Чтение онлайн

Милослав, прочитав её мысли, больно дёрнул девицу за рукав и, глядя ей прямо в глаза, покачал головой, предупреждая, что даже думать так не стоит, он следит за ней. Прикосновение молодого волхва вновь обожгло южанку, и она оставила свои мысли, подчинившись его воле.

Калиса остановилась. Она стояла одна посреди широкого поля. Никого из прислужниц и охранников рядом с ней больше не было. За спинами своих противников она видела Квету, но понимала, что та вряд ли сможет помочь ей.

– Отдай нам княжну, – промолвил Демид.

Сжечь колдунью он не мог: она держала на руках девочку, и ту бы тоже затронул огонь.

– Ты обречена, сделай свою смерть лёгкой, – продолжал он, глядя в горящие ненавистью глаза Калисы.

– Пусть со мной говорит твоя дочь, – прозвучал ответ, удививший присутствующих.

– Хорошо, я с радостью поговорю с тобой, – выступила вперёд Радамила, – у меня к тебе давний счёт за похищение в прошлое солнце.

Колдунья рассмеялась.

– Ты была глупой и доверчивой, – сказала она, желая позлить девицу, чтобы гнев заполнил её разум и помешал ясно мыслить.

Частично она достигла своей цели. Моя дочь, чувствуя за спиной взгляды мужчин, испытала неловкость за своё поведение на посвящении княжеской четы и стыд за то, что поверила этой старой кляче.

В голове девицы вспыхнул огонь, заслоняющий мысли. Милослав, чувствующий настроение сестры через амулеты, которые им обоим дал Ведмурд перед дорогой, сразу заметил это. И начал аккуратно, через эти же талисманы, передавать Раде спокойствие и тушить пожар накативших на неё эмоций.

– Теперь всё иначе, – ответила она, – отдай нам княжну, и, возможно, мы сохраним тебе жизнь.

Калиса вновь рассмеялась в ответ. Она пыталась казаться смелой и безразличной к грозящей ей опасности, но в глубине её души зиял страх: она была одна против сильных воинов, и единственной её защитой была маленькая девочка, сидящая на руках.

Славемира, кстати, даже чуть успокоилась, будто почувствовав, что спасение близко.

Демид думал о том, что он с воинами может просто окружить колдунью и силой забрать у неё ребёнка, но Калиса, прочитав его мысли, достала из складок своего платья маленький пузырёк и подняла его над головой.

– Это сильный яд, – сказала она, поднося руку к лицу малышки, – только приблизьтесь ко мне, и я пролью его на нежную кожу девочки, она умрёт в страшных муках. Противоядия от него нет.

Колдунья открыла маленький флакон, и до присутствующих донёсся резкий запах, вызывающий отвращение.

– Ты не посмеешь это сделать! – крикнула ей Рада.

Колдунья вновь рассмеялась.

– Княжна не представляет для меня никакой ценности, – ответила она, хотя это не было правдой, – мой князь хоть и расстроится, что девочка не досталась ему, но мысль о том, как будет страдать ваша княгиня и какие муки испытаете все вы, зная, что виновны в её гибели, доставит ему неимоверную радость.

Демид сжал кулаки, просчитывая, как направить огонь на Калису, чтобы пламя не навредило малышке. При этом надо было как-то отвести от лица Славемиры руку с ядом, получить пару секунд, чтобы подхватить девочку. Но как это сделать, воин не знал. Княжна была такая хрупкая и ранимая, рисковать было опасно.

– Что ты хочешь? – спросила Рада, чувствуя, что у противницы есть какой-то план.

– Ты отдашь мне флакон с водой из горного ручья, я знаю, что ты набрала его, хоть и не видела этого. В моей стороне есть легенды, рассказывающие о том, как дочери старого князя ходили к этому источнику и приносили с собой чудодейственную воду, – отвечала Калиса. – Передай мне флакон, а я отдам тебе малышку.

Колдунья рассчитывала на то, что с помощью пришедших к ней сил сможет накинуть на себя такой непрогляд, который позволит ей скрыться от глаз преследователей. И тогда она отомстит им. Наведёт такой морок на их умы, что примут они друг друга за врагов и уничтожат огнём. А когда все северяне будут мертвы, она заберёт малышку и спокойно пойдёт к Горину. Эти мысли Калиса надёжно укрыла, и Милослав не мог прочитать их.

Услышав слова южанки, Рада задумалась. Отдавать флакон, полученный у источника, ей не хотелось, но и допустить, чтобы княжну отравили неизвестным ядом, она не могла. Решив, что после того, как девочка будет у неё на руках, отец с воинами легко разберутся с колдуньей, она кивнула, соглашаясь на предложение Калисы.

Осторожно приблизившись к женщине, моя дочь взглянула на Славемиру. Отравляющие пары яда начали действовать на ослабший детский организм, и княжна лежала с закрытыми глазами. Рада чувствовала её дыхание, но оно было слабым. Колдунья же как будто не замечала этого.

Увидев так близко к себе давнюю противницу, такую свежую, цветущую, с гладкой и нежной кожей, густыми локонами, обрамляющими лицо, и силой, бьющей через край, женщина возненавидела её ещё больше. И когда Рада подняла на неё глаза, протягивая флакон с водой из источника, Калиса плеснула ей в лицо яд, который держала в руке.

Моя дочь, уловив направленное к ней движение краем глаза, начала уворачиваться и почувствовала, как кто-то толкает её к земле. Это был Милослав. В последний момент разгадав замысел колдуньи, он бросился к сестре, желая спасти её, но успел только оттолкнуть, приняв на себя яд, предназначавшийся ей.

Упав на землю рядом с сестрой, волхв начал задыхаться от растекающегося по его лицу яду. Тот был таким же липким и плотным, как и магия Калисы.

Демид, увидев, что творит колдунья, кинулся к ней и, пользуясь её секундной растерянностью, вырвал из рук женщины княжну, а его воины направили свой огонь на тело южанки. Чтобы пламя, пожирающее Калису, не задело Раду с Милославом, воины оттолкнули корчащееся тело колдуньи в сторону. Пока она испускала дух, воины следили, чтобы она не вздумала потушить огонь, ведь они не ведали свойства силы, полученной в источнике. Вдруг с её помощью можно противостоять огню Перуна?

Но Калисе было не до этого, огонь прожигал её до костей, и она потеряла сознание от накатившей боли. Флакон с водой выкатился из её рук.

К Милославу, задыхающемуся от яда, подбежала Квета.

– Скорее, – сказала она Раде, – возьми флакон с водой из источника и умой его. В наших легендах есть упоминание об этом яде. Однажды им пытались отравить князя, но его жена спасла любого, умыв и напоив его магической водой.

Моя дочь кинулась искать флакон, выроненный колдуньей. А найдя, открыла его и, шепча мольбу южным Богам, начала умывать брата. Вода из источника собирала с его кожи растёкшийся липкий яд. Тот шипел и пытался высушить наносимую влагу, но воды было больше, и она размягчала его, смывая с кожи.

Когда мой сын смог вздохнуть, Рада дала ему выпить несколько глотков целебной воды, и после этого молодой волхв задышал полной грудью. Но на лице моего мальчика всё равно остались борозды от выплеснутого яда. Они покрывали его кожу как сеть глубоких, безобразных шрамов.

Увидев, что брату лучше, Рада подбежала к колдунье, желая отомстить ей, наказать сильнее. Но от Калисы уже ничего не осталось, её останки догорали на солнце, и моя дочь разочарованно отошла.

– Как девочка? – спросила Радамила отца, поворачиваясь к нему и наклоняясь к Славемире.