Штрафной удар в сердце
Шрифт:
Она запнулась на долю секунды. Ее легкая улыбка дрогнула, в глазах появилось что-то закрытое. Я заметил, как она сглотнула.
— Знаешь… Я вообще-то так не делаю.
— Не делаешь что?
— Это. — Она кивнула на нас. — Не притворяюсь чьей-то девушкой. Не позволяю незнакомцам вот так держать меня. Честно, Кит Моррисон бы меня осудил.
Я рассмеялся, ее неожиданный комментарий застал меня врасплох.
— Тот самый ведущий «Dateline?»?
Она вскинула бровь, ее губы тронула лукавая улыбка.
— Ты что-то знаешь про криминальные шоу?
— Достаточно, чтобы понимать - если бы я был убийцей, я бы не танцевал с тобой в толпе свидетелей.
— Хм-м, — она сузила глаза, и я использовал момент, чтобы закружить ее, а потом притянуть обратно. Ее тело идеально подходило моему, и от этого сердце сжалось. — Хорошая мысль, — выдохнула она чуть тише. — Но нам нужны правила. Никаких фамилий, профессий, номеров телефонов, адресов. Договорились?
Я нахмурился.
— Почему? Я такой плохой компаньон?
Ее взгляд смягчился.
— Нет. Ты слишком хороший компаньон, — она выдохнула слабо и горько усмехнулась: — Я не могу позволить себе соблазниться красивым мужчиной с красивыми глазками. Если я ничего о тебе не знаю, то не смогу связаться с тобой позже… когда мне будет особенно тяжело.
Ее честность ударила по мне сильнее, чем я ожидал.
— Это… странно логично. Я одновременно разочарован и впечатлен твоей самодисциплиной, — признался я, не понимая, почему от этой мысли у меня кольнуло в груди, хотя разумом я знал, что так будет лучше. Я решил, что мне не нужны отвлекающие факторы в этом сезоне, а Ари стала бы самым большим из них.
Музыка сменилась на более быструю, но я не был готов отпускать момент — еще нет.
— Ну, если у нас только одна ночь… — я замялся, почесав затылок. — Может, сделаем ее настоящим свиданием?
Я не шутил, когда говорил, что готов делать все, что она захочет, особенно теперь, когда у нас есть срок.
Но как только из ее уст вырвалось короткое «черт» и она схватилась за телефон, у меня внутри все похолодело.
Идиот. Я полный идиот. Я даже не знаю, свободна ли она. Черт, я даже не знаю, нравятся ли ей мужчины.
Между нами повисло напряженное молчание. Я заставил себя не двигаться, хотя все внутри кричало, что нужно сделать что-то — отшутиться, отступить, что угодно, лишь бы избавиться от неловкого, тянущего чувство в груди.
Она лихорадочно что-то печатала, прикусывая нижнюю губу.
— Помнишь, я говорила про двоюродную сестру? — наконец, она подняла на меня взгляд, будто проверяя, следую ли я за мыслью. — Так вот, когда я отчитывала твою бывшую, я совершенно забыла, что должна быть здесь с ней.
Я выдохнул, хотя тяжесть в животе не исчезла. Может, это не тот момент, когда она говорит мне, что мы просто случайные знакомые, и я должен исчезнуть.
— Pendejo12, — пробормотала она себе под нос и покачала головой. — Прости за это.
— Все нормально, — мой голос чуть дрогнул, но она, кажется, не заметила. А если и заметила, то не подала виду.
Ее губы изогнулись в лукавой улыбке, пока она строчила сообщение.
— Тебе повезло, — от тяжести на душе чуть-чуть убавилось. — Похоже, моя «компаньонка» на этот вечер… занята в горизонтальном положении. Она написала, что можно не ждать ее.
Ари спрятала телефон в карман, покачав головой.
— Ну, — я расправил плечи, возвращая уверенность, — хочешь, я схожу за выпивкой?
Она склонила голову набок, изучая меня своими проницательными карими глазами. Я почувствовал, что она взвешивает — стоит ли мне доверять.
Я увидел момент, когда она приняла решение. В ее глазах вспыхнул свет, а на ее губах расцвела озорная улыбка. От этого взгляда у меня по коже пробежали мурашки, в равной степени от волнения и восторга.
— Ладно, — наконец сказала она. — Но вести сегодня буду я.
Не отпуская моей руки, она потащила меня сквозь толпу, на ходу бросая рассеянные «извините», а порой просто подталкивая плечом профессиональных спортсменов, как будто это пустяк. От этой картины я невольно улыбался, как дурак. В ней было столько уверенности, и, черт возьми, это делало ее еще привлекательнее.
— Кто теперь тут потенциальный убийца? Куда ты меня тащишь? — спросил я, наклоняясь, чтобы открыть перед ней дверь.
Пусть она и хотела водить меня за собой, но дверь самой я открывать ей не позволю.
Взгляд, который она на меня бросила, говорил, что она, похоже, не разделяет мою точку зрения.
— Ари, неужели это будет наша первая дружеская ссора? — я склонился ближе, понижая голос, чтобы нас не подслушали. Одна из неприятных сторон быть игроком НХЛ — отсутствие личного пространства. В последнее время казалось, что все желают влезть в мою жизнь, хотел я или нет. — Потому что при мне ты сама дверь не будешь открывать.
Она фыркнула, отмахнувшись, и прядь ее темных волос упала ей на лицо.
— Женщины сами могут открывать двери, знаешь ли.
— О, я знаю. Уверен, что ты можешь делать многое сама, Ариэлла, но не значит, что ты должна, — сказал я тихо, заправляя выбившийся локон ей за ухо.
Ее губы поджались, а в глазах сверкнуло упрямство, будто она решала, какое еще возражение привести.
Но я заметил момент, когда она осознала, что эту битву не выиграет.
— Ладно, — она ткнула пальцем мне в грудь и слегка поморщилась, наткнувшись на мышцы. — Но ты не платишь за мой ужин, ясно? Я могу сама за себя заплатить, «Дальняя дорога».
— Я же не наездник на быках, — рассмеялся я. — И, кстати, разве у нас не было правила — никаких должностей?
Она издала какой-то звук, медленно оглядев меня с ног до головы, задержавшись дольше, чем надо, на моих ногах.
— Мои глаза выше, Ари.
— Спасибо за урок анатомии, — усмехнулась она, но, клянусь, ее щеки стали чуточку розовее.
— У тебя есть машина? — спросила она, доставая телефон. — Или нам придется вызывать такси?
Моя была у катка, и мы могли бы просто дойти туда пешком, но она пока не показала ни одного признака того, что знает, кто я такой, и мне, черт возьми, это нравилось.