Чтение онлайн

И он вставил в рамку первый слайд и сунул его за линзу. На экране появилась круглая фотограмма в резких чёрно-белых тонах. На ней в некотором отдалении в ночи под полной луной стояла деревянная лачужка, темные стены которой контрастировали с белизной снега, лежащего вокруг нее и на крыше. За хижиной стояло множество научных приспособлений, которые, на взгляд Лиры, были там так же неуместны, как нечто из Ямтарического Заповедника на дороге в Янтон: антенны, провода, фарфоровые полупроводники, — и всё это было покрыто сияющим толстым слоем изморози. На переднем плане с поднятой в приветствии рукой стоял человек в меховой одежде, чьё лицо в таком наряде было трудно разглядеть. Рядом с ним стояла фигура поменьше. Лунный свет заливал всё мертвенно-бледным мерцанием.

— Эта фотограмма была сделана на стандартной эмульсии из нитрата серебра, — сказал лорд Азраэль. — Я хотел бы, чтобы вы взглянули ещё на одну, сделанную в этом же месте минуту спустя, только на новой, специально приготовленной фотоэмульсии.

Он вынул первый слайд и сунул в рамку новый. Этот был немного темнее; складывалось впечатление, что лунное сияние отфильтровано. Горизонт по-прежнему был виден, а на нём — тень хижины с выделяющейся светлой крышей, но путанная куча инструментов была скрыта во тьме. А вот изображение человека изменилось: он был залит светом, и, казалось, фонтан световых частиц бьёт прямо из его поднятой руки.

— Этот свет, — молвил Капеллан, — он направлен вверх или вниз?

— Вниз, — сказал лорд Азраэль, — но это не свет. Это Пыль.

Что-то в том, как он это сказал, заставило Лиру представить это слово с большой буквы, будто это была необычная пыль. Реакция мудрецов только укрепила это ощущение, потому что слова лорда Азраэля вызвали внезапную всеобщую тишину, за которой последовали приглушенные недоверчивые восклицания.

— Но как…

— Конечно же, это…

— Этого не может быть…

— Джентльмены! — раздался голос Капеллана. — Позвольте лорду Азраэлю все объяснить.

— Это пыль, — Повторил Азраэль. — На фотопластине она запечатлена как свет, потому что частички этой пыли воздействуют на эту эмульсию точно так же, как фотоны на эмульсию из нитрата серебра. Частично из-за того, чтобы проверить этот факт, моя экспедиция и отправилась в первую очередь на Север. Фигуру мужчины вы видите отчетливо. Теперь обратите внимание на фигуру слева от него.

Он указал на меньшую фигурку.

— Я думал, это его деймон, — сказал Следователь.

— Нет. Деймон в этот момент обвился вокруг его шеи в обличье змеи. Изображение, которое вы видите, — это ребёнок.

— Особенный ребёнок? — сказал кто-то, и по тому, как он не договорил, стало ясно, что он знал что-то, чего не следует говорить вслух.

Пала звенящая тишина.

Потом лорд Азраэль мягко сказал:

— Полноценный ребенок. Который находится как раз в центре источника Пыли, вам так не кажется?

Несколько секунд все молчали. Потом раздался голос Капеллана.

— А-а, — сказал он тоном человека, только что закончившего пить воду, опустившего стакан и переводящего дыхание, которое задержал во время питья. — И эти потоки пыли…

— …Исходят с неба и озаряют его подобно свету. Вы можете изучать изображения доскональнее: я оставлю их вам. Я показываю их, чтобы продеймонстрировать действие фотоэмульсии. А теперь позвольте показать вам ещё одну вещь.

Он поменял слайд. Следующая картинка также была сделана ночью, но на этот раз без лунного света. На переднем плане была расположена тускло выделяющаяся на фоне низкого неба небольшая группа палаток, а рядом с ними — беспорядочная куча каких-то деревянных коробок и сани. Но самым интересным на изображении было небо. На нём были видны потоки и пелерины света, похожие то ли на развешенные на высоте сотен миль свитые спиралями и украшенные гирляндами шторы на невидимых подвесках, то ли на дуновение какого-то потустороннего невообразимого ветра.

— Что это? — спросил голос Проректора.

— Это снимок Авроры Бореалис.

— Очень неплохая фотограмма, — отозвался профессор пальмерологии. — Одна из лучших, которые мне доводилось видеть.

— Извините мне мое невежество, — раздался дрожащий голос старика Регента, — но если я когда-то и знал, что такое Аврора, то уже позабыл. Это ведь её ещё называют Северным Сиянием?

— Да. У неё много названий. Это сочетание штормов заряженных частиц и солнечных лучей чрезвычайной интенсивности — они невидимы, но именно они вызывают это сияние, взаимодействуя с атмосферой. Будь у меня время, я обработал бы этот слайд, чтобы показать его вам в цвете; сияние преимущественно бледно-зеленое и розовое, с легким оттенком малинового по нижнему краю этой похожей на занавеси структуры. Снимок сделан на обычной фотоэмульсии. Я теперь взгляните на слайд, сделанный на специальной эмульсии.

Он вынул слайд. Лира услышала, как Мастер тихо произнес:

— Если он завоюет их доверие, мы могли бы использовать оговорку о сотрудничестве. В течение тридцати из пятидесяти двух последних недель он не является сотрудником колледжа.

— Капеллан уже на его стороне… — тихо пробормотал в ответ Библиотекарь.

Лорд Азраэль вставил в рамку проектора еще один слайд. На нем было то же изображение. Как и в предыдущей паре снимков, многие детали, видимые при обычном освещении, были затемнены на этом слайде, и сияние Авроры тоже.

Но в сердцевине Авроры, высоко над угнетающим пейзажем, Лира увидела какое-то уплотнение. Чтобы получше разглядеть, она прижала лицо к щели и увидела, что мудрецы, сидящие рядом с экраном, тоже подались вперед. Чем пристальнее она вглядывалась, тем сильнее становилось её изумление, потому что там, в небесах, она безошибочно узнала очертания города: его башни, купола, стены… здания и улицы, висящие в воздухе! Она едва не открыла от удивления рот. Мудрец Кассингтон сказал:

— Очень похоже на… на город.

— Вот именно, — сказал лорд Азраэль.

— Несомненно, город в другом измерении? — заметил Декан с презрением в голосе.

Лорд Азраэль не обратил на него внимания. Среди некоторых Мудрецов поднялся возбужденный переполох, словно они писали трактат о существовании единорога, которого ни разу не видели, а им вдруг привели свежепойманное животное.

— Это компетенция Бернарда-Стоукса? — спросил профессор пальмерологии. — Не правда ли?

— Вот это я и хочу выяснить, — сказал лорд Азраэль. Он стал рядом с освещенным экраном. Лира видела, как его темные глаза испытующе обводят Мудрецов, пока те разглядывают слайд с Авророй, а рядом с ним — зеленое мерцание глаз его деймона. Головы почтенных Мудрецов были наклонены вперед, их очки сверкали; и только Мастер и Библиотекарь сидели, откинувшись на спинки кресел, склонив друг к другу головы.

Капеллан говорил:

— Вы сказали, что искали новости об экспедиции Граммана. Доктор Грамман тоже исследовал этот феномен?

— Я уверен, что это так, и я также думаю, что он собрал о нем немало информации. Но он не может ей с нами поделиться, потому что мёртв.

— О нет! — воскликнул Капеллан.

— Боюсь, что да, и у меня есть тому доказательства.

По Комнате Уединения прошла волна возбужденного шороха, когда, под руководством лорда Азраэля, двое из троих самых молодых Мудрецов вынесли вперёд деревянный ящик. Лорд Азраэль вынул из проектора последний слайд и в эффектном сиянии светлого круга наклонился, чтобы с помощью рычага отрыть ящик. Лира услыхала, как гвозди царапают сырое дерево. Мастер встал, чтобы взглянуть, закрывая Лире обзор. Её дядя продолжал: