Чтение онлайн

– Вот так все после того, как я вернулась. Горожане считают меня страдалицей и чудачкой, сплетничают обо мне.

– Что они знают о твоем путешествии?

– Только что я вышла замуж за советника императора, который умер в брачную ночь.

– Ты не объясняла никому? – Чэнь Юн склонился к ней, она заглянула в его глаза.

– Часть рассказала маме с папой. А кому еще я расскажу? Никто не поймет и не поверит?

– Плохо дело, - сказал Чэнь Юн.

Аи Линг вела его по едва заметной тропе среди пожелтевшей травы, что доставала до колен.

– Все в порядке, - сказала она и поняла, как коротко это прозвучало. Она выдохнула и развернулась. Чэнь Юн чуть не сбил ее. – Они приветствуют меня поклонами. Старушки и были добрыми. А их дочери, что еще не вышли замуж, пытаются подружиться со мной, но… - Аи Линг покачала головой, коса ударила по спине, - но мне неинтересно.

Трава шелестела на ветру, по ней ходили волны, пало сожженными рисовыми полями. Чэнь Юн разглядывал ее, она почти покраснела. В этот раз она посмотрела ему в глаза.

– Почему? – спросил он.

Аи Линг разглядывала поля и пыльную дорогу, что уводила от дома. Как объяснить, что она должна побыть одна? Чтобы осознать все, что произошло в пути.

– Как объяснить им, что мне приятнее касаться чешуи дракона, чем вышивать?

Она увидела в глазах Чэнь Юна понимание.

– Они говорят о помолвке, свадебных нарядах и рецептах. Их жизни совсем другие.

– Ты не хочешь снова замуж? – спросил Чэнь Юн.

В этот раз она покраснела.

– Кому нужна невеста с такой репутацией? – Аи Линг отвернулась и пошла дальше. – А ты? Помолку еще не назначили?

Молчание затянулось.

– Слишком рано после смерти Ли Рона.

Она выдохнула.

Трава сменилась тонкими деревцами, что серебрились в утреннем свете. Она взглянула на небо. Чэнь Юн тоже так сделал. Небо было темно-синим, она вспоминала полет на колеснице. И эти воспоминания заставили сердце биться чаще.

Аи Линг повернулась к Чэнь Юну и, увидев его улыбку, поняла, что улыбается сама. Они шли мимо деревьев, пока не попали на лужайку с покрытыми мхом камнями. Посреди полянки стояла каменная статуя до пояса высотой, словно древний правитель иного мира.

– Что это? – Чэнь Юн кивнул в сторону статуи.

– Не знаю. Я нашла его во время прогулок, - она приблизилась к статуе, время сгладило ее черты, покрыло коричневым и зеленым налетом. Она коснулась пальцами круглой головы, полосы на которой отмечали волосы. Она обвела пальцами мочки и широкий нос.

– Это мой друг. Я часто прихожу сюда. Это мое убежище.

– Ты часто выходишь из города? – спросил он.

Аи Линг поджала губы.

– Я могу о себе позаботиться.

– А твоя…? – он коснулся мха на статуе.

Аи Линг упала на колени и вытащила из сумки чашу и золотые и серебряные монеты.

– Способность стала сильнее после случившегося с…

Он не решилась назвать имя Чжуна Йе.

– Я держу дух при себе, но мысли читать стало намного проще.

Чэнь Юн сел рядом с ней, они заполнили медную чашу монетами для Ли Рона в загробном мире. Он поднес зажигалку, и особые монеты вспыхнули. Они сидели на коленях и смотрели на огонь.

– Он мне снился, - тихо сказал Чэнь Юн.

Глаза Аи Линг расширились. Он сосредоточенно бросал монеты в огонь.

– Мне тоже. Один раз.

– С ним было все в порядке?

Она кивнула.

– Он был собой – смеялся, махал руками.

– Мама винит меня в его смерти. Я тоже.

Она коснулась его плеча.

– Он пошел туда из-за меня. Если кто и виноват, то это я.

– Умереть должен был я.

Аи Линг склонилась ближе, не веря.

– Не понимаешь? Я был перед монстром, когда когти полетели вниз. Если бы он не поменял нас… - Чэнь Юн ударил кулаком по земле.

– Не думай так. Ли Рон не хотел бы, чтобы ты винил себя, - она смотрела на огонь. – Он в лучшем мире, - сказала она после паузы.

Чэнь Юн выдавил улыбку. Он бросил последние монеты в чашу и отодвинулся, выпрямив спину.

– Я уеду через пару месяцев, уплыву в Цзян Дао, - сказал он.

Аи Линг уставилась на него.

– Почему? – прошептала она.

– Отец. Я должен найти его. Я должен узнать, жив ли он.

Он стоял смирно, как статуя, словно собирался жертвовать собой.

– Ты даже не знаешь язык. Они тебя не примут. Ты ксианец, - она говорила грубее, чем хотела. Но та страна была за бурными морями. Нет. Только не это.