Шестая могила не за горами
Шрифт:
Мистер Зи расправил плечи.
– От тебя много шуму. Ты вечно устраиваешь вечеринки. Приглашаешь странных людей в любое время дня и ночи. И за глаза называешь меня мистер Пушистые Усы. Будто я какой-то драный кот.
– Ничего подобного. Я и в лицо вас так называю не реже, чем за глаза. А вечеринок уже несколько месяцев не устраивала.
Он поджал губы:
– Да плевать. Хочешь, чтобы я хоть что-то починил из этого списка, придется побегать по кабинетам. Но предупреждаю: у нас новый хозяин. Уж не знаю, как ему вот это понравится, - он ткнул пальцем в список.
– И я не знаю. – Вообще ни разу об этом не задумывалась.
Похоже, мне нужен хоть какой-то капитал, который придется пустить в оборот. Значит, мне нужен богатенький «папочка». Или Рейес Фэрроу.
– Ну и ладно, - сказала я, сложила список и затолкала в карман. – Пойду тогда прямиком к владельцу.
– Ты с ним знакома? – удивился мистер Зи.
Естественно, раз он не знал обо мне, то думал, что владелец – это «он». Рейес приобрел здание, а потом переписал его на меня. Подарить мне многоквартирный дом – все равно что подарить двенадцатилетнему ребенку одну из пятисот крупнейших промышленных компаний и сказать «Ну держи, сдувай пылинки».
– Еще как знакома. И собираюсь ему подробненько рассказать о том, как меня сегодня тут приняли.
– Серьезно? А я ему тогда про страуса расскажу.
У меня отвисла челюсть.
– Это было всего один раз! И птичка осталась целой и невредимой!
– Угу. А теперь можно мне закончить с ужином?
– Можно. – Я развернулась и громко зашагала по коридору. Пусть знает, в каком я бешенстве.
Страус, твою дивизию. Птичка живет себе припеваючи, с тех пор как ветеринар снял с нее наряд из пакетов.
Направляясь к квартире Рейеса, я надеялась, что он уже вернулся с работы. По пути на всякий случай пару раз позвала Даффа. Черт бы его побрал! То не избавишься от него ни за какие коврижки, то фиг найдешь. Прямо как призрак, ей-богу.
Я постучала к Рейесу, смеясь над собственной шуткой. Ну кто-то же должен был посмеяться. Чаще всего мои шутки понимает только один человек – я сама. Что тут скажешь? Одиночество – мой удел.
Дверь открылась. На пороге стоял крайне раздраженный на вид Рейес. Что я опять натворила?
– Привет, - сказала я, а через полсекунды дверь захлопнулась у меня перед носом.
Какого…? Я снова постучала. На этот раз со всей дури. Дверь распахнулась. Рейес прислонился плечом к косяку и сложил на груди руки. Нравится ему эта поза, судя по всему. А мне нравится, что она ему нравится.
– Ну и к чему это было? – поинтересовалась я.
– Почему ты не воспользовалась ключом?
– Потому что. – Честно говоря, я об этом подумывала, но мне все еще было не по себе вот так запросто к нему вламываться. Я протянула Рейесу список. – Думала, ты на работе.
– Был. Уже нет.
– Прямо забросал меня словами. Ну что ж, у меня тоже есть для тебя парочка слов. – Пришлось буквально сунуть ему в руки список. – Мне нужен стартовый капитал, который я пущу в оборот.
Рейес глянул на список:
– Ну и что ты сделаешь за новую плиту для миссис Аллен?
– Буду прыгать до потолка и напевать «Оклахому» [5] . Откуда мне знать? Это же плита.
– Если мне придется отвалить такой куш, то понадобится серьезная поощрительная программа.
5
Песня из мюзикла «Оклахома!», впервые поставленного на Бродвее 31 марта 1943 года.
Я чуть не расхохоталась:
– Поощрительная программа? И чем же сегодня поощряется плита?
– Зависит от обстоятельств. У тебя есть форма медсестры?
Я лукаво изогнула бровь:
– Нет, но у меня есть рабский костюм принцессы Леи.
В глубине глаз Рейеса вспыхнул горячий голод, от которого тепло разлилось у меня внизу живота. Голод этот был лишь отчасти вызван тем, что Рейес хорошо знал, из чего состоит упомянутый костюм.
– Сойдет. И обо всех проблемах уже позаботились. – Он отдал мне список. – Просто отнеси это в управляющую компанию.
– А они мне от ворот поворот не дадут?
– Нет, если хотят, чтобы ты оставалась их клиентом. – Тут он прав. – Все еще планируешь нанести визит дилеру?
Пока он говорил, я отвлеклась на какую-то тень сбоку. Иногда СДВ приходится очень кстати. Я повернулась и успела заметить, как у моей двери появился и тут же испарился Дафф.
– Запомни, на чем мы остановились, - сказала я Рейесу, осмотрелась в коридоре и крикнула: - Дафф! Покажись сию же секунду!
Он послушался, вот только нарисовался в другом конце коридора.
– Чем это ты занимаешься? – спросила его я.
– Н-ничем, п-просто с-стою, - ответил он, заикаясь сильнее обычного. Однако смотрел он не на меня. Его взгляд был прикован к Рейесу, а сам Дафф смахивал на кролика, готового сбежать в любую секунду.
– Слушай, - я шагнула к нему, - у меня есть парочка вопросов. Хотела с тобой поговорить. Может, подойдешь?
– С-спасибо, н-но лучше я з-здесь п-постою.
Блин, какой он все-таки милый!
– Как тебе угодно. Но серьезно, мне надо с тобой поговорить… - Я уже собиралась пригласить его к себе, как вдруг краем глаза заметила мрачного Рейеса и повернулась к нему: - Ты что творишь?
– В смысле?
– Ты его пугаешь.
– Я просто стою.
– Пугающе стоишь.
Уголок его рта приподнялся в полуулыбке.
– А как мне надо стоять?
– Для начала прекрати так мрачно на него зыркать.
Он снова перевел взгляд на Даффа. Медленно. Угрожающе.
– Но это же весело.
Я решительно двинулась обратно к нему:
– Рейес Александр Фэрроу, можешь ты быть повежливее с призраками или нет?
Он опустил голову, притворяясь, будто раскаивается, а потом взглянул на меня из-под неимоверно длинных ресниц:
– Только Дафф не какой-нибудь случайный призрак. Верно, пацан? – Рейес бросил на него очередной холодный взгляд, и Дафф испарился.
– Ну елки-палки! – раздосадовалась я и ткнула Рейеса кулаком в плечо. Правда, еле-еле. – Откуда ты его знаешь?
– Мы с Даффом старые друзья. Время от времени он навещал меня в тюрьме.
– Чего?! – Я оглянулась, но Даффа по-прежнему было. – Зачем?
– Он за мной следил. – Рейес легко провел пальцами по моему животу.
– И зачем ему за тобой следить? – спросила я. Вечно обо всем узнаю последней.