Чтение онлайн

30 октября 1942 года, за неделю до прибытия Аллена Даллеса в Берн, у побережья Египта была подбита немецкая подводная лодка U-559 (капитан-лейтенант Ганс Хайдтман); ее экипаж под дулами эсминца ВМС Великобритании Petard покинул судно. Британский офицер и два матроса, рискуя жизнями, добрались до подлодки вплавь, чтобы пробраться внутрь. Двое из них погибли, когда лодка пошла ко дну, однако 16-летний официант корабельной столовой по имени Томми Браун уцелел и добыл весьма важные бумаги – инструкции по эксплуатации новейшей 4-роторной модели шифровальной машины «Энигма». [53] Благодаря мужеству этих людей криптоаналитики и дешифровальщики из Блетчли-Парк получили ключ к разгадке кодов «Акулы» и 13 декабря 1943 г. взломали коды, не поддававшиеся им с февраля. Дешифровка не сразу пошла успешно: в первые месяцы они могли лишь с длительной задержкой декодировать сигналы немецких подлодок, но к сентябрю 1943 года разведывательная информация с кодом «Ультра» пошла с прежней скоростью. Сначала британцы не желали делиться столь ценной информацией с американскими коллегами из УСС, однако позже их сотрудничество привело к созданию целой организации по радиоперехвату и электронной разведке, которая стала одним из крупнейших совместных англо-американских достижений времен Второй мировой войны.

В письме к своей матери Аллен Даллес однажды написал: «Берн – это центр дипломатии и шпионажа… Я теперь на короткой ноге с иностранным сбродом всех мастей – чехами, югославами, албанцами, черногорцами, украинцами… Шансов сделать здесь что-либо не больше, чем на фронте перестрелять поодиночке целый полк солдат (sic!)». [54] Это письмо датируется Рождеством 1917 года, когда Даллесу было 24 года. Спустя четверть века он снова окажется в Берне на Рождество и займется налаживанием отношений с «иностранным сбродом всех мастей».

Он прибыл в Швейцарию как раз вовремя. 11 ноября 1942 г. немцы отомстили французам за вялое сопротивление высадке Союзников в Северной Африке, оккупировав оставшуюся часть Франции, прежде находившуюся под управлением правительства Виши под руководством маршала Петена. После этого французская граница на всем протяжении оказалась на замке. Швейцария теперь была беззащитным островком, окруженным нацистской Германией и фашистской Италией, и это делало сообщение с Лондоном и Вашингтоном крайне затруднительной задачей. Вся дипломатическая почта перехватывалась, все телефонные линии и радиопереговоры прослушивались, и Даллесу очень не хватало сотрудников для шифровки сообщений.

Первоначально «Дикий Билл» Донован рекомендовал Даллесу отправиться в Лондон для координации взаимодействия УСС и британской разведки. Даллес запротестовал и взамен предложил создать отделение Специальной разведки УСС в Швейцарии. Он руководствовался различными побуждениями. Разумеется, он хорошо знал эту страну и ее столицу, и вполне сносно говорил по-немецки. Но и на уровне личных предпочтений бонвивана, ценившего изысканную пищу, вина и общество прекрасных дам, Берн привлекал Даллеса гораздо больше, чем разрушенный бомбами Лондон. Кроме того, в оккупированной Европе Швейцария являлась центром нелегальных деловых и банковских операций. Как успешный юрист фирмы Sullivan & Cromwell, Даллес был отлично подготовлен для отслеживания подобной деятельности – в интересах как правительства США, так и своих корпоративных клиентов. Но прежде всего Берн был идеальным местом для шпионажа: позднее Даллес говорил, что нашел здесь «большое окно» [55] в нацистский мир.

Даллеса часто видели обедающим в Theater Caf'e или ужинающим в отеле Bellevue Palace, где любили собираться иностранные дипломаты и швейцарские чиновники, чтобы обменяться сплетнями или добытыми сведениями. В твидовом пиджаке, бабочке и с вересковой трубкой в свои пятьдесят он производил впечатление университетского профессора, а его непосредственность и обаяние вскоре собрали вокруг него прекрасную компанию. У него для всех находилась свободная минута, независимо от того, какое это было время суток. По его собственным словам, его открытый характер приводил к его дверям «информаторов, волонтеров и авантюристов всех мастей, профессиональных шпионов и дилетантов, хороших и плохих». [56] По вечерам он встречал гостей в заваленном книгами кабинете своей комфортабельной резиденции на Герренгассе 23, конфиденциально принимая тех посетителей, которые предпочитали анонимность.

Несмотря на свой талант угодить всем и каждому, Даллес питал определенную антипатию к англичанам. По окончании Принстонского университета в 1914 году он некоторое время работал учителем в Индии, откуда вынес лютую ненависть к Британской империи – чувство, разделяемое в то время многими в высших кругах американского общества. Британские разведчики, в свою очередь, несколько настороженно относились к его непринужденным манерам и роскошному образу жизни. Однако, будучи профессионалами, обе стороны охотно шли на сотрудничество, если их интересы совпадали, и при этом, как позднее вспоминал сам Даллес, он всегда был не прочь «обставить бриташек». [57]

Вскоре Даллес добился заметных успехов. После оккупации французских территорий под управлением режима Виши, все местные агенты Deuxieme Bureau, французской секретной службы, согласились работать с Даллесом при условии, что будут получать деньги от УСС. Таким образом у него появился постоянный приток разведданных из занятой немецкими войсками Франции, и это по достоинству оценили стратеги Союзников во время подготовки высадки в Нормандии и последующего освобождения Западной Европы. Так, именно Даллесу стало известно о существовании программы Гитлера по производству «оружия возмездия» – ракет «Фау-1» и «Фау-2». Затем его информация была сопоставлена с данными из польских и скандинавских источников, а также от Подразделения дешифровки фотоснимков Королевских ВВС, что позволило последним в августе 1943 года разбомбить немецкий исследовательский и испытательный центр в Пенемюнде (см. главу 8).

Аллен Даллес мастерски умел взращивать потенциальных агентов – любой национальности и общественного положения. Среди его информаторов были дипломаты, финансисты, священники, журналисты и агенты разведок со всего мира. На одном конце широкого спектра его осведомителей находились лодочники с барж, ходивших по Рейну через немецкие и швейцарские земли, на другом – известные на весь мир личности, например Карл Юнг, знаменитый швейцарский психиатр, с которым Даллес регулярно встречался и который составил для Даллеса психологические портреты нацистских лидеров, применив свою концепцию коллективного бессознательного при анализе менталитета немецкого народа. Впрочем, наиболее полезными оказались контакты Даллеса с нелояльными к нацистам немцами.

Не последним из таких недовольных был Фриц Колбе, дипломат высокого ранга в Министерстве иностранных дел Третьего рейха, для которого в УСС использовали кодовое имя Джордж Вуд. [58] Британская разведка отказалась сотрудничать с Колбе, сочтя его «подсадной уткой» нацистов; Даллес же старательно его обрабатывал и спустя определенное время получил от него около 1 600 программных документов Рейхсминистерства иностранных дел, дававших бесценную возможность заглянуть в замыслы Гитлера и международные отношения Германии. Среди добытых Колбе сведений был подробный набросок расположения «Вольфшанце», полевого штаба Гитлера в лесу под Растенбургом в Восточной Пруссии (сейчас город Кентшин в Польше), на котором было точно обозначено расположение зенитных орудий ПВО, а также зданий, используемых Герингом и Геббельсом. Однако, хотя во время войны Гитлер и проводил в «Вольфшанце» значительное время, Союзники ни разу его не бомбили.

15 января 1943 г. Даллеса посетил его старый знакомый, князь Эрнст Максимилиан Гогенлоэ-Лангенбургский, которому паспорт гражданина Лихтенштейна позволял беспрепятственно перемещаться по всему миру. У князя имелись бесчисленные связи в среде высокопоставленных чиновников по всей Европе, особенно в Берлине; самым заметным их них был рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер, который и организовал встречу князя с Даллесом. Предложение, с которым князь явился к Даллесу, было столь же простым, сколь и ошеломительным: во имя будущего западной цивилизации подконтрольные Гиммлеру СС берутся устранить Гитлера, после чего Германия и демократические страны Запада объединяют усилия в мировой войне против СССР и коммунизма. Оставаясь верным себе, Даллес принял заинтересованный вид, однако не взял на себя никаких обязательств, отложив их до будущего диалога с нацистскими лидерами.

Среди других контактов Даллеса в СС был австрийский аристократ гауптштурмфюрер СС Рейнхард Шпитци, адъютант СС при рейхсминистре иностранных дел Иоахиме фон Риббентропе. Впоследствии Шпитци служил в абвере Верховного командования вермахта (а именно в управлении «Абвер-заграница») – немецкой военной разведке, которую до февраля 1944 года возглавлял блестящий адмирал Вильгельм Канарис. [59] Однако на абвер Даллес вышел через немецкого вице-консула в Цюрихе Ганса Бернда Гизевиуса. Канарис, имевший кличку Старый Лис, руководил абвером с 1935 года и был одной из самых загадочных фигур Третьего рейха. Владея несколькими языками, он занимался разведывательной деятельностью на протяжении всей своей долгой военно-морской карьеры. Он был выдающимся мастером шпионажа, но при этом позаботился о том, чтобы его самые близкие товарищи не являлись одновременно членами нацистской партии. Еще до того, как вспыхнула война, Канарис активно участвовал в движении немецкого сопротивления, которое пыталось сперва сорвать планы Гитлера, а затем свергнуть его. В гестапо эта группа была известна как «Черный оркестр» (нем. Schwarze Kappelle), в УСС – как «Взломщики» (англ. Breakers).