Чтение онлайн

Коротко я могу сказать, что мне отведена религиозная и философская миссия заново истолковать Веду и Веданту (Упанишады) в древнем их значении, которое открылось мне благодаря подлинному опыту йоги, а также популяризировать новую систему йоги (новую как по своему методу, так и по цели), которая открылась мне и которой, по мере продвижения, я делился с молодыми учениками, бывшими рядом со мной, а также с другими жителями Пондичери. Мне приходится также разъяснять определенные идеи о Боге и жизни в литературных работах, речах и на практике, имея целью вызвать определенные социальные перемены и, наконец, предстоит проделать значительную работу для моей страны в особенности, как только в моих руках окажутся необходимые средства. Все это возможно только с помощью Бога и начнет осуществляться не раньше, чем обстоятельства и я сам окажемся к этому подготовлены.

В настоящее время, когда, заброшенный судьбой в Пондичери, я переживаю самый сложный период – долги, отсутствие средств к существованию, а те, кто мог бы помочь мне справиться с временными или постоянными трудностями, отсутствуют или находятся в недосягаемости, – я, основываясь на прошлом опыте, воспринимаю происходящее как знак свыше, доказывающий, что я приближаюсь к концу испытаний. Прошу вас, если вы не можете сделать ничего более, помочь мне продержаться по меньшей мере еще один-два месяца. После этого по ряду причин будет легче изыскать средства, если они не будут уже изысканы для меня. – А.Г.» [258]

Правители Индии ничего не забыли и не простили Шри Ауробиндо. И хотя его не было поблизости, они не чувствовали себя в безопасности, вынашивая планы как избавиться от него навсегда. Существуют доказательства, что вице-король лорд Минто заявил, будто он не сможет спать спокойно до тех пор, пока не покончит с Ауробиндо Гхошем. [259] Ранее правительство выдало ордер на его арест, однако Шри Ауробиндо проигнорировал его, написав в мадрасском «Санди Таймс», что уезжает в Пондичери, «повинуясь духовному призыву», а поскольку ордер был выдан после того, как он достиг французской территории, то не обязан являться в Калькутту. Мы уже знаем, каким преследованиям власти подвергли издателя «Кармайогина» в отсутствие Шри Ауробиндо. В низшей палате суда издатель проиграл дело, но его друзья уговорили его – он боялся, что приговор может быть еще строже! – обратиться с апелляцией в Верховный суд, в котором судья Холмвуд и судья Флетчер, не считаясь с приговором нижнего суда, не признали подстрекательским открытое письмо Шри Ауробиндо, вызвавшее такую ярость правительства. Потерпев поражение, но не отступив, индийское правительство попыталось воздействовать на французские власти, требуя, чтобы те выслали Шри Ауробиндо из Пондичери. [260] Однако проиграв и здесь, они наняли еще несколько местных агентов. Таким образом, в 1912 году некто Нандгопал, местный купец и политический интриган, поддавшись уговорам, дал согласие участвовать в заговоре, имевшем целью обманом вывезти Шри Ауробиндо за пределы французской территории, на которой арестовывать его было нельзя, и задержать там. Однако сподвижникам Шри Ауробиндо каким-то образом удалось вовремя узнать о заговоре и подготовиться к отпору любому провокатору, который осмелится переступить порог их дома. В итоге зло обернулось против самих заговорщиков! Нандгопалу был предъявлен ордер на арест за злоупотребления в проведении местных выборов, и он, будучи гражданином французской Индии, был изгнан из Пондичери и вынужден был искать убежища в британской Индии.

В Пондичери проживало насколько служащих ИГС, от которых правительство Индии требовало сведений и рапортов о политических изгнанниках, таких, как Бхарати, Шринивасачари, В.В.С.Айер, Нагасвами Айяр и другие, в том числе, конечно, и о Шри Ауробиндо и его сподвижниках. [261] Вот эти-то правительственные «угодники», желая доказать преданность хозяевам, и задумали заговор. Они собрали подстрекательскую литературу, сложили книги в контейнер и спустили его в колодец во дворе дома В.В.С.Айера. Затем вынудили подданного французской Индии, некоего Майерезона, сообщить властям, будто Бхарати с соратниками занимается опасной деятельностью, поэтому необходимо провести обыск в его доме и на участке. Однако заговор не удался. Контейнер с революционной литературой случайно извлек на поверхность слуга В.В.С.Айера, черпая воду из колодца. Бхарати сообщил о находке Шри Ауробиндо, который предложил ему тотчас же сообщить о случившемся во французскую полицию. Контейнер перешел к французским чиновникам. Заговорщики попытались навести тень подозрений на Бхарати и его сподвижников, якобы ведущих нелегальную переписку с индийскими революционерами, проживающими в Европе: Шьямджи, Кришна Верма, Мадам Кама и т. п., таким образом создав прецедент для их изгнания. Некто Нандо явился в дом Шри Ауробиндо вместе с шефом полиции и общественным прокурором. Они проверили содержимое нескольких чемоданов, но не нашли ничего запрещенного или предосудительного. Вместо этого они обнаружили труды на греческом языке! Нандо не мог поверить, что Шри Ауробиндо владеет греческим, латинским и другими европейскими языками. Потрясенный, он воскликнул: «Il sait du latin, Il sait du grec!» («Он знает латынь, он знает греческий!»). Его восхищению личностью Шри Ауробиндо не было предела, и последние подозрения рассеялись полностью. Он потребовал от жалобщика Майересона рассказать правду либо испытать на себе последствия, к которым ведут наговоры. После чего Майересон также исчез в британской Индии.

Конечно, Шри Ауробиндо не был так уж невинен. Хотя открыто он и не принимал участия в современной политической деятельности и не давал возможности своим недругам обвинить его в хранении нелегальных материалов или в подстрекательских высказываниях в речах или статьях, он все же поддерживал отношения с некоторыми революционерами и даже помогал им «из-за кулис». Вот, например, что писал Мотилал Рой в работе «Йога-пуруша [262] Шри Ауробиндо»: «В те времена Пондичери был свободным портовым городом, куда ввозилось немалое количество товаров из других стран. Революционеры из Чандернагора решили вывезти из Пондичери шесть револьверов и поручили выполнение этой задачи мне. Я вынужден был рассказать об этом деле Шри Ауробиндо и написал ему, попросив купить эти револьверы. Шри Ауробиндо не оставил без внимания мою просьбу. Однако из соображений предосторожности он, когда револьверы были доставлены, спрятал их в землю. Довольно долго не представлялось никакой возможности переправить их в Чандернагор. У Шри Ауробиндо в Пондичери было много друзей, но он убеждал всех, что прибыл туда лишь для занятий йогой. Ни в коем случае он не мог позволить им узнать, что поддерживает какие-то отношения с бенгальскими революционерами. Прошел год, прежде чем появилась возможность с большими предосторожностями переправить оружие в Чандернагор, воспользовавшись услугами Сачиндры Натха Санньяла. Однако, пролежав почти год в земле, револьверы стали практически непригодны к использованию». [263]

Далее Мотилал Рой пишет следующее: «В те дни Шри Ауробиндо не только пользовался шифровым кодом для передачи секретных сообщений, но и само революционное движение считал Вирачари Тантрой [264] , или Шакти-садханой индийской политики, и единственную цель видел в достижении Мукти и Бхукти – освобождения и счастья – не только для отдельного человека, но и для спасения и счастья всего народа. Как и многие другие, в те дни я не вполне понимал все значение его великих усилий, которые он прилагал для достижения той цели, к которой стремился, однако я был полон намерений следовать его руководству и делать то, что он мне скажет». [265]

Из-за не прекращающихся финансовых трудностей Шри Ауробиндо с учениками еще раз пришлось сменить жилье. За новое, расположенное на Мишен-стрит, они платили всего 15 рупий. Там они прожили до октября 1913 года, а затем переехали в более просторный и более обустроенный дом на Рю Франсуа Мартин. В этом доме, который сегодня принадлежит Ашраму и в котором расположена гостиница, Шри Ауробиндо прожил до 1922 года. Как-то из Кхулны в Пондичери прибыл Нагендра Кумар Наг, родственник Биджоя Нага. Он отличался слабым здоровьем и хотел быть рядом со Шри Ауробиндо, надеясь получить от него духовную помощь. Вместе с ним приехал слуга по имени Бирендра. Очень скоро он стал управляющим и поваром в хозяйстве Шри Ауробиндо. Какое-то время дела шли гладко, и, возможно, компаньоны Шри Ауробиндо даже почувствовали облегчение, освободившись от кухонных обязанностей. Приезд Нагена в некоторой степени облегчил их экономическое положение. Однажды Бирендра узнал, что Мони собирается наголо обрить голову, и принялся пылко разубеждать его – якобы из самых невинных побуждений, за которыми, однако, скрывался скрытый умысел. Бирендра выбрил свою голову, но отчаянно не хотел, чтобы так же поступил и Мони! На самом деле Бирен оказался агентом полиции, который вошел в доверие к Нагендре Нагу и через него попал в дом Шри Ауробиндо. Прослужив в Пондичери месяцев восемь-девять, он вскоре должен был передать свои обязанности новому человеку, прибывающему из британской Индии, чтобы продолжать шпионить. Но как новобранец, прибыв в Пондичери, мог познакомиться с Биреном, не вызвав подозрений? Было условлено, что новоприбывший обратится к бенгальцу с наголо выбритой головой. Но тут возникла угроза, что голову обреет и Мони. Значит, будет уже двое бритоголовых, причем оба бенгальцы, а следовательно, никакой надежды, что приехавший выберет именно того, кто ему нужен. Бирендра заподозрил, что Мони каким-то образом узнал о его тайне, а потому вознамерился выбрить голову из своих личных соображений, и страшно перепугался, решив, что возмездие не за горами.

Шпион, который до того был человеком бодрым и веселым, вдруг сделался мрачным и подавленным. Долгие разговоры с Мони и неспокойная совесть лишь подтверждали его подозрения, что тому известна его тайна и он просто морочит голову, прикидываясь, что ни о чем не подозревает. На самом же деле Мони понятия не имел ни о тайне Бирена, ни о его гнусном замысле. Как-то однажды обитатели хозяйства Шри Ауробиндо собрались вместе, пребывая в веселом расположении духа. «Вдруг, – рассказывает Нолини Канта Гупта, – поднялся Бирен и закричал: «Вы знаете, кто я такой? Вы не поверите, но я шпион, шпион британской полиции! Я не могу больше держать это в себе. Я должен выговориться, должен сделать признание!» С этими словами он рухнул к ногам Шри Ауробиндо. Все застыли, буквально онемев от потрясения. Пока мы пытались понять, правда это или выдумка, плод больного воображения или что-то в этом духе, Бирен продолжал: «Вы мне не верите? Тогда смотрите!» Он вышел из комнаты, открыл свой сундук, извлек оттуда банкноту в сто рупий и показал нам. «Вот вам доказательство. Откуда у меня могут быть такие деньги? Это вознаграждение за мои злые деяния. Никогда, никогда больше я не буду заниматься этой работой! Даю вам слово… И прошу вас простить меня…» Мы не смогли найти слов, чтобы ответить ему, застыв неподвижно и безмолвно». [266] Шри Ауробиндо не произнес ни слова, но атмосфера оставалась напряженной. В скором времени Бирен покинул Пондичери и, как стало известно, подался в Месопотамию на военную службу, чтобы избежать ареста и расправы со стороны революционных группировок в Бенгалии».

Итак, мы подошли к 1914 году, году определяющему в духовном отношении как для Шри Ауробиндо и самой Индии, так и для всего мира. 24 марта этого года Шри Ауробиндо в первый раз встретился и беседовал с Мирой Ришар, которую мы называем Матерью. Вместе с мужем Полем Ришаром она находилась в поисках духовного учителя, и эти искания увлекли их в продолжительные поездки на восток и запад. Наконец, они обрели духовного учителя в Индии – в лице Шри Ауробиндо. В тот год Матери шел тридцать седьмой год, и она прошла уже значительный путь по тропе духовных исканий. Несмотря на то, что она родилась на Западе, в одной из самых богатых семей Франции, она оказалась прирожденной йогиней. Ее встречи со Шри Ауробиндо имели важное значение. Один духовный адепт встретился с другим, равным ему. Приведем ниже запись из дневника Миры Ришар, сделанную после того, как она впервые встретилась и поговорила со Шри Ауробиндо: «Он, которого мы видели вчера, существует; само его присутствие доказывает, что недалек тот день, когда тьма обратится в свет, и когда царствие Твое утвердится на земле воистину». [267] Мать написала также, что аура, исходящая от Шри Ауробиндо, простирается на многие мили вокруг, и что она лично ощущала ее, когда корабль, на котором она путешествовала, был еще за многие мили от Пондичери.

Ни одну биографию Шри Ауробиндо нельзя считать завершенной без соответствующего упоминания о Матери. Самая первая встреча двух великих душ – югаватаров [268] для их учеников – привела к синтезу их идеалов, а также вылилась во внутренние устремления и неустанный труд, направленные на достижение этих идеалов. Та, что родилась на Западе, принесла с собой – помимо оккультных и духовных знаний и силы – богатое наследство в виде того великого и достойного, что есть на Западе, динамическую энергию, возможность и способности к организационной работе, умело подхваченные и дополненные «восточным вкладом»: твердой верой и беспримерным покоем и самообладанием – краеугольными камнями, на которых только и может быть возведено прочное духовное здание. Для Матери Шри Ауробиндо всегда оставался неизменным Аватаром, чьим трудам и жизни она посвятила себя целиком и полностью. [269] Что касается Шри Ауробиндо, то для него появление на духовной сцене Матери возвещало завершающую перемену в его садхане. Он признал ее духовную помощь с благородной скромностью и объявил всем своим последователям, кем она на самом деле является – Адья-Шакти, воплощенной Сознанием-Силой Высшего Божества. [270] И правда, для последователей Шри Ауробиндо его образ неразрывно связан с образом Матери.

Первый визит Ришаров в Пондичери продлился почти год. За этот недолгий период времени полностью и прочно определились их отношения со Шри Ауробиндо, их участие в его великом духовном подвиге. Поль предложил Шри Ауробиндо начать издание философского журнала, посвященного толкованию на рациональной основе духовных истин, познанных и открытых Шри Ауробиндо. Шри Ауробиндо согласился. Решение об издании журнала было принято 1 июня 1914 года, а уже 15 августа 1914 года, в день его рождения, вышел первый номер. Журнал назвали «Арья». Он издавался на английском языке, но для тех, кто говорил по-французски, было выпущено французское издание, названное «Ревью де ла Гранд Синтез». Журнал «Арья», вместе с его французской версией, редактируемый Шри Ауробиндо и Ришарами, ставил перед читателями следующие задачи и цели: