Чтение онлайн

Провожая взглядом последнего вонючего мохнатика, уносимого клиентом, Кэсси философски вздохнула:

— Хотелось бы дожить до времени, в котором люди перестанут устраивать друг другу подлости и ломать судьбы ради денег и выгодных браков. Когда граждане империи все поголовно станут честны и благородны.

— Другими словами, ты хочешь жить вечно? — ухмыльнулся нэсс Годри и отечески потрепал её по макушке. — Безнадёжно плохих времён не бывает, бывает неумение в них жить.

Нэсс Годри имел обыкновение изрекать афоризмы, с которыми трудно было не согласиться. Сердце Кэсси гулко стукнуло, и в груди возник стылый комок. Умение выживать в сложные времена у каждого своё, в безвыходных ситуациях и при отчаянной нехватке денег некоторые готовы идти по кривой дорожке. Обнаружат гвардейцы что-то необычное в преступлениях прошлых лет, связанное с флорой? В последние пять лет? Или в последние десять-двадцать лет?

Мёрзлый комок поднялся к горлу и никак не сглатывался. Оказывается, самую сильную боль причиняют не ожоги, не жгучий цепень и даже не попавшая в глаза смола адренацеи. Нэсс Годри ведь никак не связан с криминальным прошлым Лиеры, нет? Увы, в людях Кэсси разбиралась куда хуже, чем в растениях, она о любимой наставнице никогда бы не подумала, что её руками сознательно выращиваются растения-убийцы. Пожилой нэсс, когда-то пригревший её в своей лавке и многому научивший в торговом деле, был ей как отец, даже ближе родного отца. Именно Годри помогал ей зарабатывать себе на жизнь в студенческие годы; именно с ним она горевала о Лиере; именно он помогал с лавкой ещё до её открытия!

Взять себя в руки и начать говорить с небрежной шутливостью оказалось невероятно сложной задачей.

— Вы больше никаких цветочков Мэгги Мейс за моей спиной не продавали?

— Кто такая Мэгги Мейс? — вскинул седые брови Годри.

— Моя студентка, не так давно купившая у вас листик кукольных глазок, чтобы получить зачёт без отработки практики, — прищурилась Кэсси. Ни единого признака смятения и настороженности в лице старого друга она не углядела.

— Век припоминать будешь? — пробурчал нэсс. — Нет, больше твои студенты ко мне не шастали.

— То есть гербарий — не ваших рук дело?

— Гербарии не собирал лет тридцать. Таки есть подозрение, что неведомый мне гербарий студентки опять смастерили не сами? Кэсси, милая, не взваливай на себя обязанность отслеживать чужие прегрешения против праведности, у тебя и без того хлопот полон рот. Ты свою миссию выполнила: задание дала и выполненную работу получила, так не изображай из себя дознавателя СИБа, не заводи дурной привычки. Как говорила моя матушка: «Сын, если хочешь иметь с людьми хорошие отношения (а в торговле это важное основание успеха), то не мешай им врать. За подработку чужой совестью тебе не доплачивают».

Хотела бы Кэсси со спокойной душой последовать мудрому совету! Однако мешало подозрение, что лгут ей самые близкие люди.

Выпускные курсы уже готовились к экзаменационным испытаниям, у всех остальных шла последняя учебная неделя перед каникулами. Целители четвёртого курса в поте лица выполняли зачётную работу по магическому растениеводству, однако чем меньше оставалось времени до окончания занятия, тем больше разговоры будущих врачей походили на вопли дипломированных проклятийников.

На финальном испытании каждому студенту достался билет с указанием сотворить полезный для какой-либо флоры питательный или лечебный эликсир, используя растения оранжереи. Задания были внятные, чёткие, однако при их исполнении постоянно происходило нечто незапланированное. Ингредиенты получаемых снадобий то вдруг оказывались под столом, то съедались голодными лианами, то случайно смахивались ветками окружающих кустов в чашку соседа, готовящего зелье с совершенно другими составляющими! Соцветия внезапно увядали, приходя в негодность, а магия, хранящаяся во фрагментах некоторых растений, вдруг утекала в никуда. Хуже, что воздух вокруг целителей ни с того ни с сего начинал насыщаться ядовитыми испарениями листьев окружающих деревьев, вынуждая бросаться за антидотами и поглотителями. И это при том, что до сезона ядовитости данных видов оставался минимум месяц, справочник по ботанике не даст ошибиться!

Студенты вначале изумлялись, потом злились и негодовали, а под конец практики смирились, выражая своё отношение к тотальной невезучести дня лишь крепкими словечками.

— Изумрудное жало мне в печёнку, что ж такое сегодня творится — всё из рук валится! — возмутилась командир группы, вторично собирая с пола центральной оранжереи рассыпавшиеся семена остролиста лекарственного. То, что чашку не она задела рукавом, а её намеренно перевернула тонкая веточка ивы, девушка не заметила.

На соседнем участке вскипело и повалило из плошки мутное варево под ругань разъярённого студента:

— Да сколько можно, чтоб мне жгучим цепнем вместо шарфа обмотаться! Чёртова капля росы угробила моё зелье! Почему ей пригорело упасть точно в мой состав и именно сейчас?!

— Согласно технике изготовления лекарств, вы должны работать с несколькими заготовками одновременно, чтобы не остаться в конце с пустыми руками, иначе всё печально закончится для пациента, — сухо напомнила Кэсси.

— Это само собой, у меня ещё три флакона до последней стадии доходят, но надо бы отойти подальше от растительности.

Молодой маг осмотрелся в цветущей и благоухающей оранжерее, удручённо почесал в затылке и сотворил вокруг себя защитный магический кокон. Его примеру поспешила последовать вся группа. Вот недаром Кэсси всегда любила целителей за сообразительность и предусмотрительность!

Преподавательница-саботажница еле слышно разочарованно вздохнула и взялась анализировать итоги собственных экспериментов.

Нехотя она отстранилась от целого сонма чувств растущих в оранжерее растений, и те стали приглушёнными, а вскоре — неуловимыми, притаившимися за краем сознания. Оказалось неожиданно увлекательно исподволь влиять на послушную её воле флору, приятно чувствовать свою власть. Да, она могла не всё, но очень многое, и осознание этого пугало. Она даже знала, как назывались испытанные ею ощущения: упоение силой. Такое случалось у юных магов, когда в них впервые просыпалась магия. Если магический резерв дети ощущали с младенчества, то способность управлять магией резерва в одарённых пробуждалась не с момента рождения, а где-то в восьмилетнем возрасте, когда ребёнок уже мог осознавать и контролировать свои поступки. Потенциал магии наращивался постепенно, по мере умственного и физического развития подростка: берегла магов природа-матушка! Правда, судя по некоторым студентам, нарастание магических сил всё-таки частенько опережало темпы развития интеллекта.

— Нэсса Валенса, вас ожидает ректор академии! — донеслось из громкоговорителя оранжереи по окончании пары. Студенты сдали на проверку выполненные работы и повалили на выход. Кэсси двинулась за ними следом, гремя флаконами в мешочке.

Просторный кабинет лорда Дэкета не менялся веками, как огромный дуб на берегу реки, выросший задолго до рождения Кэсси и даже задолго до рождения родителей ректора, отец которого тоже заседал в этом кабинете. Обивка на стульях и занавески на окнах испокон веков были одной и той же сине-голубой расцветки. На место одних одряхлевших цветочных кустов и декоративных деревьев приносились точно такие же молодые подвиды. И на смену старящимся ректорам тоже приходила юная поросль того же рода. Академия магии была воплощением стабильности, и Кэсси догадывалась, что неприязнь ректора к ней вызвана тем, что она воспринималась им как снаряд подрывного действия, рискующий развалить вековую устойчивость альма-матер. Вспомнив о своих опытах на последней паре, Кэсси невольно спрятала руки за спину, как делала в детстве, представая перед разгневанным её проказами отцом.

Лорд Дэкет молча посверлил её взглядом, махнул рукой — и из зачарованного сейфа, занимающего всю стену за ректорской спиной, вылетел разномастный рой веточек, букетов и цветочных розеток. Все дары флоры взгромоздились горкой на край стола под носом у Кэсси, встревоженно шурша и попискивая. Для грызни и нанесения друг другу увечий у этих растений не имелось зубов и шипов, кем-то предусмотрительно спиленных.

— Бедняжки! Неужели опять налёт на сады питомника? — грозно нахмурилась Кэсси. Одним гербарием нарушительницы не отделаются!