Чтение онлайн

Борман ненадолго вернулся в свое убежище в австрийских Альпах – вернулся более стройным, подтянутым и бедным, чем был долгие годы до этого. Хотя многие и считали его погибшим, в октябре 1946 года на Международном военном трибунале в Нюрнберге его заочно осудили и приговорили к смертной казни. В конце 1947 года британской армии удалось взломать шифр секретного радиоканала, среди ранее перехваченных сообщений которого оказались две шифровки (перехвачены в мае 1947 года и расшифрованы позднее), в которых имя Бормана прозвучало дважды; в ФБР отнеслись к этой информации очень серьезно [614] (см. документ на следующей странице). 16 августа 1947 г. проводник провел Бормана и его телохранителей по тайному маршруту [615] через Альпы на базу, располагавшуюся к северу от итальянского города Удине. В декабре Борман был готов отправиться дальше, однако этого не удалось сделать незаметно. Капитан Ян Белл, [616] следователь по военным преступлениям Службы генерального прокурора армии Великобритании, работавший в Италии, получил сведения о пребывании Бормана в стране. Белл, который уже поймал целый ряд итальянских военных преступников, санкционировал полеты самолета-наблюдателя над тем районом, где, как ему сообщили, должны были собраться Борман и около двухсот человек его охраны. Два дня спустя он отдал приказ о воздушной атаке: с американского самолета была сброшена бомба, нескольким эсэсовцам удалось уйти от взрыва, однако они были арестованы и на допросе признали, что сопровождали Мартина Бормана. Они рассказали британцам, что Борман собирался покинуть страну, и подробно описали план побега и его маршрут.

Доклад директору ФБР Гуверу от 15 мая 1948 г. о послевоенном нацистском канале радиосвязи, по которому в 1947 году дважды проходили сообщения с упоминанием имени Бормана.

Белл с двумя сержантами устроил засаду в том месте, где, как сообщалось, должен был появиться Борман, оставив джип на подъездах к месту. Спустя короткое время они заметили на дороге колонну машин: большой черный легковой автомобиль и два грузовика с прицепами. Капитан Белл подсчитал, что там находилось 16 человек: по шесть в каждом грузовике и еще трое в легковой машине с Борманом; капитан и два легко вооруженных сержанта не смогли бы одолеть такое количество противников. Они следовали за конвоем до тех пор, пока Белл не добрался до телефона в придорожной гостинице, чтобы связаться со штабом. Каково же было его изумление, когда командир сказал ему: «Следите, но не пытайтесь арестовать, повторяю: не пытайтесь арестовать». В следующие два дня английский офицер проделал за своей добычей путь в более чем тысячу километров.

Колонна автомобилей Бормана проезжала полицейские и военные блокпосты без каких-либо препятствий и, наконец, ранним декабрьским утром 1947 года выехали к докам итальянского порта Бари. Из укрытия Белл со своими людьми наблюдал, как автомобили переносили кранами на палубу грузового судна и как Мартин Борман поднимался на борт по трапу. Как только была погружена последняя машина, корабль отшвартовался от пристани и ушел в море. Когда в то же утро Белл выяснил у администрации порта пункт назначения этого судна, оказалось, что оно шло в Аргентину.

В 1999 году на британское телевидение показывало документальный фильм с участием Белла, где он говорил, что «очень сильно сожалеет» о том, что не арестовал Бормана:

Белла спросили, как же можно было позволить Борману уйти, и кто, по его мнению, отвечал за это. Он ответил:

17 мая 1948 г. Мартин Борман прибыл в Буэнос-Айрес на корабле «Giovanna C» [617] из Генуи. Хотя нет прямых данных о том, когда и где Борман пересел с одного судна на другое, «Giovanna C» почти наверняка не была тем кораблем, на который Борман вместе с автомобилями отправился из Бари.

На нем было одеяние священника-иезуита, и он въехал в страну по ватиканскому паспорту на имя преподобного Хуана Гомеса. Спустя несколько недель он был зарегистрирован в Апостольской нунциатуре в Буэнос-Айресе как лицо без гражданства и получил удостоверение личности № 073909. Желанную «голубую печать», дающую право на постоянное проживание в Аргентине, в этот документ поставили 12 октября 1948 г. В очередной раз поменяв псевдоним, Мартин Борман с жестокой иронией назвался теперь еврейским именем Элиэзер Гольдштейн. [618]

Борман встретился с семьей Перонов в Буэнос-Айресе вскоре после своего прибытия в Аргентину. Последний этап переговоров о нацистских сокровищах оказался долгим и горячим. Из документов, опубликованных в 1955 году после падения Перона, и позднее, в 1970 году, следует, что Пероны передали Борману обещанные 25 процентов от присвоенных ценностей. Это богатство – помимо не тронутых Пероном инвестиций, которые Людвиг Фройде шаг за шагом осуществлял от лица своего шефа – впечатляет:

187 692 400 рейхсмарок золотом;

17 576 386 долларов США;

4 362 500 фунтов стерлингов;

24 976 442 швейцарских франков;

8 370 000 голландских флоринов;

54 968 000 французских франков;

87 кг платины;

2,77 тонны золота;

4 638 карат бриллиантов и других драгоценных камней.

Даже четверть этих сокровищ, причитавшаяся Борману, была огромным состоянием. Вместе с инвестициями в более чем триста компаний во всех отраслях экономики стран Латинской Америки – в банковской сфере, промышленности и сельском хозяйстве (одна только корпорация Lahusen получила 80 млн песо) – эти деньги стали «важным фактором в экономической жизни Южной Америки». [619]

Несколько позже в том же 1948 году моряк Генрих Бете стал свидетелем момента, когда Борман вновь встретился со своим фюрером [620] на эстансии «Иналько». Бывший рейхсляйтер прибыл в костюме священника, на этот раз под именем «отец Августин». На ранчо он пробыл немногим больше недели. В последний день визита у Бормана с Гитлером состоялась беседа с глазу на глаз, длившаяся почти три часа, после чего Борман покинул Центр.

Когда в 1948 году Борман появился в Аргентине, мир сильно изменился с тех пор, как агенты Третьего рейха впервые вовлекли полковника Перона в операцию «Огненная Земля». Время свастик и дерзких демонстраций давно минуло; Борман, оставаясь неизменным реалистом, понимал это и был намерен (после того как свел некоторые счеты) сохранить в своих руках контроль над большей частью оставшихся награбленных ценностей. Он стал частым гостем в Центре, но, уверенный в купленной у Перонов собственной полной безопасности, большую часть времени проводил в Буэнос-Айресе, где занимался делами «Организации» и строил планы будущего финансового благополучия.

Двумя наиболее значимыми фигурами в попытках соблазнить Аргентину нацистскими идеями были миллионеры из Ла-Фальды Вальтер и Ида Эйкхорны, владевшие гостиничным бизнесом. Как минимум с 1925 года они поддерживали НСДАП и были дружны с Гитлером, и в 1949 году Гитлер (без Евы) навестил их в Ла-Фальде.

Впервые Эйкхорны попали в поле зрения директора ФБР Эдгара Гувера в сентябре 1945 года, когда их имена появились в документе, присланном с курьером из посольства США в Лондоне. После изложения всего, что говорилось о связях Эйкхорнов с Гитлером, в этом документе передавались слова самой Иды: «Если фюрер когда-нибудь будет испытывать затруднения, он всегда найдет надежное убежище в Ла-Фальда, где уже сделаны все необходимые приготовления». [621] Спустя несколько недель Гувер написал в американское посольство в Буэнос-Айресе, обрисовав его сотрудникам ситуацию (см. оба документа ниже).

Отношения между Идой и ее «кузеном», как она всегда называла Гитлера, уходят корнями в прошлое гораздо дальше 1944 года, хотя относительно конкретной даты вступления Эйкхорнов в нацистскую партию среди историков нет единого мнения. 11 мая 1935 г. Вальтер и Ида были награждены «почетными версиями» Золотого партийного знака НСДАП; [622] из 905 таких значков лишь около 20 были вручены людям, не имевшим гражданства Третьего рейха. 15 мая фюрер лично отправил им поздравительное письмо, что было редким дополнением к самой награде. В письме, где Гитлер благодарил Вальтера Эйкхорна за оказанные услуги, были слова «с тех пор, как в 1924 году вы с женой присоединились», [623] которые, возможно, свидетельствуют о том, что Эйкхорны вступили в партию одними из первых. Кроме того, когда они впервые посетили Гитлера [624] в его квартире в 1925 году, когда впервые была опубликована книга Гитлера «Майн кампф», автор лично вручил им экземпляр этой книги под номером 110 из ограниченного тиража в 500 штук.