Чтение онлайн

И сейчас Катарина проделала ровным счетом то же самое. Морик тихонько усмехнулся. Прошло уже более десятка лет, а она ничуточку не изменилась. Всё такая же воображала. Попытки произвести впечатление на собственных соседей выглядят смешными до безобразия. А если сравнивать с Мусей? Как на церемонию награждения зашла — незаметно, тихо, прячась от глаз высоких чинов и статных мужчин-военных. А ведь отряд спасения канцлера возглавляла она, как капитан, по справедливости все лавры почета и должны были достаться ей. Но нет, даже на сцену не поднялась. Если так посудить, Мурсик, вообще, очень скромная, когда дело касается большого скопления персон. Теряется что ли.

Безусловно, она тоже обожает внимание, может и выкинуть какую-нибудь несуразицу, чтобы поймать его, Моргана, интерес или создать эпатаж, чтобы поразить подчиненных. Похвастаться оружием и ловкостью владения им, выдать с умным лицом «мудрую цитату» или составить сходу психологический портрет, который вполне возможно и не соответствует действительности. Но до такого никогда не опустится! Её действительно не волнует, что подумают другие. Даже наоборот приврет еще, обязательно покажет какой-нибудь скабрёзной шуточкой, что глупая и недалекая, пряча настоящие достоинство и величие глубоко внутри. И вот это никак не хотело укладываться в голове Моргана, слишком уж странно такое поведение для катарского восприятия. Ведь Мурси действительно одна из самых впечатляющих и интересных персон среди всех, кого он когда-либо встречал на своем пути. Просто за мешаниной масок и обличий, какие примерят капитан, сложно разглядеть блеск сумасшедшего алмаза её души.

Катарина чинно прошла к их столу, мимолетно кинула игривый взгляд на Морика и поклонилась старейшине, принося извинения за опоздание. Дед снисходительно качнул головой, безмолвно принимая фальшивое раскаяние, и катарка опустилась, словно лепесток, на подушку возле ближайшего бокового стола. Дедуля, по всей видимости, решил на старости лет ввязаться в игры Катарины и специально выделил такое место, чтобы Морик весь вечер невольно наблюдал за первой красавицей прайда. И это тоже выглядело слишком уж дешевым трюком. Стало даже немного обидно. За кого его тут все принимают? Сейчас предсказуемо Катарина начнет кичиться изысканными манерами. Скучно стало заранее.

Морган вновь поймал на себе жеманный взгляд красавицы. Сегодня она заплела половину волос в мелкие косы. Распущенная грива означала у катарок игривое настроение, готовность к небольшим романтическим приключениям. Заплетенные же косы — серьезность намерения, присутствие нянни в жизни катарки. А вот так, наполовину, видимо должно было показать гостям, что на примете у Катарины уже кто-то имеется, и она не против серьезных отношений, но всё еще свободна.

Старейшина, наконец, поднялся со своего места с пиалой вина в руках. В зале всё стихло, и внимание прайда полностью сосредоточилось на предводителе.

— Сегодня знаменательный день! — начал дед. Голос его был хриплым, суровым, но обращался он к соплеменникам с теплотой. — Мой внук, Морик Морган, будущий старейшина, приехал навестить нашу скромную деревню. Даже оставаясь за пределами прайда, он с завидным упорством умудрялся прославлять славный род и расу катар по Галактике. Освобождение канцлера, убийство йонгея, защита своего командира — это только то, о чем говорят в новостях. А сколько всего умалчивают? Спасение жизней простых людей, борьба с пиратами, каждодневная помощь регулярной армии в войне против Императора Сина, да падет на его голову метеорит. Мы все им гордимся! И сегодня с чувством полного удовлетворения предлагаю праздновать до падения лиц ниц. За Морика!

— За Морика! — дружно подхватили собравшиеся и приподняли свои пиалы.

И тут Моргану стало совсем не по себе. Столько раз он представлял этот момент в своих фантазиях, столько раз рисовал в голове, как будет гордо поднимать с остальными бокалы и пить за себя самого! А теперь почему-то чувствовал только нелепую неловкость. Не такой уж он и герой, если разобраться. Просто делал своё дело — выполнял приказы. Ничего особенного не совершил. Не спас бы канцлера Морган, спас бы кто-нибудь другой. К тому же, он что? Только помогал. А еще в голове внезапно всплыл неприятный инцидент, который сам же Морган и спровоцировал да забыл извиниться, как следует, перед Мурси. Глупостью и настырностью, «с завидным упорством» вызвал болезненный триггер у своего командира. Даже по сравнению с Пяпякой, который действительно герой, Морган не совершил ничего выдающегося. Вот Цветочный Ампиратор оказался в неправильном месте, в неправильное время и отдал свою жизнь, а кроме него никто бы не смог этого сделать. Действительно, незаменимая была персона в отряде.

А еще почему-то Морган испытывал стыд. Ему показалось, что дед сейчас перехвалит, и Морик обязательно подведет его, если уже не подвел. Весь прайд возлагает надежды на будущего старейшину в час, когда сам он не может гарантировать, что всё сложится так, как ожидают соплеменники. Даже такое пустячное дело с Катариной! Они же все, все до одного ждут их свадьбы. И если еще полдня назад Морган мог гипотетически себе представить такое развитие событий, то в данный момент уже окончательно решил — этого не будет!

Морик опять взглянул на красавицу, которая, как он и предполагал, действительно идеально держала позу, столовые приборы, и вообще, служила образцом поведения за столом. Манеры — её конек, об этом Морган тоже помнил. Традиционные палочки для еды визуально удлиняли и без того красивые пальцы, и Катарина об этом знала. Она орудовала ими искусно, прикрываясь веером, когда подносила снедь ко рту, чтобы если вдруг какой кусочек упадет мимо или лицо исказится от тщательного пережевывания, никто бы не заметил.

Да, это тебе не Мурси с ложкой во рту. Морган вдруг представил на пиру капитана. Она бы непременно пожаловалась на низкий стол и устроила бы его себе на колени. О, и еду бы она ела руками, это точно! Сказала бы, что палочками только в ухе ковыряться можно, ну или какую-нибудь другую неуместную чушь. А еще бы обязательно полезла в тарелку к соседу разузнать, не вкусней ли там, и болтала бы с набитым ртом. Мать с отцом наверняка в обморок бы упали. А что бы стало с дедом! Он бы, наверное, волосы себе на нескромных местах повыдергивал и отчитал бы капитана так, что еще три дня воздух сотрясался. Ага, а Мурси бы его спокойно выслушала и на полном серьезе спросила бы: «А че, незя че ли?»

Морган широко улыбнулся, представляя эту картину, и ощутил болезненный толчок в район межреберья. Дед подбивал его локтем и, уловив, наконец, внимание на себе, многозначительно подмигнул.

— Она будет славной матерью твоих детей!

— Да уж! Мы назовем их «сорванцы галактики», — рассмеялся своим мыслям Морган, но тут же вздрогнул, понимая, что дед вовсе не Мурси имеет в виду. — Я еще ничего не решил.

— А то я не вижу, как ты весь вечер на неё смотришь и улыбаешься, — лукаво сощурился старейшина.

— Это не то, что ты думаешь!

— Я скажу, что вижу. Твой взгляд похож на любование, а улыбка выпускает истинные чувства. Стань для Катарины нянни сызнова.

— Дед, всё очень сложно, — попытался уйти от темы Морик.

— Иногда, мы можем совершать героические поступки, если дело касается врага. Но перед нежными беззащитными цветками теряемся, целиком поглощённые любованием красотой. Это нормально, внук, и не стоит стесняться собственной целомудренности. Только намекни, и я организую положенные церемонии.