Серебряный феникс
Шрифт:
– Все королевство в огромном долгу перед вашей дочерью, друг. Чжун Йе портил жизнь многим поколениям, его нельзя было уничтожить. А те, кто пытались, были казнены… или убиты, - советник упал на колени и поклонился Аи Линг. Она склонилась к нему и коснулась его плеча.
– Прошу, сэр, встаньте. Я сделала то, что должна была.
Господин Цао встал.
– Ты сделала намного большее. Мы всегда готовы тебе помочь, госпожа Вэнь.
Не зная, что сказать, Аи Линг поклонилась и прошла к карете, что стояла за воротами. Она села в нее. Пока она ждала отца, подъехала другая карета, и она все поняла. Чэнь Юн поедет к себе домой.
Он приблизился к карете, словно услышав мысли Аи Линг.
– Даже странно прощаться.
– Ты возвращаешься домой? – она смотрела на ладони, пытаясь говорить ровным голосом. – Почему бы не остаться у нас на ночь? Это по пути.
Чэнь Юн покачал головой, солнце светило в спину юноши. Темные тени очертили его лицо, выделив его скулы. Он похудел за время путешествия. И худоба сделала черты его лица острыми.
– Я должен рассказать семье о Ли Роне, - тихо и хрипло сказал он.
Ли Рон.
– Мне так жаль, - сказала она. Слова вызвали слезы, которые она пыталась сдержать, и она подняла голову. – Мы еще увидимся?
Она схватилась за край окна кареты, чтобы не тянуться к его руке.
Он шагнул ближе.
– Да.
Она хотела верить ему. Чэнь Юн отошел от кареты, отец взобрался внутрь, и Аи Линг отклонилась на спинку кресла. Он всегда держит обещания, так она успокаивала себя.
Глава девятнадцатая:
Прошли дни, они не останавливались, и, наконец, Аи Линг и ее отец прошли врата их родного городка. В глазах отца стояли слезы, он крепко обнял маму. А та потом обняла Аи Линг.
– Я так рада, что вы вернулись.
Аи Линг наслаждалась объятиями. Мама всегда казалась Аи Линг сильной, но сейчас была хрупкой.
Она провела их в холл.
– Я безумно беспокоилась о тебе. Ты такая же сорвиголова, как и твой отец в молодости.
Отец громко рассмеялся и словно помолодел. Ее мама улыбнулась, склонившись к нему.
– Я не могла выйти за господина Хуана, мама. И не могла заставить тебя выбирать. Я знала, что ты меня не отпустишь.
Смех отца прервался.
– Аи Линг сказала, что он угрожал тебе.
– Да. Он хотел сделать Аи Линг своей четвертой женой и простить за это долг, - сказала мама. Отец ударил кулаком по раскрытой ладони, покраснев от злости.
– Это ложь.
Мама кивнула.
– Мы знали. Но никак не могли противостоять ему. Он принес бумагу с твоей печатью, - она погладила щеку Аи Линг, пальцы были шершавыми. – Я беспокоилась, но знала тебя. Я вас не подвела.
Аи Линг обхватила ее руку и поцеловала.
– Прости, мама.
– Не стоит. Ты вернула отца. И господин Хуан меня не трогал. Он умер, после того как ты ушла, - она понизила голос. – Говорили, что его убили.
Ищущая жизнь. Аи Линг вспомнила песню женщины в ресторане, когда она только ушла из дома. Она понимала, что должна чувствовать печаль, но этого не было.
Они сели, и А Цзяо принесла поднос с чашками чая. Аи Линг удивленно вскрикнула и обняла служанку. Мама рассмеялась.
– Она вернулась, когда узнала, что ты ушла.
– Тебе будет отплачено втройне за верность, А Цзяо, - сказал отец Аи Линг.
Служанка покраснела, заломив руки.
– Хорошо, что вы вернулись.
Аи Линг вскрикнула, когда что-то серое вбежало в комнату, касаясь ее лодыжки.
– Таро! – она обхватила урчащего кота, усадила на колени, и сердце сжималось от радости. Она не верила, что вернулась домой.
Прошло пять долгих недель, и Аи Линг получила письмо от Чэнь Юна. Она не писала первой, не зная, что сказать, боясь того, что хотела сказать. Семья Ли была в трауре из-за гибели Ли Рона, но он собирался посетить ее. Отец пообещал рассказать Чэнь Юну историю его рождения. Аи Линг спросила об этом отца. Но он сказал, что она все узнает вместе с Чэнь Юном.
Аи Линг читала письмо каждый день, пока не выучила слова, изгибы иероглифов, а пергамент растрепался по краям от постоянного разворачивания и сворачивания.
В назначенный день Чэнь Юн прибыл в поместье Вэнь поздним утром. Аи Линг подбежала к двери раньше слуг, резко остановившись и усмирив дыхание. Она расправила зеленую тунику, расшитую лепестками вишни, а потом открыла дверь.
Чэнь Юн стоял, спрятав руки за спину. Он был красивой темно-синей тунике с серебряной вышивкой и подходящих штанах. Его лицо было гладко выбритым, янтарные глаза сияли. Он словно стал выше, закрыв собой дверной проем.
Он улыбнулся и стал младше, и Аи Линг подавила желание обнять его. Вместо этого она протянула руку, и он обхватил ее ладонь теплой рукой.
– Как доехал? – спросила она, голос дрожал, и она прочистила горло.