Штрафной удар в сердце
Шрифт:
Тяжелая рука Хименеса крепко сжимала мое обнаженное плечо, привлекая мое внимание. — Да ты что, кому вообще интересно, что там папарацци. Я уверен, что ты уже для них старая новость. Ты же знаешь, как коротка их память.
Вся раздевалка единодушно согласилась — любопытные ублюдки.
В животе образовалась сосущая пустота от предчувствия беды. Меня тянули в две разные стороны. С одной стороны, разочаровать команду было так же больно, как получить шайбой в лицо, но достаточно ли это было для того, чтобы я вышел из дома?
— Конечно, обычно их внимание бывает недолгим, но не когда у тебя есть бывшая девушка, которая работает журналисткой, — пробормотал я в конце, хватая свое полотенце.
Его выражение лица на мгновение вспыхнуло сочувствием, но пропало так же быстро, как и появилось, уступив место его фирменной улыбке. Его мозолистая рука снова оказалась на моем плече, удерживая меня на месте.
— Да не парься об этом, чувак. Мы идем туда, куда она, вероятно, не попадет. Это не станет проблемой. Кроме того, ты не можешь продолжать позволять другим управлять своей жизнью, кэп. Ты заслуживаешь делать то, что хочешь, и я знаю, что ты хочешь выйти с твоим лучшим другом и повеселиться, прежде чем Монро замучает нас на следующей неделе.
Я встретил его взгляд, посмотрев на его попытку сделать умоляющие глаза.
— Пожа-а-алуйста? — Хименес растягивал слово, словно в том двенадцать слогов.
В мире хоккея его могли представить как плейбоя, который мог зажигать на вечеринках так же усердно, как сбивать игроков в своей зоне, но он всегда был на моей стороне, и я хотел отдать ему должное. Даже если придется выйти из пещеры, в которую я сам себя заточил.
Я вздохнул. Он прав. Пора выходить из тени.
— Ладно, я в деле. Но только если ты уверен, что она там не появится…
Сегодня я хочу повеселиться. Это будет началом новой главы.
ГЛАВА 3
ДАЛТОН
СИСЬКИ — О НИХ СТОИТ УПОМЯНУТЬ ДВАЖДЫ
Бар был забит до отказа, но атмосфера оставалась уютной. Гул разговоров смешивался со звуками спортивных трансляций. Я мог представить, как это место становится новым пристанищем для нашей компании, особенно учитывая, что оно всего в нескольких минутах от арены.
— Я же говорил тебе, что поход с нами — лучшее лекарство от всех твоих бед. Сиськи, выпивка и… сиськи, — пробормотал Хименес, обняв меня за плечи. Я закатил глаза, глядя на его дурацкую ухмылку. Он всегда так выглядел, когда пил.
— Ты дважды упомянул сиськи.
— Оно того стоит, jefe8, — он хлопнул меня по спине, а затем переключился на разговор с кем-то другим, дав мне возможность осмотреться. С момента выхода из раздевалки никто не давал мне передохнуть.
Хименес буквально заливал в меня алкоголь, решив, что в таком состоянии я вряд ли сбегу, и постоянно держался рядом, словно личный надзиратель. Все боялись, что я свалю.
И, честно говоря, боялись не зря.
Как и следовало ожидать, он умолчал о том, что бар, куда мы направлялись, принадлежит его давнему приятелю и что сегодня у них пробный запуск. Оказывается, он пообещал, что мы заглянем в «Голкипер», чтобы они могли сделать несколько снимков команды для рекламы.
Нам предложили бесплатные напитки в обмен, но я не позволил бы им этого. Владельцу явно не сказали, сколько пива может выпить хоккейная команда за один вечер.
Место напоминало бар, в который мы ходили после игр в колледже — только без дешевой обстановки. «Голкипер» - это что-то между элитным рестораном и уютным баром с отполированными бетонными полами, элегантными светильниками и стенами, украшенными культовыми спортивными реликвиями.
Взрослая версия наших студенческих деньков.
Эта мысль моментально испортилась, когда я вспомнил, кто тогда праздновал с нами победы. Я сделал глоток пива, скрывая нахмуренные брови за краем стакана.
— Они здорово оформили это место, да? — Хименес снова повернулся ко мне, не замечая моего плохого настроения. — Тебе тоже стоит кого-то оформить, когда закончишь ныть, — добавил он, махая кому-то через зал.
Может, я и капитан команды, но Кристиан был ее лицом. Люди его обожали, и он купался в этом внимании. Мы дружили достаточно давно, чтобы я мог определить, как сильно он хотел сейчас быть в центре внимания, болтая с владельцем бара, Карлосом.
Пальцы барабанили по столу, он уже наполовину слез с табурета, а его взгляд каждый раз печально устремлялся в сторону толпы. Все это говорило о том, что роль моей «сиделки» ему осточертела.
Я кивнул в сторону людей в центре зала:
— Иди.
— Ты уверен, кэп? Я могу быть твоим сводником.
Я фыркнул в стакан, услышав эту чушь:
— Если бы я хотел оформить девушку — тогда да, сводник пригодился бы. Но нет, Хименес. Катись отсюда. Я и один отлично сижу за барной стойкой.
Он задержал взгляд, его темные глаза скользнули по мне, проверяя, стоит ли оставаться.
— Ладно, но если что, просто махни мне, — сказал он, уже спрыгивая с табурета.
Я покачал головой, услышав, как его появление в центре зала встретили громким радостным криком, и снова осмотрел толпу. Большинство здесь были людьми из нашей среды — спортсменами, агентами, маркетологами.
Первый час я только и делал, что раздавал кивки направо и налево, мысленно проклиная Хименеса, который обещал мне «спокойный и расслабленный» вечер.
Меня это напрягало. В этой же среде крутилась Эмма. Воспоминания о нашем расставании и его последствиях оставляли во рту горький привкус.
Из раздумий меня вывел заразительный смех. Женщина справа от меня запрокинула голову, звонко смеясь. Я почувствовал, как уголки моих губ приподнялись. Что-то в этом смехе дарило ощущение, словно солнечные лучи согрели кожу.
Но теплая волна моментально схлынула, и на смену ей пришло знакомое чувство беспокойства. Когда в последний раз я чувствовал себя свободным и расслабленным где-то, кроме на льду?