Чтение онлайн

– А они ведь не очень хитры, не так ли?

– Да. Они слишком резко отреагировали и сами вызвали интерес к этому делу.

Сэм проводил Лизу до ее офиса.

– Мы успеем сделать что-нибудь до понедельника?
– спросила она.

– Не стоит чересчур много болтать за пределами безопасных комнат, напомнил Холлис.

Она кивнула.

– А это правда, что мы подслушиваем самих себя?

– Возможно. Я устал шептаться с людьми на ушко и вообще ничего уже не понимаю.

– У тебя погано на душе оттого, что ты уезжаешь, да?

– Мне не нравятся обстоятельства, при которых я уезжаю, а тебе?

– Мне очень грустно. Но я рада, что это случилось с нами обоими. Мы сможем быть там вместе, Сэм.
– Она улыбнулась.
– Генерал.

– Они будут играть честно. При условии, что и мы тоже.
– Холлис посмотрел на часы.
– Мне пора...

– Мне тоже.
– Она посмотрела ему в глаза и прошептала: - По-моему, я в тебя влюбилась.

– А теперь, пожалуйста, немножко погромче - для микрофона.

– Мы поужинаем с тобой сегодня вечером?
– спросила она.
– Место выбираешь ты, а я готовлю.

– У меня только пиво и горчица. Но если ты дашь список покупок, я закажу.

– Нет. Я сама зайду в магазин, куплю все, что нужно, - сказала Лиза. Приготовлю русскую еду. А за тобой водка.

– Тебе не стоит уходить одной с территории посольства, - напомнил Холлис.

– Магазин не присылает покупки на дом.

– Будь осторожна.

– Есть, сэр!
– она повернулась и вошла к себе в офис.

Глава 20

В шесть часов вечера в кабинете Холлиса зазвонил телефон.

– Холлис слушает.

– Это Айлеви. Если вы свободны, может, выпьем по коктейлю?

– Нет, я договорился об ужине через полчаса.

– Придется вам перенести его на час.

– Тогда зачем вы спрашиваете, свободен я или нет?

– У нас общее дело, Сэм.

– Я же отстранен отдел.

– О, не верьте всему, что слышите. Вас освободили только от обязанностей военно-воздушного атташе. Вы что, действительно решили, что отстранены и от своей разведывательной работы?

– Нет.

– Итак, через десять минут у меня. Знаете, где я живу?

– Найду как-нибудь.
– Холлис повесил трубку и позвонил Лизе, но там не ответили. Он нажал кнопку интеркома и связался со своим помощником, капитаном О'Ши.

– Эд, вы работаете сегодня вечером?

– Да, сэр, до восьми часов.

– Прекрасно, если мисс Родз... вы ее знаете?

– Да, сэр.

– Если она позвонит или заглянет... она сейчас отправилась в город за покупками... предупредите, что я буду... у себя примерно в половине восьмого.

– Есть, сэр. А до этого времени я смогу вас найти?

– Возможно.

– Вы отправитесь в город?

– Нет, капитан. Я буду здесь, в "крепости". А что?

– Просто соблюдайте осторожность, полковник.

– Чей это совет?

После небольшой паузы О'Ши ответил:

– Ничей. Ведь я - ваш помощник.

Холлис повесил трубку, а через несколько секунд к нему вошел О'Ши с грифельной доской. На ней было написано мелом: "Генерал Брюер из дипкорпуса приказал мне сообщать о всех ваших действиях".

Холлис написал на своей грифельной доске: "ДМК" - "Держите меня в курсе".

О'Ши кивнул и произнес таким тоном, словно только что вошел:

– Извините, полковник. Вашим отъездом, естественно, заинтересовались представители прессы: англичане, австрийцы, канадцы и кое-кто из Западной Европы. Они хотели узнать, почему вас объявили персоной нон грата. Разумеется, я их отослал в пресс-бюро. Однако все они хотят поговорить с вами не для протокола.

– Кто-нибудь из них упоминал о Фишере?

– Да, сэр. Они пытаются отыскать связь между смертью Фишера, вашей поездкой в Можайск и вашим отзывом из страны.

– Дотошные люди.

– Да, сэр.

Холлис надел пальто.

– Если мне позвонит полковник Буров, то переключите его звонок на квартиру мистера Айлеви.

– Есть, сэр, - сказал О'Ши и вытер обе грифельные доски.

– И держите оборону, Эд.

Холлис вышел на улицу и поежился. Проходя мимо блока, где жила Лиза, он взглянул на ее окна. Они оставались темными.

Он подошел к двери Айлеви и позвонил.

Сэз провел его наверх в гостиную.

Холлис был впервые в квартире Айлеви и удивился ее размерам и обстановке. Комнаты были заставлены русским антиквариатом. Сэм почувствовал себя как в музее: старинная мебель, картины, самаркандские ковры, фарфор, шкатулки.

Сэз нажал выключатель на стене, и квартиру заполнила музыка, которая, как понял Холлис, должна была служить звуковым прикрытием их разговора.

– Недурно для сотрудника по политическим вопросам среднего ранга, заметил Холлис.
– Ваша квартира похожа на филиал Зимнего дворца.

– За все платит моя контора. Из дипломатического бюджета на это не потрачено ни гроша, - ответил Айлеви.
– Присядьте, Сэм. Вам скотч, верно?

– Благодарю.
– Холлис сел в шикарное, обитое бархатом кресло.
– В Пентагоне в отличие от вашей конторы подобных привилегий нет ни у кого.

Айлеви протянул ему стакан.

– Так переходите к нам. Мы с радостью примем вас на службу.

– Нет, спасибо. Я хочу снова начать летать. Это мое единственное желание после всей этой кутерьмы.

– У нас тоже есть реактивная авиация. Но, по-моему, в авиации вы попусту потратите ваш талант.

– Что же у меня за талант, Сэз?

– Шпионаж. Это ваше призвание. Давайте выпьем за ваше благополучное возвращение домой.

Они выпили.

– Нет, я бы предпочел летать.

– Авиация - для вас, возможно, любовь, однако шрамы на вашей спине вызывают у меня сомнение в целесообразности вашего возвращения в нее.

– Я ушел от шестнадцати ракет, но ведь всем известно, что существует и семнадцатая!
– улыбнулся Холлис.