Чтение онлайн

– Не поддавайтесь унынию, - предупредил Пол своих юных спутниц.
– Сирены намеренно устроили в своем жилище такой хаос.

– Хотите сказать, что все это бутафория?
– зажав нос, спросила Габи.
– Даже на скотобойне пахло приятнее.

Квадрига зависла в нескольких сантиметрах от земли, но пассажиры не спешили ее покидать.

– К сожалению - нет, - поморщился Пол.
– Сирены все еще развлекаются тем, что заманивают мореплавателей на свои скалы, топят их корабли и иссушают тела, лишая вдохновения и самой жизни. Паника и моральное истощение - излюбленное лакомство мерзких старух.

Настя прочистила мгновенно пересохшее горло и проговорила, вкладывая в голос столько веры, сколько могла:

– Справимся.

– Должны!
– как молитву, подхватили подруги.

Аполлон первым шагнул на недружелюбную землю и, прежде чем помочь девушкам, предупредил:

– Еще не поздно отказаться. Вы можете остаться на борту и дождаться, пока я вернусь вместе с Энн. Если она еще жива...

– Ну уж дудки!
– бросила Габи и ловко спрыгнула с квадриги.
– Музы никогда не сдаются.

На острове не было ничего, напоминавшего жилище хоть отдаленно. Девушки долго оглядывались, и Настя спросила у Пола:

– Где нам искать сирен? Как они вообще могут жить в таком месте...

– А зачем их искать, - невесело усмехнулся бог.
– Вот же они.

И указал на скалу, на которой сидели три черных вороны. Крупные, точно разжиревшие на городской помойке, они раскрывали огромные клювы, оглашая окрестности противным карканьем.

– Мне не нравится, как они на меня смотрят, - пожаловалась Шел.
– Того и гляди бросятся и выклюют глаза.

– Там, рядом с ними еще какая-то птица, - присмотревшись, сообщила Габи.
– Я могу ошибаться, но, кажется, это...

К скале была привязана серая голубка. Изможденная, ободранная, она почти не шевелилась, сливаясь с утесом.

– Ты права, это наша Энн, - сообщил Пол.

В тот миг он выглядел таким настороженным и суровым, что, наверное, мог бы сразиться с целой толпой циклопов. А сирен - так и вовсе разорвать на клочки.

Но Зевс не давал на то позволения. Потому директору школы и сиятельному богу приходилось сдерживать гнев.

– Эй, вы, верните мою ученицу!
– приказал он сиренам.
– Или предпочитаете, чтобы Зевс явился за ней лично?

– Зачем тебе предательница?
– прокаркала одна из сирен. Судя по дрожащему голосу - Усталость.
– Чтобы наказать? Так она и без того свое получит.

– Наивная, - хрипло, точно спросонья, рассмеялась Лень, - думала, мы и правда вернем ее на землю, к любимому. Больно нам надо налаживать ее личное счастье.

– Так вот что вы пообещали ей, мерзавки!
– не выдержала Габи.

Аполлон взглядом заставил ее замолчать.

– Не ваше дело, что я стану делать со своей ученицей, - объявил он старухам.
– Отпустите ее.

Сирены заработали мощными клювами, расклевывая веревку, удерживающую Энн. Как только последняя нить оборвалась, голубка обратилась девушкой. Потрепанной, бледной и бездыханной.

Музы напряглись, готовые в любую секунду броситься к подруге.

– Без паники, - предупредил их Пол.
– И не приближайтесь.

Произнес заклинание, и тело Энн окутало грозовое облако. Перенесло к ногам директора.

Пока он исцелял ученицу, сирены наблюдали за ним и музами. О чем-то перешептывались и возмущенно каркали.

Но вот Энн распахнула глаза, сделала первый за долгое время судорожный вздох. Из глаз ее хлынули слезы, с губ слетело извинение, похожее на прощание:

– Простите меня... оставьте здесь... дайте умереть.

– И не мечтай!
– упрекнул ее Пол. И обратился к спутницам: - Она все еще муза и нуждается во вдохновении. Сумеете помочь?

Девушки окружили подругу. Вдохнули в нее свои силы, напитали энергией. И пусть Энн предала школу, прощение - дар, необходимый каждому.

– Перья в коронах муз были светлыми, полупрозрачными, - вспомнила Настя, глядя на сирен искоса.
– А у этих ворон черные, как сама бездна.

– Рядом с ними и красота обесценивается, - сообщил Аполлон, - а белое становится черным.

Вороны взмахнули крыльями и перебрались ближе. Угрожающе закаркали.

– Забрали, что хотели, - теперь убирайтесь!
– прохрипела Усталость.
– Это наш остров, тут вам не место.

Настало время исполнить задуманное. Настя собрала волю в кулак и проговорила, стараясь, чтобы голос не дрогнул:

– Хотим предложить вам состязание. Если выиграете - получите тела троих из нас. Проиграете - вернете перья. Согласны?

Сирены явно не ожидали такого предложения. Собрались в кучку, раскаркались, ссорясь чуть ли не до драки.

– Что, сомневаетесь в своих силах?
– подзадорил их Пол.
– Даже с крыльями вы не сильнее воробья, что пытается противостоять порыву ветра.

– Это они, что ли, ветер?
– вспылила Отвлечение, кивая на девушек.
– Всего лишь жалкие смертные, возомнившие себя музами.

– Тогда почему вы боитесь сразиться?
– продолжил бог.
– Или не хотите стать юными и прекрасными, приманивать моряков, не используя морок?

– Хорошо, - крякнула Усталость.
– Но соревноваться будем на нашей территории. Здесь и сейчас.

– И по нашим правилам, - встряла Отвлечение.

Аполлон дождался утвердительного кивка муз и кивнул.

– Предлагайте, - бросил сиренам.

– Мы призовем корабль, - сообщила Усталость.
– Если девчонкам удастся вырвать смертных из нашей власти и обратить в творцов - отдадим перья.

– Трое против троих!
– добавила Отвлечение.

– Клянетесь именем Зевса, что сдержите слово?
– задал Пол главный вопрос.

Сирены взъерошили перья, громогласно каркнули:

– Клянемся!

На глазах у удивленных девушек черные вороны стали менять очертания. Неуклюжие птичьи туши превратились в тела молодых женщин, черные перья - в волосы цвета смоли. Что и говорить, накладывать морок сирены умели отменно.

Расположившись на скалистом утесе, они затянули тоскливую призывную песнь. Ту, что веками заманивала мореплавателей в их сети. Ту, пред которой невозможно устоять.