Чтение онлайн

На нем пятно грязи с бейсбольного поля, и я прикрываю его рукой. Надеюсь, Слейтер не заметит. Платье уже не обладает той магией, которая была в начале вечера, но комплимент Слейтера немного рассеивает мою грусть.

— Спасибо. Ты тоже не выглядишь ужасно. — Поддразниваю я, глядя на него снизу вверх.

Он такой высокий, даже когда я на каблуках.

— Вау, это настоящий комплимент. Я так польщен.

— Не привыкай к этому.

После того, как мы с Лиззи переодеваемся на заднем сиденье внедорожника Слейтера, они с Эндрю садятся на передние сиденья и везут нас в дом у озера.

— Ты не могла взять с собой джинсы? — Жалуюсь я, натягивая мини-юбку, которую она мне дала.

В данный момент мне было бы лучше в платье. Юбка действительно короткая, и, хотя рубашка удобная, я не могу избавиться от ощущения некоторой оголенности. Особенно учитывая, что мужчина в маске, о котором я отказываюсь думать, украл мое нижнее белье, и я отказалась носить бюстгальтер с платьем.

— Я знала, ты это скажешь. И нет, я не могла. Повеселись сегодня вечером, Кора. Ты выглядишь чертовски сексуально. Позволь Слейтеру отвести тебя в комнату. — Лиззи шевелит бровями, глядя на меня, и многозначительно подмигивает, когда я таращусь на нее.

В этом проблема лучших друзей. Они знают все твои секреты. Конечно, Лиззи никогда не забывала, что когда-то я была влюблена в своего сводного брата, и использует его внезапное появление, чтобы бросить мне это в лицо.

— Ты бесстыдная потаскушка. — Поддразниваю я ее, хотя сама краснею от этой мысли.

Мы паркуемся на улице и направляемся к берегу, даже не потрудившись зайти в дом. Горит большой костер, но я остаюсь в стороне, сижу на одной из скамеек и потягиваю напиток, который приготовил для меня Эндрю. Сегодня вечером на улице хорошо. Не слишком холодно, и когда луна отражается в воде, я не чувствую себя такой одинокой.

Лиззи и Эндрю целовались, наверное, целый час. Слейтер исчез вскоре после того, как мы приехали сюда, так что я просто сижу здесь все это время, и мне нечего делать, кроме как напиваться.

Мне нужно пописать, и как бы сильно я ни хотела заходить внутрь и иметь дело со множеством целующихся или трахающихся пар, я все равно заставляю себя это сделать.

Лиззи взяла с собой все, кроме обуви, так что я все еще на каблуках. Они затрудняют ходьбу по грязи, песку и траве, но в конце концов мне удается добраться до дома.

Оказавшись внутри, я поднимаюсь наверх. Когда я проверяю ванную на первом этаже, нахожу ее покрытой рвотой. Это отвратительно. Ну уж нет.

Отправляясь на поиски ванной чуть почище, я натыкаюсь на три разные пары в разной степени оголенности, прежде чем захожу в пустую спальню с примыкающей ванной.

Слава богу.

Закончив пользоваться удивительно чистым туалетом, я мою руки и возвращаюсь в смежную спальню.

Свет выключается, и дверь в спальню захлопывается передо мной. Комната погружена в темноту, и я едва могу различить тени в комнате.

Мое сердце колотится, но я заставляю себя сохранять спокойствие. Просто напоминание о том, что произошло ранее, выводит меня из себя.

— Кора. — Голос приглушенный, но смутно знакомый.

Я хмурюсь, беспокойство наполняет мой желудок. После проведенной ночи я легко пугаюсь. Этого следовало ожидать.

Кто только что запер меня здесь? Кто бы это ни был, он меня знает. Он назвал мое имя. Так что, вероятно, это кто-то из школы. Не о чем беспокоиться.

— Кто тут? — Я окликаю. — Ты рядом со светом? Ты можешь найти выключатель? Или просто открыть дверь? — Я знаю, что бессмысленно шарить в темноте. Я только наткнусь на мебель и в итоге покроюсь синяками.

Ответа нет.

— Эй?

— Грязная Кора. — Раздается голос, и ужас пробегает по моему позвоночнику.

КОРА

На меня надвигается темная тень, и я непроизвольно делаю шаг назад, натыкаясь при этом на что-то.

— Ой, черт!

Внезапно меня ослепляет свет, и мое сердце подскакивает к горлу, когда я вижу, что это он.

Таинственный человек в маске из блиндажа.

Одного этого достаточно, чтобы у меня участилось сердцебиение, но что действительно заставляет меня испугаться, так это оружие, направленное на меня.

— Ч-что… — Я заикаюсь, не в силах произнести ни слова, мое тело трясется от страха.

Я не могу отвести глаз от пистолета, когда человек в маске делает шаг ко мне, и я инстинктивно отступаю.

— У тебя испуганный вид, Кора. Что случилось? Я думал, тебе нравится делать плохие вещи для плохих людей?

Человек в маске кажется таким расслабленным. Таким спокойным. Он сумасшедший. Смертельно опасен. Мне нужно убираться отсюда.

— П-пожалуйста. — Мне удается прошептать.

Я хочу кричать, но мой голос не слушается. Что, если я закричу, и он нажмет на курок?

— Ммм, тебе нравится умолять? Я могу заставить тебя умолять, милая, невинная, Кора.

О боже. Я бросаюсь к двери, подныривая под его руку, но мои гребаные каблуки сбивают меня с ног, и я спотыкаюсь, замедляя шаг как раз перед тем, как дотянуться до дверной ручки. Это дает человеку в маске возможность схватить меня.

Он разворачивает меня так, что я оказываюсь спиной к его груди, и он кладет руку мне на грудь, больно сдавливая ее, но это наименьшая из моих забот. У него чертов пистолет. Я сопротивляюсь, но тщетно.

Он слишком большой. Слишком сильный.

— Пожалуйста. — Умоляю я снова, на этот раз громче, но звук по-прежнему трогательно слабый.

Я знаю, что нет никакого способа вырваться, поэтому все, что я могу сделать, это попытаться воззвать к его человечности.

— Пожалуйста, просто отпусти меня. Я не видела твоего лица. Я не знаю, кто ты. Я никому не скажу ни слова. Даже если бы я это сделала, никто не знал бы, кого искать. Просто, пожалуйста, не делай этого.

Мой голос срывается, сердце бешено колотится, а легкие с трудом делают вдох.

У меня кружится голова от паники, я начинаю потеть от холодного липкого страха.

Слезы начинают катиться по моим щекам, когда он просовывает руку мне под рубашку и грубо сжимает грудь. Его пальцы в перчатках впиваются в нежную плоть, и я хнычу от боли. Никто никогда так не прикасался ко мне. Даже Виктор.

Мой разум отчаянно ищет выход из этого кошмара, но единственное, на чем я могу сосредоточиться — это то, как он пахнет. Я хочу, чтобы от него пахло ужасно, а не хорошо. Не мужественно и чисто. Он переключается между пощипыванием и лаской моего соска, и мои мысли путаются.