Чтение онлайн

Я ожидал встретить опасность за границей… но не магию.

Райан бормочет:

– Просто подожди, пока я расскажу…

– Тихо.
– Я прерываю его, мотнув головой в сторону долины, и напрягаю слух. Не более чем в полумиле от нас я слышу людей. Уверенный стук молотка. Грохот металла. Кто-то играет на лютне.

Мое сердце подпрыгивает в горло, и я хватаю Райана за плечо, жестом показывая ему молчать и следовать за мной. Мы обходим обрыв и пробираемся через небольшую рощу деревьев, обдуваемых ветром, пока не выходим к выступу, обращенному к восточной долине.

Я нюхаю воздух, улавливая запах жарящегося мяса и костров. Также чувствуется запах человеческого и животного пота. К небу поднимаются клубы дыма.

Деревня? Застава?

– Идем. Нам нужно посмотреть поближе, - говорю я.

Пробираясь сквозь густую листву, мы идем около часа, пока не достигаем очередного выступа - на этот раз достаточно близко, чтобы даже Райан увидел, что всю долину занимает военный лагерь. По обеим сторонам ручья возвышаются сотни брезентовых палаток. Лагерь разделен на четыре части, каждая из которых отличается цветом палаток и эмблемой.

К северу от ручья стоят палатки ярко-оранжевого цвета с символом стрелы - я полагаю, это подразделение лучников. Чуть восточнее - палатки цвета индиго с рисунком в виде звездочек. К югу от ручья - красные палатки с символом топора. Последнее палатки - коричневые, с изображением оленя. Судя по запаху полированной кожи, это, должно быть, кавалерия.

Судя по запахам и веселой музыке, сейчас время ужина. Солдаты в доспехах снуют вокруг, Я слышу их голоса, они смеются, болтают и спорят, но я не понимаю ни слова - они говорят на волканском.

Мой пульс так громко стучит в ушах, что мне трудно что-либо расслышать. Но ясно одно - это не просто деревня.

Это целая гребаная армия всего в миле от пограничной стены.

Райан высовывает язык, чтобы облизать губы, его глаза горят.

– Здесь, наверное, тысяча солдат?

– Больше.
– Я молча произвожу расчеты.
– Четыре части, тридцать пять палаток на лагерь, примерно по десять солдат на палатку. Итого, скажем, тысяча четыреста солдат. Не считая офицеров в центральных палатках. Кроме того, где-то должны быть лошади, которых мы не видим, а значит, может быть еще больше солдат.

Райан бормочет проклятие.

Воздух кажется напряженным, живым. Ветерок приносит запах джина, стук оловянных тарелок, восклицания во время чьей-то игры в кости. Какими бы невинными ни были эти звуки, я слишком хорошо понимаю, что перед нами огромная угроза.

– Это эмблемы на палатках?
– спрашивает Райан, напрягая зрение.

– Красные - это топоры. Фиолетовые - звездочки. Оранжевые - стрелы. Коричневые - олени.

– Эмблемы Бессмертных. Его рука тянется к волосам, поправляя локон, словно если он вернет его на место, то обретет контроль.
– Но ни один из них не является символом Айюры, чью статую мы видели.

– Я не думаю, что их армейские подразделения имеют какое-то отношение к той старой статуе. Думаю, у их легионов есть боги-покровители. У кавалерии - Солена, у лучников - Артейн, у пехоты - Вэйл.

– А звезда - Фрасия?

Я снова фокусируюсь на палатках цвета индиго, где даже мое исключительное зрение не может разглядеть лица отдельных людей, но воздух там кажется другим, тот же треск, который я почувствовал, когда мы пересекли границу.
– Фрасия - покровительница магов. Так что я бы поставил на то, что это часть поцелованных богами.

Райан крепко сжимает мое предплечье, пальцы неосознанно впиваются в еще не затянувшуюся рану от моего падения с горы.

– Целая армия магов? Четырнадцать сотен воинов? Вульф, в армии Старого Короса в лучшем случае есть дюжина воинов, поцелованных богами. И это только один лагерь в сотнях миль от волканской столицы. По всему королевству могут быть еще тысячи солдат.

Мой кулак сжимается, отчасти от боли в руке.

Он продолжает:

– Это намного больше, чем все думают. Их армия… их магия… Старый король Йоруун не имеет ни малейшего представления о том, с чем он столкнется, это я могу тебе обещать.

Я опускаюсь на пятки, чувствуя, что немею.

– Думаю, никто не знал.

Через секунду он тихо говорит:

– Это неправда. Ты знал. Ты воспринял эти слухи о золотых когтях всерьез. Ты хотел провести расследование - я должен был тебя послушать.

Я вздрагиваю, выходя из ступора. В его словах звучит странное, горькое признание - оправдывающее все эти бессонные ночи, бесконечные поиски, часы, проведенные над картами.

Однако сейчас все кажется пустым.

Я не хотел быть правым. Я никогда не собирался быть тем, кто прислушается к безмолвным предупреждениям у границы. Всю свою жизнь я был одиноким волком, предпочитавшим покой леса, а теперь оказался в самом эпицентре бури, которую не могу игнорировать.

– Нам нужно вернуться в Дюрен.
– Я затягиваю шнурки на своих ботинках.
– Сменим лошадей на свежих и поедем прямо в Старый Корос, чтобы поговорить с королем. Скажешь ему, чтобы он прислал сюда своих лучших шпионов…

– Шпионов?
– Райан сплевывает.
– К черту. Мы здесь. Сейчас. Кто может быть лучшим шпионом, чем мы?

Я ругаюсь, когда он выхватывает меч и начинает спускаться по склону горы в сторону лагеря. Меня убивает мысль о том, что он может быть прав - и что у этого изнеженного, рожденного третьим сына, может быть больше яиц, чем у меня.

– Подожди, боги, черт возьми!

Он уже на подступах к палаткам магов, когда я догоняю его и шиплю, что нам следует быть осторожнее. Он лишь нюхает воздух, морщится от запаха человеческих испражнений и пробирается к участку кустов, отведенному под уборную и место для мытья. Там, на ветках, висят несколько плащей и шлемов. Он подбирает пару и бросает мне шлем.

– Мы серьезно это делаем?
– спрашиваю я.

Он подмигивает.

Мое сердце колотится, когда переодетый Райан ныряет в ряд палаток цвета индиго с уверенностью, которая принесла ему прозвище Лорда Лжецов. Воздух наполнен этим странным потрескиванием. Мы проходим мимо палаток, в которых сильно пахнет щавелем и огуречником, и внутри я вижу целителей, склонившихся над перевязанными солдатами, их мундиры распахнуты у шеи, демонстрируя их поцелованные богом родимые пятна.

В конце ряда палаток Райан резко оборачивается. Все происходит как в тумане; все эти новые виды и запахи переполняют мои чувства. Голос в моей голове напоминает мне, что если нас поймают, то убьют.

Черт, да я и сам могу убить Райана за его безрассудство.

Я вглядываюсь в происходящее через прорези шлема. Мы проходим мимо поцелованной богом женщины, которая вытягивает влагу из воздуха, чтобы наполнить ею бочки, в которые солдаты опускают свои оловянные кружки. Поцелованный богом кузнец сгибает металлические прутья своими кулаками. За некоторым исключением, у большинства солдат белокурые волосы и светлые глаза, характерные для волканцев. Невольно задумываюсь, как органично вписалась бы Сабина в их ряды со своим цветом волос и кожи.