Сердце подонка
Шрифт:
Вгрызаюсь в губы, и то для того, чтобы она заткнулась, потому что там уже были попытки кричать. Теперь же она просто мычит, пытаясь оттолкнуть меня, но я, естественно, наплевательски двигаю её ближе к себе, заставив платье задраться сильнее, а потом и вовсе рывком прохожусь по бёдрам ладонями, сжимая, словно ебаное животное, которое только и думает о том, чтобы пометить её. Через сопротивления преодолеваю расстояние до раздвинутых ног.
Касаюсь пальцами червоточины всех моих прегрешений… Стройные ноги тут же начинают трястись за моей спиной, пока я, словно дьявол, заставляю её, вцепиться сильнее и захныкать прямо в мой рот. Ткань мокнет под натиском моих пальцев… Всё просачивается, и я скольжу губами к скулам и шее, обхватив её лицо своей пятерней. Сжимаю до боли, заставив вытянуть губы, жру их, присасываюсь, и еле себя контролирую. Потому что меня всего ебашит из стороны в сторону, как наркомана. Будто реально ломка по ней… По теплу… По любви. Мне оно необходимо, так сильно необходимо, но она не даёт. Словно нарочно. Знает ведь все рычаги. Все ниточки. Дёргает мной как чёртовой марионеткой. Телом отзывается специально, словно плетёт свою паутину, которая для меня служит ловушкой. С самого первого взгляда или вздоха в её адрес.
– Так же под ним скулила, да? Так?
– Прекрати… – вонзает ногти в мои плечи, но всё ещё дрожит и ёрзает задницей, чтобы спрыгнуть, пока я окончательно не слетаю с катушек, разрывая на ней трусы до треска. Заставив замереть и затараторить. – Ты пьяный, Ник… Ник… – сжимает меня, пытаясь отталкиваться.
– Сама хочешь. И не пизди мне тут.
Дёргаю за ширинку, стаскивая вниз джинсы вместе с трусами.
– Нет, не надо…
– Молчи, – силой хватаю её за задницу, двигая на себя и буквально сразу толкаю в неё член до шумного вздоха. От чего она так громко взвизгивает, сжав меня всеми четырьмя конечностями. Пульсирует, словно ей больно. А я такой бухой сейчас, что сообразить нихуя не могу. Только сгораю от эмоций, которые меня поглощают. Надо двигаться… Надо брать. И похуй мне на всё остальное…
Начинаю трахать её, пытаясь переключиться от того, что подозрительно ковыряет моё нутро… Она горячая, узкая. Чудовищно и невозможно. С трудом меня приняла. И ощущения такие, будто… Да ну нахуй… Я уже не могу думать о её ебле с другим. Это жестоко…
С ней всё равно приятно. Не грязно… С ней всё иначе. Я не знаю, что за собака меня укусила сейчас, но ощущение, что я излишне грубо всё это делаю… Хотя как вспомню её слова, мне становится насрать и хочется поглубже засадить ей так, чтобы она визжала во всё горло…
Подстаканник со щётками стучит. Сама тумба с раковиной тоже, кажется, вот-вот оторвётся. И за что тут отданы миллионы? Если даже поебаться нормально нельзя, так ведь? Нюхаю её, не переставая… И не хочу, чтобы это заканчивалось. Пиздец какой-то. Башка кружится, словно в центрифуге… Желудок сводит от спазмов…
Кишки и вовсе свернулись в узел, пока она еле слышно стонет, зажатая мной со всех сторон до предела.
Ну и задница… Ну и тактильные, мать их, ощущения… Сука!
Почему я ничего похожего ни с кем и никогда не испытывал…
– Как же я ненавижу тебя… И люблю… Я так тебя люблю, дура… – уткнувшись носом в её шею, усердно тереблю её клитор, чтобы кончила. Мне так оно сейчас надо… Мне, блядь, просто катастрофически нужно, чтобы она сжала меня и не отпускала. Везде и сразу… Чтобы она… Никогда от меня не уходила… – Ты нужна мне, как воздух… Дышать тобой… – на последнем моём толчке, вдыхаю запах розовых волос…
Судорога схватывает быстро… Я кончаю ей на бедро через несколько секунд после неё… Еле дышу, она тоже. В глаза мне не смотрит… Продолжает трястись, и я прихватываю её за подбородок, чтобы оказаться лицом к лицу.
– Жень…
Зелёные омуты ловят мои. Все заплаканные… Покрасневшие. С такой ненавистью смотрит, словно вдвойне стала меня презирать…
И я, ослепленный и оглушенный жестокостью этого взора, теряюсь на месте. Не знаю даже, что говорить.
Она слезает, поправляет платье, вытирает трусами всё, что я ей оставил, а потом швыряет их в урну, молча проходя мимо меня, будто так и надо.
– Женя… послушай…
Никак не реагирует. Уходит, оставляя меня одного… Стоять и тупить там, как барана… Потому что я чего-то недопонял… Или понял слишком поздно…
Она с ним не спала ведь… Не спала… Я это, блин, ощутил нутром. Членом, блядь… Ей было так же больно, как и в первый раз.
А теперь, сука, больно мне… Потому что я так сделал…
Потому что всё выглядело так, будто я её тупо поебать хотел…
Унизил вдобавок… Красавчик, Ник… Теперь она вообще тебя никогда не простит…
– А-а-а!!! Блядь! – ударяю рукой по створке шкафа. Диффузор падает с верхней полки, разбиваясь и наполняя комнату запахом разочарований и моей собственной тупости…
Тут же срываюсь с места и пулей спешу вниз, словно ужаленный. Проскакиваю мимо наших родаков и иду прямиком к тачке, мечтая уехать подальше отсюда и хотя бы временно продышаться. Протрезветь… Охладеть от этого жара и жжения в грудной клетке…
Я без неё не могу, неужели она этого не видит и не чувствует?
Что мне, блин, делать теперь, чтобы она поняла, как нужна мне…?
Сдохнуть?
Глава 13.
Евгения Хомова
Я плакала, не потому что мне было больно или страшно.
Я плакала, потому что всё было не так, как должно было. Как мне хотелось. И эти слова, что он меня любит… Ранили сильнее поцелуя, который он отдал другой. Я даже дышать на секунду перестала, когда ощутила его в себе. Запах… Вкус его хмельных губ… Их тепло. Манящую сладость… Колючую щетину… Ощущение принадлежности, которого мне так не хватало…
Страсть, похоть, зависимость…
Ненормальную тягу, преодоление которой порой кажется нереальной, словно кто-то создал его специально для меня. И мы притягиваемся друг к другу, как два объекта во вселенной… Мы… Не существуем вдали друг от друга.
Как всё это логически объяснить я не знаю. Потому что это не физика, это не химия и даже не астрономия, это что-то больше науки. Сильнее её… Что-то неизведанное. Что подводит под сомнения все законы мироздания. А ещё, к сожалению, все мои личные установки… Ведь я не просто ему отдалась. Я телом ощущала, что не могу противиться. Будто магия какая-то…
Думаю, он поймал мурашки на всём моём теле…
Я точно поймала…
Сейчас же ощущаю себя пустой… Будто меня до дна выпили, как банку газировки. Словно всё, что было внутри вдруг стало таким неважным. Только то, что произошло между нами наверху теперь имело смысл.
Спустилась вниз в другую ванную, умылась…
Прочувствовав, если не грязь, то отчаяние, скопившееся в груди. Это должно было случиться. Слишком долго назревало. Я ощущала между нами напряжение… Невыносимое. Необузданную энергетику… И вот во что она вылилась. Всё было закономерно.
Блин, как же я ощутила его своим. Именно своим. Лишь на секунду, но… Я этим чувством готова была подавиться. Насмерть. Будто сердце стучало в его ритме. Тело переняло температуру. Подстроилось и слилось воедино… Но боль так и не отпустила меня. Слишком хватко и сильно за меня взялась.