Чтение онлайн

Вой, который раздался, когда Кризис повернула одну из ручек, только нарастал. В самом большом окошке со шкалой измерительная стрелка лихорадочно билась справа, в красной зоне. Раздался свист, и из аварийного клапана в потолок ударила струя пара.

— Кризис! — раздраженно рявкнула Венди, — Что ты уже сделала?!

— Ой-ой, — охнула блондинка, и принялась лихорадочно поворачивать все подряд ручки, надеясь найти среди них ту, поворот которой и привел к разносу всей системы.

Прежде, чем Венди успела ее остановить, Кризис молниеносно дотянулась практически до каждого управляющего органа огромного котла, отвечавшего за отопление и горячую воду во всем корпусе. От этого, разумеется, стало только хуже — не запомнив, какой же вентиль она крутила при входе в комнату, и принявшись крутить их все подряд, блондинка только вконец разбалансировала работу котла, и к реву кипящей воды и свисту пара прибавился тревожный колокольчик, а на панели закрутился оранжевый проблесковый маячок.

— Ну, почему-у-у? — чуть не плача запричитала Кризис, перекрывая какофонию звуков.

Почему это случается

всегда? Девушка вздрогнула, когда в памяти всплыл, против воли, раздраженный голос Анны, бормочущей проклятия после очередной катастрофы. Она подняла лицо к потолку, и в отчаянии взвыла, в то время как котел все громче и угрожающе бурлил.

— Бежим! — крикнула Венди, дернув ее за руку.

Обе девушки выскочили обратно в коридор. Было уже очевидно, что катастрофы не избежать, а, значит, тихо поискать нужный проход им однозначно не дадут. Оставалось только оперативно свалить подальше, и надеяться, что получится пробраться в другой раз.

Они не успели сделать и шагу, когда перегретый котел, наконец, с оглушающим грохотом лопнул. Нет, он не взорвался и не разнес половину здания. Аварийный вышибной клапан в днище вылетел, и содержимое котла под давлением пролилось на пол. Несколько тонн кипящей воды хлынули через порог в коридор, где находились две незадачливые диверсантки, обутые только в гольфы и легкие туфельки.

— Ай-ай-ай! — взвизгнула Кризис, когда кипяток плеснул ей на ноги.

Венди удержалась от вскрика, только зашипела сквозь зубы. По щиколотку в горячей воде, девушки в несколько отчаянных прыжков добрались до выхода, с облегчением запрыгнув на ступеньки, ведущие наверх.

Они понеслись вверх по лестнице, торопясь убраться с места преступления незамеченными. Где-то там, наверху, студентки, купавшиеся после физры в душевых кабинках, сейчас визжали из-за того, что на головы им резко полилась ледяная вода, техники бежали, побросав недоеденные бутерброды, встревоженные громким хлопком в подвале.

— Кризис, ну твою же мать, а? — шипела сквозь зубы взбешенная Венди.

— Вперед! Вперед! — раздраженно рычала Шаан, окриками подгоняя питомцев по полосе препятствий.

Прошло еще несколько дней с момента неудачи в бойлерной. Группе вновь пришлось затаиться, чтобы не выдать неведомым агентам Империи своих намерений. А это значило, что достижение заветной цели снова откладывается, что придется и дальше маскироваться под студентов ненавистной школы, и что питомцам придется продолжать рисковать своей жизнью. Но информация в хранилище слишком важна, и, скрепя сердце, приходилось смиряться и тянуть лямку и дальше.

Всю копящуюся ярость Шаан выплескивала на питомцев в бесконечных тренировках. Девушки становились все сильнее и быстрее, но одновременно росла и сложность поставленных перед ними задач. Полоса усложнялась, стенка для карабканья становилась выше, появилась полоса натянутой проволоки, под которой необходимо было проползать с максимально возможной скоростью. В конце предстояло залезать по канату на высоту почти третьего этажа.

Поблажек Шаан не делала никому. Наоборот, к тренировке Софии она подходила с остервенением, гоняя несчастную девушку еще сильнее, чем остальных питомцев.

Обучи ее .

София многократно прокляла тот день, когда ее бес попутал отправиться одной через заросли на поляну, где она узнала секреты Венди и Шаан. Тогда Венди и сказала те слова, бросила отрывисто и четко, словно отдавая приказ. И все теперешние мучения, возможно, такая изощренная месть за проявленное в ненужный момент любопытство.

Впрочем, это только предположение. Другим питомцам доставалось не меньше, а робкие протесты вызывали шквал ругательств и яростные понукания.

Вот и сегодня полоса. Проклятая полоса, уже заученная, казалось, до последнего сантиметра. Но нет! Каждые три дня появляется какой-то новый элемент, и проходить ее становится еще труднее.

София бежала изо всех сил, завершая последний круг. Шаан и другие защитницы наблюдали со стороны. Девушка достигла бруса, расположенного горизонтально на уровне пояса. Через него надлежало перевалиться, что она и проделала, с трудом удержавшись на ногах при приземлении на другой стороне.

— Быстрее! — донесся до нее раздраженный окрик Венди. — Джульета, быстрее! Какого хрена ты пасешь задних?! Смотри — тебя лани обгоняют! Я для чего тебя кормлю? Ты же хищница! Ну, типа. Навались!

За брусом начиналась сетка проволоки. София бросилась на землю и поползла по-пластунски. Ее тренировочная форма покрывалась грязью, а отстирывать придется сегодня же и самостоятельно. Шаан внесла в распорядок жизни множество новшеств. Теперь полагалось держать в порядке постель и одежду. Вскакивать строго по сигналу будильника, заправлять кровать и одеваться за одну единственную минуту. Форма, школьная и спортивная должна быть выстирана, выглажена и сложена на положенном ей месте в шкафчике. Обувь должна быть начищена до блеска.

С точки зрения Софии, все это не имело практического значения. Но Шаан не отступала. Анаконда знала, что таким образом в рекрутов механически вбивается привычка жить по распорядку, превозмогать лень, выполнять множество мелочей, которыми полна даже гражданская жизнь, не говоря уже о военной.

София бежала, ползла, прыгала, перепрыгивала и перелезала. Первой из всех. Еще один брус. Снова перелезть. Последнее препятствие — канат. Он болтался в воздухе, уходя вверх, крепясь к краю площадки, на которую надлежало забраться, чтобы этот ад, наконец, завершился.

— Лезь!

София схватилась за канат и полезла наверх, обхватив его ногами и руками. Рывок за рывком. Веревка жгла ладони, движения замедлялись все больше — второго (или третьего) дыхания уже не хватало.

Остальные питомцы не смогли взять это последнее препятствие — в изнеможении, они кучей мала повалились на землю у подножья стенки, не в силах пошевелиться. Кто-то хватал воздух ртом, кто-то тихонько поскуливал. И этот скулеж высасывал из Софии остатки сил. Она зависла где-то посередине, отчаянно вцепившись в канат и не в состоянии сдвинуться выше.

— Лезь наверх!

— Я не могу!

— Лезь, твою мать!

— Я не могу, Шаан, не могу! Мне плохо, меня сейчас вырвет.

— Шаан, пожалей ее! Это слишком для обычной девочки! Она же не терминатор! Посмотри, она сейчас сознание потеряет!

— Кризис, заткнись!

— Скажи ей, Венди!

—.

Заскрежетав зубами, Шаан скользнула вперед, без колебаний влезая хвостом в грязь, оставшуюся от ночного дождя.

— София! Ты можешь это сделать, а это значит — ты должна это сделать! Ты сильная, ты через столько всего прошла — пройдешь и через это! Там, наверху, находится счастье. Там — шанс на жизнь! Там — вершина пищевой цепи. Побеждает лишь тот, кто сражается! Ты или лань, или хищница! Если лань, то ложись и скули, как остальные, ожидая, пока кто-то придет и сожрет тебя! Если ты хищница, то вперед — кричи, плачь, блюй или сри в штаны — только, блять, лезь наверх!