Чтение онлайн

и безостановочно! Но если нас вынудят поджигатели

войны, мы встанем у пушек, и великий строитель и за¬

щитник мира — родная Коммунистическая партия пока¬

жет нам цель, куда бить! Мы отстоим мир... честное

слово!

Сопровождаемый аплодисментами, Антон сошел с ка¬

федры, стараясь усмирить в себе возбуждение, но щеки

долго еще не могли остыть.

После закрытия заседания Антон быстро оделся и

вышел на улицу. Ветер не переставал, сквер перед Боль¬

шим театром обновление белел, плотно покрытый снегом,

Таня встретила Антона ласково, с затаенной ра¬

достью, которая светилась у нее сквозь пушистые рес¬

ницы. Была она по-домашнему тихая й, казалось, сму¬

щенная чем-то, крепко кутала плечи и грудь в шерстя¬

ной платок, движения были мягкие и осторожные.

— Озяб, наверно? — спросила она негромко. — Са¬

дись, чаю налью. Я слушала по радио, как ты говорил...

Хорошо, — похвалила она. — Видно, выучил наизусть...

Мне почему-то бывает совестно, когда люди читают речи

по бумажке и запинаются. А ты говорил хорошо, прямо

оратор... — и улыбнулась, не поднимая глаз.

... Они сидели на диване рядышком, редко и неохотно

прерывали молчание, заполненное светлыми и волную¬

щими думами. Настольная лампа под синеватым абажу¬

ром освещала комнату лунным полумраком. Сидеть

было тепло и уютно. Наконец Антон пошевелился, про¬

молвил:

— Надо успеть на метро...

Таня встала, подойдя к окну и отогнув занавеску,

взглянула: на улице в отсветах фонаря наискось чертили

воздух падающие снежинки.

— Ветер, снег... Куда ты опять в холод пойдешь... —

Она произнесла это тихо, как бы проверяя свои мыс¬

ли. — Оставайся здесь... — И, повернувшись, взглянула

на него тревожно, строго и гордо. Он приблизился к ней,

полный неизъяснимого и великого чувства. Обнявшись,

они стояли посреди комнаты долго, безмолвно, не дыша.

Вместо эпилога

И снова весна...

Антона разбудили телефонные звонки, — он спал

после вечерней смены. Соседка, должно быть, ушла в

магазин, к телефону никто не подходил, а вставать не

хотелось.

«Вот прицепился кто-то! — с недовольством думал

Антон сквозь сладкую дремоту. — Пусть его: позвонит-

, да и отступится — догадается, что никого нет

дома».

Но звонки не прекращались, настойчивые, пронзи¬

тельные и какие-то захлебывающиеся. Делать нечего —

пришлось подыматься. Сняв трубку, Антон услышал то-

ропливый и возбужденный голос Тани: она просила его

немедленно приехать в кузницу.

— Что-нибудь случилось?

— Да, случилось; — ответила Таня. — Ты очень ну¬

жен. Приезжай скорее.

Антон с недоумением постоял возле телефона: что

бы могло произойти?

Быстро одевшись, Антон вышел на улицу. Медленно

занималось хмурое мартовское утро, небо нависло над

самыми крышами домов, неприветливое, мглистое; косо

и стремительно падали редкие снежинки и, коснувшись

асфальта, тут же таяли; в холодноватом воздухе, едва

внятный и волнующий, чувствовался аромат мимозы: мох¬

натые кусты ранних весенних цветов желтели в палат¬

ках и у цветочниц на углах улиц.

Взволнованный голос жены, как бы продолжая зву¬

чать в ушах, заставлял Антона торопиться. Пройдя в за¬

вод, он поднялся к Володе Безводову — там было пусто.

Громкие и неразборчивые голоса слышались из парт¬

бюро. Здесь Антон застал Безводова, Фирсонова, Фому

Прохоровича, Самылкина, Таню и еще многих знакомых.

Все они были чем-то взбудоражены, шумны.

При появлении Антона все смолкли, выжидательно и

с любопытством поглядели на него. Володя Безводов,

шурша газетой, рванулся было к Антону:

— Спишь и не знаешь, что произошло!

Но Володю остановил Фома Прохорович. Старый куз¬

нец подступил к Антону и, кашлянув, сказал торже¬

ственно:

— Для нас, Антон, сегодня великий день: нам с то¬

бой присудили Сталинскую премию. Володя, подай га¬

зету.

Безводов ткнул пальцем в обведенное чернилами ме¬

сто. Опять все примолкли, с интересом наблюдая за куз¬

нецом, пока он читал и перечитывал коротенькие строч¬

ки. Рядом с именами рабочих других заводов Антон

увидел фамилию свою и Фомы Прохоровича, пробежал

глазами заключительную фразу: «За коренное усовер¬

шенствование производственной работы».

Потом Антон шагнул к Полутенину и крепко обнял

его.

— Спасибо вам, Фома Прохорович, за все, — сказал

он глухо и повернулся к Фирсонову, — И вам, Алексей

Кузьмич, спасибо... И вообще спасибо людям, товари¬

щам...

— Премия дана тебе в самом начале твоего пути, —

сказал Алексей Кузьмич. — Она обязывает тебя не

останавливаться на месте, а идти вперед, искать новое...

Я рад за тебя. Поздравляю!

Василий Тимофеевич удивленно всплеснул руками.

— Пришел мальчишкой, нагревальщиком. Давно ли

я, гляди, парень, ругал тебя, на черную страничку зано¬

сил? А теперь — лауреат Сталинской премии, все равно

что академик или народный артист какой!.. Ай-яй, что

делается в мире!..

Антон приблизился к окну, взглянул на плотно сомк¬

нутые ряды корпусов, на трубы вдали... Снег перестал.

Над заводом в разорванных облаках голубыми прога¬

линами сияло радостное небо, прогалины ширились, си¬

нева обнимала пространство все больше, и от этой си¬