Чтение онлайн

Джейн послушно закивала Маркусу, а придя в комнату, разрыдалась на пару часов. Она весь вечер разговаривала с собой в тартуле, но беседы со своим отражением привели лишь к новым слезам.

На следующий день, снова смотря на неунывающий ливень, она решила зайти к Маркусу. Их последние встречи вовсе не были позитивными, но она ценила то, как он ее защищал. Ценила его любовь. Ей хотелось просто побыть пару минут с тем, кому она просто небезразлична в этом чужом мире. В Айронвуде не принято было приходить в личные комнаты без приглашения, исключение составляла лишь комната короля, которая служила одновременно и приемной. Но Джейн итак нарушила в этом мире слишком много правил, чтобы беспокоиться о таком незначительном.

Когда она зашла, Маркус вырезал что-то из камня. Он даже не обернулся: в Айронвуде служанки сновали туда-сюда и многие вельможи и дамы уже не обращали на них внимания.

— Маркус, добрый день, — поздоровалась Джейн.

Он удивлённо оторвался от своей работы:

— Здравствуй, леди Джейн. Не ожидал увидеть тебя здесь.

— Я знаю во дворце не принято ходить по личным комнатам, но погода не благоволит уличным встречам. Тем более в моем мире, когда хотят кого-то увидеть просто приходят к нему. И вот — я в твоей спальне, — она тут же подумала, что все это звучало как-то двусмысленно. — Что ты делаешь?

— Создаю скульптуру.

Джейн подошла ближе. В руках парня лежал небольшой камень.

— Что это будет?

— Букет сирени.

Джейн на миг замерла, но вовремя взяла себя в руки.

— Ты так вдохновился моей песней? Эта песня была не для короля, — она сама не знала почему соврала. Может она не хотела обижать Маркуса, а может просто не хотела, чтобы кто-либо вообще знал правду.

— Я знаю, что не для него, — на его лице промелькнула такая знакомая лучезарная улыбка. — Ведь на празднике не было части, где можно исполнить песню для кого-то другого, а ты же у нас бунтарь, спела тогда, когда захотела. Поэтому я и вырезаю эту сирень. Слова песни были такими необычными.

Джейн поразилась самоуверенности парня. Даже Феликс считал, что Джейн влюблена в Тристана, а Маркус после их последнего прохладного разговора решил, что она поет ему любовную песню.

— Ты ведь говорил, что мрамор тяжело достать. Где же ты его взял?

Он усмехнулся.

— Феликс уехал, а я просто пришёл на склад и нашел небольшой кусок. Пока короля нет, Верховный Совет распоряжается запасами. И я распорядился мрамором наилучшим образом.

— Так король все-таки просто уехал? Люди в деревне думают, что он исчез навсегда.

— Поменьше бы ты бывала в деревне, тем более в такую погоду. Простолюдины не хотят с тобой разговаривать, а ты по-прежнему слушаешь их разговоры. — "Снова эта скользкая тема". — Их не посвящают в дела королевства. Да, Феликс просто уехал, он сам сказал об этом Эпсу Фендерсону.

— Но что означает этот неутомимый дождь?

Маркус небрежно отмахнулся.

— Подумаешь, на кого-то или на что-то разозлился.

— Слышала — не часто он у вас злился.

— Ещё ни разу больше трёх дней ливень не шел, сегодня третий и будь уверена, он будет последним, завтра уже будет отличная погода.

Джейн не уставала восхищаться его уверенностью и позитивом. Казалось, этот молодой человек, даже не пропускает к себе в голову тревожные мысли.

Джейн, слегка нагнувшись, дотронулась до незаконченного творение Маркуса:

— Уверена — у тебя получиться очень красивая скульптура.

— Да, она будет стоять на самом видном месте во время нашей свадьбы.

Джейн почувствовала себя неловко. Раньше ей казалось, что, останься она в Айронвуде навсегда, Маркус мог бы быть отличной партией для нее, но сейчас она поняла, что это невозможно. Нет, это невозможно. Желая скрыть неловкость, она просто весело рассмеялась.

— Я, пожалуй, не буду тебя отвлекать, тем более, я давно не была на вышиваниях с дамами.

— Конечно, сходи. Хорошо вам провести время.

Он сказал это так беззаботно, что Джейн даже испугалась. Будто они уже много лет женаты. Уходя, она бросила на него последний взгляд: Маркус действительно являлся очень приятным человеком, красивым мужчиной и, что немаловажно, имел высокое положение в обществе, но все мысли Джейн были лишь о том, где сейчас Феликс. Какая дуреха. Она такая же, как все барышни. Точно такая же.

Джейн действительно давно не была на вышиваниях. Она прекрасно осознавала: Кассандра предельно точно поняла, что песня адресовалась именно Феликсу. И никакие другие аргументы не убедят ее в обратном. Женщины чувствуют такие вещи.

Джейн толкнула двери и вошла. Дамы все как одна подняли головы, застыв в одинаковом положении. Девушка поздоровалась и села на свободное место.

— Надо же, леди Джейн порадовала нас своим визитом.

По язвительному тону Кассандры, Джейн сразу поняла, что не ошибалась. Та действительно прекрасно поняла, кому адресовалась песня. Джейн ничего ей не ответила. Девушки приступили к вышиваниям. За весь час посиделок, леди обсуждали, как обычно разные девчачьи мелочи, но о короле, либо о его отъезде никто так и не заикнулся. Видимо эта тема за прошедшие три дня была перемолота “от” и “до”. Хотя раньше исчерпанность темы не являлась проблемой для этих болтух. Зато все нарочито долго говорили о гадком танце Тристана, о его ужасных руках с копытами. Будто, все эти разговоры целенаправленно были адресованы Джейн. Не так давно, все девушки дворца восхищались её экзотическими чувствами к Тристану, а теперь изливались желчью под злобный блеск в глазах Кассандры. Джейн и сама не понимала, почему не уходит и слушает все это. Уходить было просто некуда. Маркус говорил об их свадьбе, и она не знала, что ему ответить. До серого дома было просто невозможно добраться, а в деревне с ней по-прежнему почти никто не общался. А Феликс… Просто уехал… Только бы закончился этот ливень, чтобы она могла прийти к Тристану, Шону, Лане, Таяне, ко всем “людям зеленой воды”.

— Леди Джейн, давайте сходим за красными нитками, — обратилась к ней Кассандра.

Довольно забавно звучало предложение вместе сходить за нитками. Джейн прекрасно понимала, что невеста короля хочет лишь отвести ее в сторону для личного разговора. Какой предлог! Могла бы просто предложить поговорить.

— У меня в картинке нет красного цвета, мне не нужны такие нитки.

Джейн решила притвориться дурочкой. Ей совсем не хотелось разговаривать с Кассандрой наедине. Джейн всегда презирала женщин, которые уводят чьих-то мужей/женихов либо просто спят с ними. И каким-то образом она стала этой женщиной. Как же ужасно!

— Леди Джейн, в моей картинке есть красный, можете взять повышивать мою.

Все девушки оторвались от своих творений и заинтересовано слушали диалог Джейн и Кассандры.

— С чего мне вышивать вашу картинку?

— Ну, вы же легко можете взять мое, почему бы и не на этот раз.

— Пожалуй, сходим вместе за нитками, — поспешно сказала Джейн.

Дамы поднялись со своих мест и вместе подошли к сундукам с мулине. Кассандра гневно смотрела на Джейн.

— После выступления он ушел в одну из беседок у озера, там была и ты. Я видела. А потом вы исчезли. Он умеет переноситься куда угодно, — её голос слегка дрожал. — Где вы были. И что там делали?

Джейн ничего не ответила.

— Отвечай, — в глазах Кассандры стояли слезы, — отвечай или я поспособствую тому, чтобы тебя не только отправили в самую дальнюю деревню Айронвуда, но и запретили когда бы то ни было посещать Великие Сады.

— Он перенес нас в пещеры в скале, чтобы показать сенеял. И всё.

Это была не вся правда, но, кажется, Кассандру эта часть расстроила сильнее, чем, если бы Джейн призналась ей о сексе.

— Хотел показать сенеял… С какой это стати?

— Я не знаю.