Чтение онлайн

Таким образом, Лохраспа все-таки убили. Вероятно, в такой форме на страницах иранского Эпоса отразились слухи об убийстве Бориса Годунова. Вернемся теперь назад во времени.

Беглый царевич Гоштасп возвращается в Иран во главе перешедшего на его сторону иранского войска и занимает престол Ирана (якобы с согласия Лохраспа). Этим заканчивается глава Шахнаме, озаглавленная «Лохрасп». Далее следует глава под названием «Гоштасп». К ней мы и перейдем.

В самом ее начале Фирдоуси снова возвращается к воцарению Гоштаспа и к неожиданному «уходу Лохраспа от дел». Сообщаются некоторые новые детали.

«Воссел на престол кеянидов Гоштасп и стал собираться в дорогу Лохрасп. Он двинулся в Балх, в Новбехару, что был для тех, кто Йездана бессмертного чтил, святынею; в нынешние времена так Мекку арабские чтут племена. Туда устремился он, рвеньем гоним… ОДИН В БЛАГОДАТНОЙ ОБИТЕЛИ ТОЙ ОН ДНИ ПРОВОДИЛ ЗА МОЛИТВОЙ СВЯТОЙ. СМЕНИЛ ВЛАСЯНИЦЕЙ ПАРЧУ И БАГРЕЦ – так дань благочестию платит мудрец! СНЯЛ ПЕРСТЕНЬ И СЕРЬГИ, ВЛАСЫ ОТПУСТИЛ, к Йездану пречистому лик обратил. В моленьях и бденьях прошло тридцать лет», с. 65.

Этот раздел Эпоса очень интересен. Как мы видим, в конце жизнеописания иранского царя Лохраспа вновь всплывают мотивы из «биографии» Ивана Грозного (библейского Навуходоносора). В самом деле. Сказано, что могущественный царь Лохрасп неожиданно стал отшельником, удалился от мира, проводя все время в молитвах, оделся во власяницу, отпустил длинные волосы и т.п. Причем в таком «блаженном состоянии» он провел много лет. Как мы уже неоднократно обнаруживали, эта уникальная история превращения великого русско-ордынского царя-императора в Василия Блаженного (Царя Блаженного), фантомно отразилась на страницах многих старинных летописей, в том числе и вдали от метрополии. Оригиналом является жизнеописание Ивана IV «Грозного» (1547-1553). Считается, что царь, став Василием Блаженным, умер через четыре года, в 1557 году. Но не исключено, что он прожил значительно дольше, оказавшись современником двух или трех своих преемников – других «Грозных» царей. Этим может частично объясняться тот факт, что четырех последовательных царей Руси-Орды романовские историки объединили под одним условным именем «Грозного».

Но в таком случае возникает еще одно естественное объяснение уже обсуждавшейся выше странной добровольной передачи власти от Лохраспа к Гоштаспу. Ведь в «биографии» Ивана Грозного такой странный факт нам уже хорошо известен. Мы имеем в виду странную добровольную передачу власти хану Симеону Бекбулатовичу. Возможно, этот сюжет вновь отразился в «древне»-персидском Эпосе, причем Симеон Бекбулатович здесь назван Гоштаспом, а Иван Грозный – Лохраспом.

Этот параллелизм усиливается еще одним интересным фактом. Оказывается, в правление Дмитрия Самозванца, был еще жив царь Симеон Бекбулатович! Более того, он был вызван к московскому двору Дмитрия и некоторое время находился при нем. Кстати, царь Симеон был уже слеп. Вскоре Дмитрий сослал Симеона Бекбулатовича в монастырь, поскольку Симеон критически высказывался о Дмитрии [578], кн. 2, с. 770. Эта ссылка беспомощного старика-царя дала свой вклад в персидский рассказ об отстранении Лохраспа от дел и превращении его в «блаженного». Подробности см. ниже.

А теперь обратим внимание на еще одно интересное обстоятельство. Шахнаме говорит, что Лохрасп двинулся в Балх, в Новбехар, считавшийся священным поселением. Но выше мы уже поняли, что название БАЛХ или ВАЛХ относится здесь, скорее всего, к реке ВОЛГЕ (или Волхов, от слова Влага). Но в таком случае священный «древне»-персидский город Новбехар автоматически отождествляется с Новгородом, то есть с Ярославлем! Мы видим, что Фирдоуси даже название НОВГОРОДА исказил не очень сильно – назвал его НОВБЕХАР. Более того, сами историки переводят название Новбехар как «Новая Обигель», с. 413.

Пишут так: «Новбехар («новая обитель») – древний буддийский монастырь, около Балха, одна из его самых знаменитых достопримечательностей… Впрочем, в X в., когда Фирдоуси писал свою поэму, Новбехар уже давно лежал в развалинах. Сохранившиеся описания этого знаменитого монастыря говорят о том, что некогда он представлял собой величественное здание с громадным куполом, портиками и 360 кельями для монахов», с. 413.

Все понятно. Прочитав у Фирдоуси про знаменитую «Новую Обитель» (Новгород) на Балхе (Волге), позднейшие историки и археологи, ошибочно относя все эти описания в современный Иран и в далекое прошлое, начали искать «где-то тут» развалины знаменитого Новбехара. Оглядевшись вокруг, остановили свой взор на каких-то руинах (каковых повсюду достаточно) и обрадованно, но голословно, объявили их остатками «того самого Новбехара». Затем кое-где, «для убедительности», изготовили свежие новоделы, дабы «улучшить древнюю историю». Потом стали водить доверчивых туристов, те увлеченно фотографируют скудные обломки.

На самом деле «древний персидский Новбехар» существует до сего дня. Это – знаменитый Новгород = Ярославль на не менее знаменитой реке Волге.

Далее в Шахнаме следует новый и яркий сюжет. Вкратце, суть дела такова. В Иран проникает новая религия – зороастризм, которую проповедует пророк Зороастр (Заратустра, Зердешт). Иранский царь Гоштасп, отступившись от традиций предков, принимает новую веру. Народ недоволен и считает, что царь совращен с праведного пути. В царстве нарастает смута. Как мы увидим, это – отражение событий в Руси-Орде второй половины XVI – начала XVII века.

Посмотрим, что говорит Фирдоуси. Сообщаемые им детали интересны и помогают восстановить подлинную суть событий.

Итак, царевич Гоштасп (Дмитрий) восходит на иранский престол. Его отец Лохрасп добровольно устраняется от дел.

«[Появление Зердешта и принятие Гоштаспом его веры]

Немалое время меж тем протекло, и в царстве Гоштасповом древо взросло… Владыке вещает Зердешт: "Я пророк, за мною идти повелел тебе бог. Горящие угли принес я… Я послан творцом, – так пророк продолжал, – ЧТОБ ВЕРУ В НЕГО ОТ МЕНЯ ТЫ ПРИЯЛ. Так следуй отныне заветам моим… И ВЕРУ ПРИМИ, ВОЗВЕЩЕННУЮ МНОЙ: НЕ СЫЩЕШЬ СПАСЕНИЯ В ВЕРЕ ИНОЙ".

Почуял он истину в вещих речах… Поднялся Гоштасп венценосный на трон, войска разослал во все стороны он. Повсюду мобеды молились о нем… Построив блистательный Мехри-Борзин, прославил себя на века властелин. Могучее древо… взрастил пред воротами храма Зердешт, на древе такие слова начертал: "ГОШТАСП ПРАВОЙ ВЕРЫ ПОБОРНИКОМ СТАЛ!"

По свету о том разлетелась молва», с. 66-68.

Далее Фирдоуси рассказывает – как Гоштасп насаждает зороастризм в Иране. Он возводит замок, приказывает расписать его залы. Причем новая религия внедряется силой, по-видимому, вопреки желанию многих. Гоштасп восклицает: «Зердешт поведет вас стезею добра, КУМИРОВ КИТАЙСКИХ ОТВЕРГНУТЬ ПОРА! ПРОЧЬ ВСЕ ЗАБЛУЖДЕНИЯ ПРЕДКОВ, вас ждет кешмарское древо – приют и оплот… Вас к храму Огня призывает пророк, ступите же все на священный порог!», с. 68-69.

Затем, на волне своего «нового» религиозного увлечения, Гоштасп отказывается платить дань Турану. Кстати, напомним, что персидские летописцы часто путали Иран с Тураном, то есть метрополию Руси-Орды с ее западно-европейскими провинциями. Так вот, туранский властитель Эрджасп, прослышав о религиозных нововведениях Гоштаспа, оценивает их крайне отрицательно. Царь обращается к своим подданным со словами: «Узнайте, – сказал он, – ПОКИНУЛ ИРАН СТЕЗЮ, ПО КОТОРОЙ ВЕДЕТ НАС ЙЕЗДАН. ТАМ НЕКИЙ КОЛДУН К НОВОЙ ВЕРЕ ЗОВЕТ. СЕБЯ ЗА ПРОРОКА ЕЕ ВЫДАЕТ. Твердит притворившийся ангелом бес: "Йезданом я послан на землю с небес… И к шаху (Гоштаспу – Авт.) творец мне велел поспешить, ЕМУ НОВОЙ ВЕРЫ ЗАКОН ВОЗВЕСТИТЬ".