия («горю – уже в вольной груди воцарился Амур»), любовь как сумасшествие у Данте («пребываю постоянно в любовном сумасшествии»), любовь как пытка у Шекспира («это пытка – не любовь»), любовь трагическая, близкая к смерти у Гёте («Лотта! Мне конец! Мои чувства помутились. Лучше, что бы я ушел»). Четыре рода любви описывает Стендаль: любовь-страсть, любовь-влечение, физическая любовь и любовь-тщеславие.

По силе чувств любовь подразделяют на сильную, ровную и слабую; по времени возникновения и протекания – на любовь с первого взгляда и последующую, временную, постоянную, вечную, скоротечную, ушедшую безвозвратно; по отношению к результату – на единственную и неповторимую, разделенную и неразделенную, отвергнутую и бескорыстную. Куртуазная и сентиментальная, платоническая и эротическая, родительская и братская, к Богу и к себе – все это далеко не полный перечень видов любви. Она проявляется через преклонение и восхищение, благодарность и раскаяние, сострадание и жалость, сочувствие и влечение, обожание и терпение, муку и унижение. Кажется даже странным, порой кому-то кощунственным, деление и классификация этого великого феномена по видам, типам и родам.

Канадский социолог и общественный деятель Джон Алан Ли выделял шесть типов любви. Под эросом он подразумевает любовь, основанную на физическом влечении и проявляющуюся в сильном сексуальном притяжении, которая редко приводит к прочным и глубоким связям. Напоминает легкий флирт модус – тип любви, в котором может быть несколько партнеров и где сексу отводится скорее роль игры, чем глубокого интимного чувства. Сторге характеризует сердечность отношений и привязанность друг к другу, она зарождается в дружбе, которая незаметно переходит в любовь – прочный и устойчивый тип, способный выдержать любые испытания, не обременяя себя, правда, избытком страстей. Бурная, безумная и всепоглощающая мания с крутыми стремительными подъемами и головокружительными спусками и внезапными окончаниями – это следующий тип любви. Уравновешенная и «практичная» прагма отличается хорошо продуманными подходами любящего к потенциальному кандидату и при достигнутом взаимопонимании этот тип любви может развиться в более глубокое и сильное чувство. Агапе основано на традиционном христианском взгляде. В этом типе любви ничего не требуется взамен, она добра, постоянна, терпелива и больше напоминает идеал, ибо встречается редко в жизни.

В сексологии любовью называют интимное и глубокое чувство, устремленность на другую личность, человеческую общность или идею. Большинство авторов акцентируют внимание на двух аспектах любви: ее психологическом компоненте и проявление физического влечения. Некоторые авторы называют любовью переход полового влечения в духовную сопринадлежность к человеку противоположного пола, чей уровень телесно-психического развития позволил бы ему отвечать взаимностью. Любовь – это состояние, когда счастье другого становится неотделимым от собственного счастья. Любовь – духовное по своей сути состояние, которое только и дает человеческое право на физическую близость. Любовь может быть и своего рода экстремальной ситуацией. Известны неразделенная, отвергнутая любовь и прочие деструктивные чувства, от которых не застрахован никто.