Чтение онлайн

– О, в этом гастрономе его не было. Мы слегка перекусим. Я не слишком голодна.

– А я голоден как волк. Схожу-ка я в буфет.

– Да тут всего хватит. Сделай мне водку с лимоном, пока я все соберу. Где у тебя консервный нож?

– Вот он.

Холлис достал из холодильника лед, бутылку "Столичной" и наполнил два стакана.

– Лимона у меня нет. Здесь вообще-то они бывают?

Лиза достала из кармана лимон.

– Я взяла его в комнате отдыха. Бармен в меня влюблен. Садись-ка на диван, - сказала она.
– А я за тобой поухаживаю. Ну же, иди.

Холлис отправился в гостиную и вытащил из-под дивана журнал. Через несколько минут Лиза вошла с подносом и поставила закуски на кофейный столик.

– Как ты думаешь, нам дадут совместное назначение?
– спросил он ее, усаживая рядом с собой.

– А тебе бы хотелось этого?

– Я что, слишком умный, или ты тупая?

– Я исправлюсь, - улыбнулась она.

– И получится?

– Думаю, да. Как прошли у тебя последние полгода, Сэм? Ты скучаешь по ней?

– Да нет, однако моя холостяцкая жизнь не слишком-то интересна. Я больше не могу играть в бридж с женатыми, и не могу крутиться вокруг тебя в комнате отдыха среди холостяков. Я в переходном состоянии.

– Ты был слишком груб в постели.

– Тяжело так ходить в течение полугода.

– Так, значит, все эти истории о твоих любовных похождениях неправда?

– Ну, может быть, три из них имели место, - улыбнулся он.

– Неужели я - первая женщина, с которой ты здесь переспал?

Лиза сильно потянула его к себе за галстук.

– Эй, ты сейчас задушишь меня!

– Ну, отвечай же!
– лукаво-гневно приказала она.

– Да, да, да!
– рассмеялся Сэм.
– Я же говорил тебе. Я вел исключительно одинокую жизнь.
– Он схватил ее за запястья и повалил на диван. Они поцеловались.

Вдруг она отстранилась.

– Подожди. У меня в сумке видеокассета. "Доктор Живаго". Я месяц дожидалась ее, поэтому мы должны посмотреть.
– Лиза вернулась на диван, легла и положила ноги ему на колени.
– Ты разбираешься в женских ножках?

– Никогда не думал об этом.

– Ты не хочешь погладить мне ноги?

– Нет, - ответил Сэм, поглаживая их.

Потом они смотрели фильм и пили водку.

– Я смотрела этот фильм четыре раза. И всегда он доводил меня до слез.

– Почему бы тебе не прокрутить его наоборот? Тогда в конце царь взойдет на трон.

– Не будь идиотом! О, ты только посмотри на него. Он великолепен!

– Похож на торговца старыми коврами.

– О, Сэм, как бы мне хотелось съездить в Переделкино, положить цветы на могилу Пастернака и послушать, как русские читают его стихи.

– Похоже, ты уже не успеешь осуществить свои желания.

– Знаю. И это очень грустно. Я уже на пути домой.

– Смотри фильм. Сейчас Лара будет стрелять в толстяка.

Они поуютнее устроились на диване и занялись любовью, а потом провалились в сон. В час ночи Холлис проснулся и натянул брюки. Лиза открыла глаза.

– Куда ты?

– За сигаретами.

– С кем у тебя встреча?

– С женой посла. Я собираюсь сообщить ей о нашем разрыве.

– Ты встречаешься с Сэзом?

– Правильно. Ты ревнуешь?

Она закрыла глаза и повернулась на другой бок.

– Ты никогда не говорила мне, что он живет по-царски.

– Не веди себя как животное после случки, Сэм.

Холлис вышел, с треском захлопнув за собой дверь.

Часть III

Русский - это восхитительная личность, пока он спокоен. Как восточный человек он очарователен. С ним трудно иметь дело только тогда, когда он настаивает, чтобы к нему относились как к самому восточному из западных людей, а не как к самому западному из восточных, каковым он и является на самом деле...

Редьярд Киплинг

Глава 22

– Вы не могли бы сменить пленку?
– попросил Холлис.
– Никак не могу полюбить их песни.

– Разумеется, - отозвался Айлеви.
– Иногда я ставлю то, что им приятно было бы слушать. Что вы предпочитаете. Тину Тернер или Принца?

– Да что угодно, на ваше усмотрение, Сэз.

Айлеви поставил пленку с записями Принца.

– Услышав это, они пошлют кого-нибудь за водкой, - сказал он и повернулся к Холлису.
– Итак, продолжим. Чем же занимаются в этой тюрьме триста американских летчиков, чтобы отработать свое содержание и избежать расстрела?

– Давайте-ка вернемся назад, - предложил Холлис.
– Если известно, что в этом месте держат американских военнопленных, то почему наше правительство ничего не предпринимает?

Айлеви добавил в свой кофе немного бренди.

– Мы ничего не знали об этом до вечера пятницы.

– Что мы могли предпринять? Если бы наш президент начал задавать вопросы или выдвигать требования советским властям, они бы ответили: "О чем вы говорите? Вы вновь создаете угрозу миру?" И знаете что, Сэм? Они бы оказались совершенно правы. А если бы президент пришел в ярость и выдвинул публичное обвинение, то ему пришлось бы отозвать нашего посла, дать пинка под зад их послу и отменить переговоры на высшем уровне. И все это по-прежнему без каких-либо доказательств. И мир опять обозлился бы на нас. У этого парня, которого они посадили в Кремле, отличная пресса. Он утверждает, что хочет стать нашим другом.

– Тогда он не позволил бы своим головорезам из КГБ убивать и нападать на американцев.

– Занятная точка зрения, - признал Айлеви.
– Это всего лишь часть сложной проблемы, с которой мы столкнулись. Этот новый парень получил в наследство триста американских военнопленных. Однако руководит этим лагерем КГБ. А насколько подробно кагэбэшники информировали его об этом лагере? Насколько он в курсе того, что нам уже известно о "школе обаяния"? По правде говоря, мы сами не во все посвящаем наше руководство, не так ли, Сэм? КГБ и Советской Армии не нужен мир с Западом.

– А ваши люди саботируют мирные инициативы?

– Не всегда, - усмехнулся Сэз.
– А что вы скажете о парнях из Пентагона?

– Не у всех чистые руки, - ответил Холлис.

– А какова ваша личная точка зрения, Сэм?

– Я за мир на честных условиях. А вы? Вы же не поклонник Советов и разрядки.

– Я всего лишь ввожу вас в политический курс, - пожал плечами Айлеви. Выполняю то, что мне приказывают. А мне приказывают не приставать к советским властям с вопросами, содержат ли они в заключении американских граждан.
– Айлеви развалился на диване.
– Потому я и не делаю этого. В противном случае Буров переведет куда-нибудь этот лагерь или просто-напросто расстреляет всех пленных.