Чтение онлайн

— Нет, бестолочь. Вакуйи — это палачи.

— Вот ты — дупак! Вакуйи — бордовые монстры…. — и понеслось бесконечное перечисление остальных черт этого закрытого народа.

— Тихо за столом! — гаркнул отец.

— Вакуйев действительно нарекли в галактике одними из самых безжалостных убийц, но это только предрассудки, — спокойно объяснил Морган. — Катар тоже считают не слишком приятными персонами, но мы-то с вами знаем, что наш народ один из самых милых и дружелюбных.

— Ага, — поддакнул отец. — Катар — звучит гордо! История наших предков уходит глубоко корнями в почву этого мира. Мы сохранили Катарсис до сих пор в первозданном виде, не позволяя ни одному чужаку бесчинствовать на нашей земле.

— Именно! — кивнул Морган. — И я горд, что родился не вакуйем и не человеком. Но это была не обычная битва с йонгеем. Он похитил друга моего капитана, интерсека Яна.

— Интерсека? — опять взорвались слушатели за столом. — Это кто такие? Это насекомые же! Они же не существуют в природе!

— Существуют, — прервал их Морган, пока отец вновь не взял инициативу на себя и не начал рассказывать о земле. — И более того, именно этот интерсек оказался еще и ученым, биологом, историком.

— Чушь! — фыркнула мать, утирая с лица кашу. — Интерсеки живут роем, это еще в школьной программе по биологии проходят. Он не может существовать отдельно и мозг у него крошечный. На ученого не потянет.

— И всё же, этот интерсек, Ян — ученый и близкий друг капитана. Я при случае спрошу, как так получилось.

— Ну ты и фантазер! — залилась смехом Бусинка, переглядываясь с младшей сестрой Шаней и заражая своим звонким весельем остальных сиблингов.

— Конечно, проще же поверить неизвестному Бараше, да? — съязвил Морган.

— Он очень известный! Его номинировали недавно…

— Поэт! — презрительно произнес отец, прерывая малышей. — Вот уж самое никчемное и бесполезное занятие на Катарсисе. Лучше бы поле засеял, пользы бы больше было.

— В общем, мы втроем спасали Яна из лап йонгея. Ванно использовал меч, капитан молнии, а когда враг обессилил, я добил его выстрелом из снайперской винтовки. Правда, меня тоже тогда ранили, вот такую дыру плазма на плече выжгла, — Морган преувеличенно очертил окружность. — И ни одному из нас в голову не пришло потом жениться. На ком? На Яне? Ведь мы его спасли.

— У Бараша ты спас прекрасную проводницу, — вздохнула Бусинка. — Это было так романтично! И она в благодарность отдала тебе своё сердце. Но потом враги её отравили, а ты поклялся мстить, и мстя твоя должна быть страшна. В следующей части. Её еще Бараша не дописал.

— Да не приведи Разум! — ужаснулся Морган. — Кто этот Бараша? Откуда он черпает вдохновение?

— Ты стал религиозен? — одновременно удивились и отец, и мать.

— На войне нет атеистов. Страшно всем. Но меня беспокоит этот поэт. Потому что некоторые его фантазии до неправдоподобности похожи на секретные сведения.

— Какие? — тут же загалдела малышня.

— Секретные! — зловеще прошептал Морган, для убедительности вытаращив глаза, как это делала обычно капитан.

— Да он обыкновенный школьник. Правда, говорят у него в родственниках канцлер какой-то, — успокоил Легорий. — Что именно тебя настораживает?

— А не с Ориентальских ли они островов? — нахмурился Морган. — Не канцлер ли Шнобби у него родственник?

— Я спрошу, если хочешь. Ведь я с ним дружу! — гордо заявила Буся.

— Нет, спрошу я, он больше дружит со мной, — возразила Шаня. — Правда на ориентала Бараша не похож, наоборот, больше смахивает на вислушек. Ушки такие маленькие, скругленные на кончиках, а сам толстячок с пузиком. А кто такой канцлер Шнобби? Это прям настоящий всамоделяшний канцлер? Он в тебя молнии уже швырял?

— Канцлер! — опять вставил отец. — Никакой пользы от них нет. Но хоть в дела прайдов не влезают и то хорошо. А то не хватало еще в деревне держателей Силы! От них одни беды. Чего только Маргоша не наворотила…

— Мы не говорим «об этой» в нашем доме! — резко прервала его мать.

— Кто такая Маргоша? — удивился Морган.

— Никто! Рты на замок, доедайте и идите развейтесь в Листол.

— И я, и я, я уже могу! — тут же заерзала Бусинка, вытягивая руку.

— Нет, тебе только шестнадцать, делать там таким маленьким кошечкам нечего!

Морган на всякий случай уточнил, не нужна ли матери помощь по дому. Не то, чтобы не хотелось идти в Листол, всё же по старым друзьям он соскучился не меньше, чем по родне, но может быть удалось бы выяснить, кто такая Маргоша? Что-то сильно тревожило его в этом имени, какие-то странные смешанные чувства оно вызывало. Маргоша. Какая-то катарка? Почему о ней нельзя говорить? И как это раньше Морик не замечал, сколько тайн хранит их семья? Как он вообще позабыл всю свою жизнь до Академии. Это правда, начальство в армии гипнотизирует не хуже йонгейской ауры.

Да нет, тут и сравнивать нечего! Вот он только сутки не думает о Мурси и ему легко. Поначалу только тревожился, как бы не сойти с ума от разлуки, а сейчас и интересно и весело и совсем не хочется о ней думать. Вот он и не думает! А уж скучать по её выкрутасам, которые и рядом не стоят с трындычением Бусинки и меткими плевками Шпуни, он точно не успевает. Выходит, права она была, это всего лишь действие злосчастной ауры!

Зато установки, полученные в Академии, прочно сидят в голове. От одного слова йонгей до сих пор бросает в нервную дрожь. Хотя, если бы Морган лично не был знаком с Мурси, а довелось бы ему встретиться с Лордом Банник, наверное, такое же впечатление об их расе и осталось. Высокомерная, холодная, напыщенная женщина. Хотя и Бет не отличалась теплотой в общении. Тоже обзывалась.

Мысли Моргана прервал Легорий, он уже переоделся и с недоумением уставился на брата, который застыл посреди комнаты с рубашкой в руках.

— Ты чего, Морик?

— А, задумался что-то, прости. Сейчас одеваюсь и идем.

***

Листол находился на краю деревни. Одноэтажное квадратное здание, служившее в экстренные случаи местом схода прайда, а по вечерам точкой сбора молодежи. Выкрашенное в серый неприветливый свет, оно стояло под давно засохшим деревом. Еще когда Морган был молодым котенком, в возрасте, наверное, Легория, на повестке дел у прайда каждый раз вспыхивало предложение вырубить дерево и посадить новое, но дальше планов работа не продвигалась.

Они с братом вошли в тускло освещенное помещение, в котором уже собралось достаточно много молодежи, и заняли свободный столик. Его завидел один из бывших одноклассников и громко поприветствовал:

— Морик Морган! Какие катары в нашей деревне! Ну-ка, сейчас нас ждут последние новости, — прокричал Харви и принялся сдвигать столы.

Его инициативу подхватили все без исключения катары. Очень скоро вокруг Моргана ребята сгруппировали столы, принесли ему бокал цветочного вина, а сами расселись по кругу или встали поодаль. И начались расспросы.