Чтение онлайн

Въ послднее время у насъ было столько непредвиднныхъ непріятностей, что я даже совершенно не помню, когда писала теб въ послдній разъ, и какъ объясняла разрывъ нашъ съ графинею де Сент-Амандъ. Во всякомъ случа, мн кажется, что ее нельзя винить, хотя мы и были очень огорчены ея отздомъ. Для женщины, рожденной въ высшемъ кругу, имющей аристократическія привычки, самая мысль вступить въ родство съ людьми сомнительнаго богатства должна казаться ужасною. Я даже не знаю, любила ль она когда-нибудь Джемса. Она считала приличнымъ для себя выйдти за него, полагая, что онъ знатенъ и богатъ — вотъ все. Она-ли виновата, что обманулась? И кто поступилъ бы иначе на ея мст? Она права. Я понимаю ея поступокъ и правила. Но мы ужасно разстроены духомъ, благодаря неловкости папа. Джемсъ здилъ отъискивать свою невсту, былъ въ Рим, Болонь, Анкон, но нигд не могъ найдти слдовъ ея.

Папа даже ршился-было разстаться съ мама, потому-что она хотла остаться въ Италіи, онъ — возвратиться домой черезъ Геную, моремъ, «чтобъ на сухой земл не терпть новыхъ кораблекрушеній» и не встртиться на возвратномъ пути съ новыми непріятностями. Я хотла остаться съ мама; Кери папа бралъ съ собою. Все ужь было готово къ его отъзду, какъ я получила письмо отъ милаго лорда Джорджа, который звалъ насъ въ Геную, гд скоро начнутся великолпные праздники. Тогда мы вмст съ мама, сказали папа, что охотно демъ съ нимъ въ Геную; онъ обрадовался этой уступк, или, какъ ему казалось, раскаянію, и примиреніе наше пока довольно-прочно. Этимъ кончаются извстія, касающіяся меня.

Но сообщу теб другую новость, сильно-оскорбившую мама. Посл отъзда графини, папа нсколько времени былъ боленъ подагрою. Мама въ это время получила письмо отъ капитана Морриса и сочла нужнымъ распечатать его, зная, что папа не въ-состояніи вести корреспонденціи. Моррисъ длалъ предложеніе Кери. Я это предвидла. Возможно ли было намъ согласиться принять въ свое семейство человка, который былъ бы опаснйшимъ врагомъ нашимъ? Нтъ сомннія, что онъ принялъ бы сторону папа, который могъ пріобрсть энергію подъ его вліяніемъ. Потому я вполн одобряю поступокъ мама, которая отказала ему на-отрзъ, не говоря ничего папа, чтобъ не безпокоить его. Притомъ же Кери слишкомъ еще молода и даже легкомысленна. И какихъ выгодъ можетъ ожидать наше семейство, вступая въ родство съ какими-нибудь Моррисами? Однимъ словомъ, для насъ было большимъ счастіемъ, что письмо Морриса попало въ наши руки. Это единственное утшеніе, которое имла въ послднее время твоя на-вки

Посл отъзда графини де-Сент-Амандъ, причины котораго было бы слишкомъ долго разсказывать, мы вздумали переселиться въ Геную. Но болзнь К. Дж. — слдствіе его вспыльчивости, задержала насъ въ Парм около мсяца, такъ-что мы едва успли прибыть въ Геную поздно вечеромъ, наканун начала большихъ праздниковъ, которые привлекли въ этотъ городъ множество иностранцевъ.

Въ отели, куда мы подъхали, вс комнаты были заняты, да и во всемъ город уже нельзя было отъискать квартиры ни за какую цну. Одно англійское семейство при насъ, ненашедъ помщенія, ухало въ Кьявари, потому-что даже суда въ гавани были наполнены народомъ. К. Дж. началъ пересматривать списокъ остановившихся въ отел, надясь найдти въ числ ихъ пріятеля, у котораго можно было бы выпросить пріютъ; но изъ множества англійскихъ именъ не оказалось ни одного знакомаго; а лордъ Дж., хотя и зналъ всхъ аристократовъ, но вс они были родственники или близкіе друзья людей, съ которыми онъ «былъ въ разлад». Мы стояли такимъ образомъ на подъзд, разсуждая, что намъ длать, какъ мимо насъ быстро прошелъ вверхъ по лстниц джентльменъ, лица котораго мы не успли разглядть. Содержатель отеля самъ провожалъ его, потому было видно, что джентльменъ этотъ человкъ важный. К. Дж. спросилъ о немъ лакеевъ; едва они успли отвчать, что «этотъ синьйоръ занимаетъ № 4, большую квартиру въ бель-этаж, а больше ничего они не знаютъ», какъ содержатель отеля подошелъ къ намъ съ улыбкою и поклонами, объявляя, что синьйоръ, занимающій № 4, считаетъ себ истиннымъ удовольствіемъ предоставить въ наше распоряженіе половину своихъ комнатъ, и надется, что мы не найдемъ неудобнымъ принять это предложеніе.

— Кто жь онъ? кто жь онъ? закричали мы въ одинъ голосъ; но хозяинъ гостинницы такъ изуродовалъ англійское имя, что мы не могли его разобрать и, отложивъ разгадку до того времени, какъ увидимъ его въ «списк жительствующихъ», отправились, сопровождаемые хозяиномъ, въ уступленныя намъ комнаты. Он были меблированы великолпно: зеркала, японскія вазы, картины, рзная мебель придавали имъ видъ истинно-княжескаго палаццо. Въ большой гостиной горлъ огонь въ мраморномъ камин, а столъ былъ покрытъ англійскими газетами и журналами; это показывало, что неизвстный вельможа оставлялъ намъ комнаты въ томъ вид, какъ занималъ ихъ самъ.

— Поищемъ же нашего незнакомца, сказалъ лордъ Джорджъ, пробгая глазами списокъ сеньйоровъ, жительствующихъ въ этомъ отел: «а, вотъ онъ: „№ 4. Большой апартаментъ. Жительствуетъ, сэръ Моррисъ Пепрайнъ, баронетъ“. — Это однофамилецъ того Пепрайна, которому принадлежатъ каменоломни аспидныхъ плитъ близь Голигеда, въ княжеств Уэльскомъ, прибавилъ лордъ Джорджъ:- знаете?»

— Нтъ, сказали мы вс.

— Какъ же! это мсто извстное. Его нарочно здятъ смотрть. Какъ называется оно?… да, Пилдммолли-Кестель, такъ, по-крайней-мр насколько доступно человческому языку это имя. Но дурно имя или хорошо, а самыя каменоломни приносятъ пятнадцать тысячъ фунтовъ годоваго дохода, слдовательно можно примириться съ ихъ названіемъ.

— Не родня онъ вамъ, лордъ? спросилъ К. Дж.

— Не припомню; быть можетъ; но мы никогда не считали нужнымъ принимать Пепрайновъ за родныхъ.

— Во всякомъ случа, онъ очень-милый и деликатный человкъ; надобно выпить за его здоровье, сказалъ К. Дж., видя, что лакей несетъ намъ ужинъ. Мы сли за столъ въ самомъ пріятномъ расположеніи духа, и скоро забыли о незнакомц, потому-что было много у насъ другихъ предметовъ разговора, особенно, главное торжество великолпныхъ праздниковъ, карусель съ турниромъ, назначенный завтра. Мы теперь только и думали, какъ бы достать хорошее мсто на этомъ дивномъ зрлищ.

Оставшись въ моей комнат наедин съ Мери Анной, мы долго разсуждали о незнакомц, котораго она считала родственникомъ лорда Дж., объясняя, что только этому обстоятельству мы обязаны его внимательностью. «По его презрительнымъ отвтамъ я вижу, говорила она, что лордъ Дж. не хочетъ признавать родства съ нимъ. Его гордость неизмрима. Это, быть-можетъ, худое предзнаменованіе для меня, прибавила она, улыбаясь, но мы посмотримъ». Съ этимъ она пожелала мн спокойной ночи.

На другой день поутру мы сидли за завтракомъ, толкуя о предстоящихъ веселостяхъ, какъ вдругъ К. Дж., читавшій газеты, закричалъ. «Вотъ канальство! (его любимое выраженіе). Вотъ такъ штука! Извольте-ка слушать, какая новость: „По бездтной кончин сэра Вальтера Ричарда Пепрайна, имя и обширныя помстья этого древняго рода переходятъ къ сыну сестры покойнаго баронета, капитану Джорджу Моррису, который становится богатйшимъ землевладльцемъ графства и будетъ имть большое вліяніе. Конечно, намъ неизвстны его будущія намренія; но вообще надятся, что новый владтель возвратится изъ чужихъ краевъ, гд нын находится, и поселится въ родовомъ замк“. Курьеръ княжества Уэльскаго. — Поздравляю, господа и госпожи, съ объясненіемъ вчерашней услуги, съ раскрытіемъ тайны. Но возникаетъ новая загадка: почему онъ не заговорилъ съ вами на подъзд? Не-уже-ли онъ тогда не узналъ насъ?

Ахъ, Молли! я думала, что упаду въ обморокъ отъ этихъ словъ. Я смертельно боялась, что К. Дж. взглянетъ на меня и замтитъ мое смущеніе. Въ-самомъ-дл, вообразить страшно, что я надлала! Я отказала жениху съ пятнадцатью тысячами фунтовъ дохода, съ баронетскимъ титуломъ, жениху той дочери, которая такъ мало иметъ видовъ на замужство! потому-что, если у Мери Анны сотни поклонниковъ, то у Кери это былъ первый и, быть-можетъ, послдній! Она была бы миледи, была бы внесена въ „Книгу перовъ и баронетовъ!“ Я, кажется, не выдержала бъ и призналась, если бъ Мери Анна не взяла меня за руку и не отвела прочь.

Какъ мы ни заняты были хлопотами, чтобъ достать хорошее мсто на турнир, но мысль о Моррис не покидала моей головы. Я знаю, что К. Дж. будетъ меня мучить до конца жизни, если узнаетъ, что я отказала Моррису. Я придумывала двадцать средствъ поправить свою ошибку: хотла писать ему, или заставить писать Мери Анну, или послать къ нему Джемса. Потомъ придумывала, что можно сказать, будто Кери смертельно занемогла отъ любви къ нему, и что мы соглашаемся на предложеніе для спасенія нашей дочери; но Мери Анна высказала слдующія глубокія замчанія: „поврьте, мама, онъ не уйдетъ отъ насъ. Еслибъ онъ былъ молодой человкъ — дло надобно бы считать погибшимъ; но Моррису тридцать-пять или тридцать-шесть лтъ: въ эти годы чувства не измняются. Нсколько мсяцевъ онъ будетъ стараться забыть ее, но вы увидите, что наконецъ онъ возвратится къ намъ; а если не возвратится, мы посмотримъ, какъ на него дйствовать: пробужденіемъ ревности или возбужденіемъ состраданія“. Она много говорила въ этомъ смысл и совершенно убдила меня въ благоразуміи своихъ соображеніи. Потому мы согласились, что надобно выжидать и наблюдать, конечно, скрывая все отъ К. Дж.