Штрафной удар в сердце
Шрифт:
Она раздраженно выдохнула.
— Милый, — я склонилась к нему ближе и улыбнулась, — пошли отсюда… в более уединенное место.
Его хватка на моей талии усилилась.
— Если ты продолжишь так двигаться, мы никуда не пойдем, — пробормотал он.
Вот черт.
— Но да, милая, — его голос был как мед. — Как пожелаешь.
Я вскочила с его колен, прежде чем сделала что-то глупое.
— Надеюсь, ты найдешь свои линзы и улучшишь поведение, — бросила я через плечо, увлекая парня за собой.
ГЛАВА 5
ДАЛТОН
КОДЕКС ДЕВУШЕК НЕ РАБОТАЕТ, ЕСЛИ ТЫ СТЕРВА
Она повела нас в сторону главного зала, который сегодня использовали как танцпол. Для такой маленькой женщины она держалась с большой уверенностью, без труда тянув меня за собой.
Я наклонился ближе, чтобы прошептать ей на ухо, сокращая расстояние между нами:
— А как же Кодекс девушек?
С тех пор как она соскользнула с моих колен, мне не терпелось снова почувствовать ее рядом, уловить теплый аромат кокоса, исходящий от ее кожи.
— В Кодексе есть четкий пункт — если ты стерва, то теряешь на него право. А твоя бывшая — дрянь. Черт…
Она так резко остановилась, что я едва не налетел на нее. Я схватил ее за бедра, помогая удержаться, а ее руки ухватились за мои предплечья.
Мои пальцы снова коснулись гладкой полоски кожи на талии, и мне пришлось сдерживать стон, потому что в голову полезли совсем нецензурные мысли о том, как было бы держать ее так… но совсем в других обстоятельствах.
— Прости, — одновременно сказали мы.
— Прости? За что ты извиняешься? — спросил я.
— Ну, называть чью-то бывшую стервой - мягко говоря, невежливо.
Судя по хитрой улыбке, она не слишком переживала из-за этого.
— Мэм, думаю, извиняться тут должен я. Эмма… — я замолчал, подбирая слова, которые не заставят меня выглядеть как полный козел.
Судя по всему, я уже оставил у нее не лучшее впечатление. Сначала попросил притвориться моей девушкой, потом позволил бывшей на нее наехать. Хотя, если быть честным, она справилась более чем хорошо.
Я вспомнил, как вспыхнуло ее лицо, когда Эмма вторглась в наш разговор. Это была не ревность. Ее разозлило отсутствие элементарной порядочности. Такой же взгляд у наших игроков бывает, когда кто-то грубо нарушает правила. Она не терпела несправедливости.
— Стерва, — подсказала она с насмешливым вызовом.
Я хотел ответить, но она потянула меня на танцпол.
— Пойдем. Никто не поверит, что мы пара, если мы будем стоять как два столба. Посмотрим, можешь ли ты танцевать, guerito11.
Голос моей матери эхом отозвался в голове: «Расслабься, Далт. Ты тоже имеешь право делать то, что нравится».
Эта тема была болезненной между нами последние несколько лет. Не думаю, что мама имела в виду это, когда говорила, чтобы я больше наслаждался жизнью. Хотя зная ее, возможно, она имела в виду именно это.
На моем лице сама собой появилась улыбка, пока моя ненастоящая девушка тянула меня на танцпол. Она обвила руки вокруг моей шеи, а я замешкался, не зная, куда деть свои.
— Только не говори мне, что ты не умеешь направлять женщину на танцполе, — поддела она, положив мою руку себе на спину и чуть ниже. Настолько ниже, что мой мизинец почти касался ее…
Это сон или пытка? Моя выдержка была на пределе.
Я прокашлялся, отчаянно вспоминая самые худшие игры в своей карьере, чтобы отвлечься.
— Ну, спасибо за помощь, — я сделал паузу, давая ей шанс не раскрывать имя, если не хочет, но черт возьми, как же я хотел его узнать.
Ее карие глаза сверкнули, на лице появилась хитрая улыбка. Она закусила нижнюю губу.
— Ариэлла. Но друзья зовут меня Ари.
Ариэлла.
Я мог бы выдохнуть это имя ей прямо в губы.
Словно одержимый, я наклонился ближе, мои губы почти касались ее уха:
— Скажи мне, Ариэлла, мы друзья?
Ее тихий вдох отдался прямо в моем паху. Но, разумеется, она не дала мне взять верх. За десять минут я уже понял, что она — та еще провокаторша.
— Ну, не знаю. Друзья обычно знают имена друг друга, а ты мне своего еще не сказал, — прошептала она в ответ.
Мы отступили друг от друга, но оба улыбались во весь рот. С ней было так легко, словно мне не нужно было притворяться.
— Далтон. Друзья зовут меня Далт.
— Скажи мне, Далтон, мы друзья?
В ее взгляде блеснул вызов, а губы тронула та самая дразнящая улыбка.
— Да, Ари. Мы друзья.
Я скользнул ладонью по ее спине, задержавшись на изгибе талии. Ее мышцы под пальцами были упругими. Я взял ее руку в свою, поменял нашу позу и провел бедром между ее ног, фиксируя нас в позиции для танца.
Ее улыбка расплылась в полное, солнечное сияние.
Солнечный лучик.
Она чуть склонила голову набок, ее темные глаза сверкали:
— Ты умеешь танцевать бачату, Далт?
Я усмехнулся и провел пальцем по ее запястью.
— Мой лучший друг доминиканец. Если бы я не научился танцевать, он бы со мной не дружил. Ты бы видела, как он учил меня правильно двигаться. Никогда в жизни я не был так близко к другому мужчине.
Она рассмеялась, даже не моргнув от моего странного признания.
— Ладно. Давай посмотрим, чему тебя научили.
— Не стоило тебе рассказывать, — улыбнулся я, ведя ее назад, в первый медленный шаг.
— О, да ладно. Друзья же должны делиться секретами?
Ее тело легко двигалось в такт музыке, бедра покачивались в унисон с моими движениями. Я позволил себе едва-едва коснуться ее кожи кончиками пальцев, ловя малейшие сигналы, улавливая ритм.
Бар вокруг нас исчез. Мы двигались как одно целое.
— Ну ладно, Ари. Расскажи мне секрет.