Чтение онлайн

□ Фирдоуси говорит, что шах Дараб, «учуяв Дурной Дух», перестал ласкать жену Нахид и больше не прикасался к ней. Это хорошо согласуется с евангельским сообщением, что муж Иосиф тоже не прикасался к Марии и не стал настоящим ее мужем, поскольку «прежде нежели сочетались они, оказалось, что Она имеет во чреве от Духа Святаго» (Матфей 1:18).

Рис. 8.2. Животные в хлеву, бывшие при Рождестве Христове. Фрагмент картины «Поклонение Волхвов», Джентиле да Фабриано, Полиптих Строцци, якобы 1423 год. Флоренция. Взято из [16:1], с. 31

□ Далее Шахнаме сообщает, что беременную Нахид принимает к себе царь Филькус. Как только она родила Искендера, Филькус объявляет румийской знати, что он – отец ребенка. Хотя на самом деле это не так. При этом имя Дараба – «настоящего отца» Искендера – попросту не упоминается, умалчивается. Тем самым, со страниц «древне»-персидского Эпоса громко звучит тема «путаницы с отцом». То есть, для многих людей так и осталось неясным – кто же настоящий отец Искендера: то ли Филькус, то ли Дараб? Это в точности согласуется с известными спорами, клубившимися вокруг рождения Иисуса. Особенно ярко эти дискуссии отразились в иудейской, раввинской традиции [307]. Мы подробно обсуждали эту тему в наших предыдущих книгах. Напомним, что некоторые иудейские авторы объявляли Христа незаконнорожденным, «плохим мамзером». Настаивали, будто его отцом был некий римский солдат и т.п. Неясным и двусмысленным было и положение самого Иосифа, мужа Марии [307]. Итак, персидский рассказ Фирдоуси хорошо согласуется с другими известными версиями, обсуждавшими непростые обстоятельства рождения Андроника-Христа.

Рис. 8.3. Животные в хлеву, бывшие при Рождестве Христове. Фрагмент картины «Рождество», Мариотто ди Нардо, якобы около 1380 года. Взято из [7I3], с. 69

□ Шахнаме утверждает, что младенец Искендер был объявлен сыном румийского правителя Филькуса, который вел себя как настоящий отец Младенца, заботился о нем и его матери. Фактически то же самое говорят и Евангелия об Иосифе. Вот что пишет Матфей: «Но когда он помыслил это (отпустить Марию – Авт.), - се, Ангел Господень явился ему во сне и сказал: Иосиф, сын Давидов! не бойся принять Марию, жену твою, ибо родившееся в Ней есть от Духа Святаго; родит же Сына, и наречешь Ему имя Иисус, ибо Он спасет людей Своих от грехов их… Встав от сна, Иосиф поступил, как повелел ему Ангел Господень, и принял жену свою, и не знал Ее. [Как] наконец Она родила Сына Своего первенца, и он нарек Ему имя: ИИСУС» (Матфей 1:20-25).

Рис. 8.4. Животные, бывшие при Рождестве Христове. Фрагмент картины «Рождество и Благовестие пастухам». Джованни ди Паоло, якобы 1450-1460 годы. Взято из [713], с. 123

Историки отождествляют Филькуса с царем Филиппом, рис. 8.5, отцом Александра Македонского, [876:2е], с. 437. В общем, это верно, поскольку здесь проявляется «стыковка» двух слоев в жизнеописании Искендера. Как мы уже говорили, его юность – это отражение истории Андроника-Христа, а отрочество и зрелость – отражение истории Сулеймана Великолепного. А ранее Сулеймана действительно правил Магомет II Завоеватель, описанный «античными классиками» как Филипп, отец Александра Македонского.

Рис. 8.5. Филипп II Македонский, якобы 382-336 годы до н.э. В таком случае, перед нами – условное изображение знаменитого султана Магомета II Завоевателя. Кстати, на бюсте не видно надписи. Как историки узнали, что это – Филипп? Взято из [192:1], с. 26

□ Как мы показали в книге «Царь Славян», ранее бытовали две радикально разнящиеся оценки деятельности императора Андроника-Христа. Наряду с положительной и восторженной оценкой Андроника, некоторые летописцы высказывали крайне критические суждения о нем. Таковы, например, известный византиец Никита Хониат, некоторые западно-европейские хронисты эпохи Крестовых Походов, авторы иудейской, раввинской традиции. Они живописали личность Андроника-Христа самыми черными красками.

Аналогичную картину мы наблюдаем и в отношении летописцев к Александру Македонскому. Для одних он – герой и полубог. Для других же – изверг. Известно следующее: «Во всей же зороастрийской литературе и в исторических преданиях раннесасанидского времени Александр в отличие от «Романа» (об Александре – Авт.), где он наделен всеми чертами «идеального царя», представлен как разрушитель, угнетатель, «порождение Ахримана"» [876:2е], с. 438. Как мы уже видели, зороастризм, описанный в Шахнаме, это – ересь жидовствующих, проникшая на Русь в XVI веке. Таким образом, негативную оценку Александра давали представители именно этого религиозного течения. Это хорошо согласуется с аналогичной скептической оценкой Андроника-Христа в раввинистической иудейской литературе.

□ Далее, как хорошо известно, Евангелия рассказывают о вражде, которую стал питать к Иисусу царь Ирод. Он даже попытался убить Младенца, опасаясь за свой трон, видя в Иисусе конкурента. Очень интересно, что эта евангельская история описана и в Шахнаме. При этом всплывают новые любопытные факты. Фирдоуси сообщает, что у Дараба родился второй сын (от другой жены) по имени ДАРА. То есть, попросту, ИРОД, в обратном прочтении. И этот Дара (Ирод) оказывается очень злым и начинает враждовать с хорошим Искендером (Иисусом), см. ниже.

Тем самым, Ирод (Дара) и Христос (Искендер) оказываются братьями по отцу. Оба имеют одинаковые права на престол, так что неудивительно возникновение вражды: «Хрустнул державного счастья хребет», – как образно выразился персидский поэт.

Как мы ранее отмечали, в имени ДАРА или ДАРИЙ, вероятно, звучит также имя ОРДА. Историки отождествляют царя Дара (или Дараба) с Дарием [876:2е], с. 436-437. На рис. 8.6 приведено одно из старинных изображений царя Дария.

Рис. 8.6. Старинное изображение персидского царя Дария (Орды). Взято из [192:1], с. 16

Стоит отметить, что фактическое отождествление легенд о рождении Александра Великого с рассказами о Рождестве Христове прослеживается не только в Шахнаме, но и в других старинных источниках. Вот, например, что говорит «античный» Плутарх.

«Происхождение Александра не вызывает никаких споров… Филипп был посвящен в Самофракийские таинства одновременно с Олимпиадой… Филипп влюбился в нее и сочетался с ней браком… Накануне той ночи, когда невесту с женихом закрыли в брачном покое, Олимпиаде привиделось, что РАЗДАЛСЯ УДАР ГРОМА И МОЛНИЯ УДАРИЛА ЕЙ В ЧРЕВО, И ОТ ЭТОГО УДАРА ВСПЫХНУЛ СИЛЬНЫЙ ОГОНЬ; языки пламени побежали во всех направлениях и затем угасли. Спустя некоторое время после свадьбы Филиппу приснилось, что ОН ЗАПЕЧАТАЛ ЧРЕВО ЖЕНЫ: на печати, как ему показалось, был вырезан лев… Александр из Тельмесса сказал, что Олимпиада беременна, ибо ничего пустого не запечатывают, и что она беременна сыном… Однажды увидели также змея, который лежал, вытянувшись вдоль тела спящей Олимпиады; творят, что это больше, чем что-либо другое, ОХЛАДИЛО ВЛЕЧЕНИЕ И ЛЮБОВЬ ФИЛИППА К ЖЕНЕ И ОН СТАЛ РЕЖЕ ПРОВОДИТЬ С НЕЮ НОЧЬ – то ли потому, что боялся, как бы женщина не околдовала или же не опоила, то ли считая, ЧТО ОНА СВЯЗАНА С ВЫСШИМ СУЩЕСТВОМ, И ПОТОМУ ИЗБЕГАЯ БЛИЗОСТИ С НЕЙ…

Как сообщает Эратосфен, Олимпиада, провожая Александра в поход, ему одному открыла тайну его рождения и настоятельно просила его не уронить величия своего происхождения» [660], т. 2, с. 395-396.

Здесь совершенно откровенно звучат евангельские мотивы. Говорится о Непорочном Зачатьи: Олимпиада – это Дева Мария, «небесная молния, ударившая во чрево» – это Дух Святой. Подчеркивается растерянность Филиппа = евангельского Иосифа при известии о беременности жены. Сказано, что Иосиф = Филипп «охладел к жене» и т.п.

На рис. 8.7 показана встреча Олимпиады с Александром.

Рис. 8.7 Приход Олимпиады к Александру. Миниатюра из рукописи «Александрии» XVII века. Взято из [10], вклейка между стр. 128-129

Евангельские сюжеты звучат и в жизнеописании Александра, содержащемся в известной «Сербской Александрии». Египтом владел в то время царь Нектонав, великий волшебник. Писали так: «Нектонав, царь египетский, владел даром волшебства и был искусным звездочетом… Все соседние цари боялись его» [10], с. 73. И решили эти цари напасть на царя Нектонава. Собрали бесчисленное войско и вторглись в его владения. Вестник царя Нектонава, увидев это, поспешно прибыл к своему господину и сказал: «Смерть грозит ныне твоей жизни, ибо ДАРИЙ, персидский царь, который мнит себя богом, в пределы земли твоей пришел со всеми восточными царями… Так собери ты воинство свое на битву и выступи навстречу ему» [10], с. 73.