Чтение онлайн

— Не знаю. Наверное, слышал мои слова. И посчитал, что ты тоже будешь там счастлив.

— Джейн, да неважно ему счастлив ли я. Ему важно счастлива ли ты.

Она не отвечала и задумчиво смотрела все в ту же выбранную ими обоими точку.

— Я же знаю все эти слухи, которые ходят по деревне: будто ты влюблена в меня. Уверен — он тоже их слышал.

— Это всего лишь слухи. Мы же с тобой просто хорошие друзья, — она проникновенно посмотрела на Тристана.

— Я знаю, — он не солгал.

Он действительно это знал, но так здорово было надеяться. Чем больше он слышал о чувствах Джейн от людей вокруг, тем больше он сам начинал в это верить. Тристан верил, что в ее мире так обыденно любить таких как он. Восхищаться такими как он. Джейн самая необыкновенная девушка в мире и он действительно мечтал о том, что она может любить его как мужчину. Но теперь, когда она прямо сказала, что они всего лишь друзья, он понял, что итак всегда это знал. Его козлиные ноги все так же при нем, теперь у него в придачу ещё и козлиные руки. С сегодняшнего дня он станет совсем беспомощным и бесполезным для окружающих. Разве такой мужчина может быть привлекательным? Да и насколько он вообще похож на настоящего мужчину сидя в стенах серого дома, неприспособленный к жизни, застрявший в своих восемнадцати годах?

Тристан с тяжестью в сердце вздохнул:

— Это мы с тобой знаем. А он думает, что ты меня любишь и поэтому приказал нам отправиться в твой мир вдвоем. Он хотел, чтобы ты была счастлива. Посмотри на это все, — он махнул своими новыми копытами, показывая улицу вокруг, — повсюду ночь и ливень. Он хотел сделать тебя счастливой, а ты не приняла это. И он не понимает почему. Он зол, ведь просто не понимает почему. И, конечно же, зол на меня, что я посмел думать, что могу быть лучше него. Не следовало мне говорить это. Тем более, я вовсе так не думал, просто разозлил он меня своим “Остановись”, “Отойди от нее”. Еще и тыкву тебе под ноги кинул. Вообще дикость.

— Прости меня, — она наконец-то отвела взгляд от забора напротив и повернулась к нему. Лицо Джейн было влажным и Тристан так и не понял, от капель дождя или все же от слез. — Прости за эти копыта. — Она ласково посмотрела на его новые руки. — Я не могу злиться на Феликса за то, что он сделал с твоими руками, потому что это полностью моя вина. Я просто проигнорировала проход в свой мир, я не послушалась его приказов остановиться. Я даже ничего ему не объяснила, не поблагодарила и это справедливо, что он зол. Ты правильно, говоришь он зол на меня.

— Я тоже не могу на него злиться. Я сам не выполнил его приказа, — он действительно не испытывал негативных чувств к Феликсу.

Еще недавно Тристан мечтал о том, чтобы Феликс отправил его в мир Джейн вместе с ней. И сегодня король сделал это. Они сами отказались. И руки Тристана были заслуженным наказанием за его дерзкие слова. Он даже обрадовался таким рукам, кажется, на его безобразном теле им самое место. Теперь он выглядит совершеннее, чем с человеческими руками. Феликс не зря так сказал, это правда. Теперь он ещё больше похож на козла. Кто знает, может, все его существование действительно лишь ошибка природы? Может когда-то козлы примут его как своего и тогда он будет поистине счастлив? Тристан неумело вытер щёки. Как хорошо, что под дождем можно скрыть свои слезы.

— Ты ни в чем не виновата. Ты привязалась к этому месту и хотела со всеми попрощаться. Он слишком неожиданно предложил тебе вернуться домой. Ты просто растерялась.

На самом деле Тристан совершено не понимал, почему Джейн не зашла в туннель. И очень надеялся услышать от неё, верны ли его догадки.

Она качала головой и держала его руки в своих все время, пока он говорил. Но она так и не сказала, почему осталась в Айронвуде.

— Тристан, прости меня, за то, что у тебя теперь такие руки и за то, что ты так и не увидишь мой мир, хотя мог бы, если бы я только согласилась вернуться туда.

— Джейн я прожил тридцать лет с такими ногами, проживу столько же и с руками. Я пробыл в изоляции так много времени. В 18 собственная мать отвела меня сюда, потому что соседи были уже не в силах терпеть мое присутствие. Я всегда чувствовал себя лишним в этом мире. Но с твоим появлением я понял, что я такой же, как все, сколько бы копыт у меня не было. Я человек. Я достоин того, чтобы ходить где угодно. Я достоин посещать храм Матери Природы. И мне не нужно отправляться в твой мир, чтобы чувствовать себя особенным. Ты внушила мне это в моем собственном мире, который отказался от меня. Главное, что я сам больше не желаю от себя отказываться. И хоть мне порой кажется, что мое настоящее место среди стада козлов, я не теряю веры найти себя среди людей. И эти копыта на руках, — он посмотрел на свои кисти, — не помешают мне быть счастливым.

Он так хотел успокоить ее, что бы она не винила себя в случившемся. В душе он знал, что пока в этом мире будет такая прелестная девушка, он будет счастлив, сколько бы копыт у него ещё не прибавилось.

Джейн обняла его так крепко и трепетно.

— Я хочу, чтобы ты блистательно выступил на празднике прославления Отца. Твой танец будет самым лучшим из всех виденных в Айронвуде.

— Но не самым лучшим из виденных тобою в твоем мире?

— А вот ты мне и докажешь, что он будет лучшим во всех мирах.

Они улыбнулись друг другу и, поднявшись с мокрых ступеней, пошли в дом греться чаем и булочками. Тристан у самой двери обернулся и посмотрел напоследок на неунимающийся дождь. Такая редкая картина для Айронвуда, что созерцать ее было по-своему прекрасно. Услышав очередной раскат грома, Тристан подумал, что Джейн не просто что-то значит для Феликса, возможно, она вообще единственный человек, который что-либо значит в его жизни.

* * *

К счастью, плохая погода прекратилась уже на следующее утро. Со всей округи съезжались рабочие для подготовки к празднику прославления Отца. У складов кипела жизнь: телеги сновали туда и обратно, люди носили ящики с провиантом. Жители Великих Садов пребывали в приподнятом настроении и предвкушали предстоящий праздник. Джейн как никто другой видела все приготовления к торжеству, потому что постоянно ошивалась вокруг складов. Она не решалась прийти к Феликсу прямо в его комнату и надеялась встретить его будто бы случайно возле складов. Она хотела извиниться перед ним за то, что отказалась возвращаться домой. А вообще — она совершенно не знала, что хотела ему сказать. Она прокручивала в голове речь миллионы раз, но так ничего и не придумала. Порой ей хотелось выразить ему свой гнев за то, что он сотворил копыта на месте рук Тристана, а порой рыдать и просить прощения за то, что она отвергла его значимый поступок.

Все, что происходило между Джейн и Феликсом в Айронвуде, провело некую незримую нить, которая связала их. Эти ссоры, обиды, холод, и в то же время — благодарность и притяжение. Они почти ни разу толком и не разговаривали, а словно и так очень много поняли. Или, по крайней мере, Джейн поняла о нём, и хотела верить, что и он понял.

Она околачивалась вокруг складов, и когда Феликс выходил из какого-нибудь из них, ныряла в ближайший куст. Каждый раз, расцарапав руки о ветки и потеряв из вида короля, она обещала себе, что в следующий раз обязательно подойдёт к нему, но в следующий раз все повторялось.

Вдали за Великими Садами маячило ещё одно приготовление к празднику. Рабочие натягивали белое невесомое полотно на огромный шатер, украшенный золотыми узорами. Уже готовились к предстоящей свадьбе короля, и каждый раз, когда Джейн ненароком замечала отдельно стоящую площадку с рабочими, ее охватывала неведомая грусть. В тот день, когда оглашали невесту короля, Джейн подошла поздравить Кассандру, ее язык заплетался, она говорила что-то невнятное, будто забыла все слова на свете. Кассандра удивлённо смотрела на Джейн, видимо впервые слыша от нее несвязную речь. В конце концов, ей удалось договорить и умчаться прочь в свою комнату.